Неучтенная
Шрифт:
Вот и сегодня мне опять «повезло». Не рассчитала силу и разбила Оксанке нос.
Вот теперь сижу тут. Мерзну.
Самое обидное что меня предала подруга. Я ей доверяла как сестре, которой у меня не было. Я ей помогала с уроками, защищала от всех. Да даже сегодня я «попала» так как отомстила за нее же, этой Оксанке. А Ленка сказала, что я сама начала. Вот тебе и подруга.
Опять предали…
Меня часто наказывали, запирали в изоляторе, лишали еды, а я все так же их всех ненавидела.
Но особенно яненавиделасвою мать. И я чётко была уверенна:выйду, найду иотомщу!
Я до сих пор помню, когда в первый раз поняла это чувство. Чувство предательства. Мне было пять. Смерть бабушки, мать, которую я совсем не знала, которой было совершенно наплевать на меня. Ей пришлось меня забрать, но выдержала она не долго.
Два месяца.
Два месяца игнорирования, ледяных, ненавистных взглядов, запираний в комнате, когда к ней приходили гости.Чувства голода и холода.
И это все,после ласки и любви которые дарила мне бабушка.
Боже, я до сих пор помню запахеёвыпечки, который разносился по всему дому. Помню запах трав, развешанных в сарае. Помнюеёласковые руки и добрую улыбку…
Но в один день она просто не проснулась имоёдевство закончилось, а с ним все чистое и светлое что могло быть в жизни. Боже, тогда даже солнце казалось ярче и трава выше.
Мне порой кажется, что я сейчас сплю и это просто дурной сон. Сон, который длится уже много лет.
Страшный сон наяву…
С мыслью, что я не нужна собственной матери я смирилась давно, хотя по началу часто представляла, как она меня забирает и больше никогда никому неотдаёт.Какговоритмне, чтосильно любит и как сильно скучала, как жалеет, что отдала меня в это ужасное место.
12 лет
Я сижу в «карцере» давно. Наверное, уже ночь. Желудок издавал предсмертные всхлипы. Есть хотелось ужасно.
Болела голова, колени и… губы.
Голова от того, что меня ею припечатали об стену. Нет, не дети. Воспитатель, «милейшая» женщина. Педагог года…как ни как…
Колени от того, что заставили на них ползать…
А губы, от того, что меня по ним били тонкой линейкой, за то, что пыталась оправдаться.
Естественно, как всегда, обвиняли меня в том, чего я не делала, за что были посланы нахуй.
Вот и получила я. Снова.
Как же я устала от этого! Как я хочу к бабушке!
– Бабулечка, родная, забери меня к себе! Я так больше не могу! – я не могла остановить слезы, хотя очень давно пообещала себе, что никогда больше не буду плакать. С ранних лет я чувствую, что никому не нужна, что одна на всем белом свете - Помоги мне!
Как же хотелось просто раствориться и исчезнуть.
Я себя видела, как будто со стороны, но чувствовала будто она… Мне было так больно… и так жаль эту маленькую девочку, что хотелось выть вместе с ней…
А маленькая я скрутилась калачиком на холодном полу и заснула…
– Рина, Рина. Да очнись же ты!
– Лиса, мне холодно…Помоги.
– Не смей снова отключаться!
Мое сознание снова затянуло дымкой и пред глазами замелькало куча картинок о моём прошлом.
13-19лет
– Дарина! К тебе пришли!
Оказываются бывают в жизни моменты, когда внезапно распахивается волшебная дверь и судьба дарит вам встречу, на которую вы никогда не надеялись.
Сегодня я познакомилась со своим дядей. Оказывается, он у меня есть! И он забирает меня к себе!
Мне кажется, что это самый счастливый день в моей жизни!
В тот светлый день, я пообещала себе, что воспользуюсь этим подарком судьбы и больше никогда не буду думать о смерти. Я буду радоваться жизни, заводить друзей и всегда – всегда слушаться дядю.
Чувство одиночества и ненужности, вот что я испытывала постоянно, но сегодня все изменилось. Дима, так просил называть себя дядя, купил мне новые вещи, усадил в огромную машину и под раскаты грома и молний, молча, привёз в свой огромный дом!
Конечно, потом был короткий разговор, где мне объяснили мои права и обязанности, но ничего критического я не услышала. Как по мне все, что за пределами приюта рай!
Как можно сравнивать жизнь, где без причины или маленькую провинность ты будешь наказана? Где бездушные воспитатели и учителя? Где жестокие дети? Где каждодневная боль и желания смерти?
Океан бездушия и ненависти там! И спокойная, сытая жизнь тут.
По большому счету Дима не тратил на меня свое время. Дядя меня не баловал своим присутствием, но я не жаловалась. У меня было все что необходимо для жизни, а может и даже больше.
Первые недели я не могла наесться. Ела я постоянно и все подряд. Пока мне не становилось плохо. Конечно, со временем я поняла, что еду у меня больше никто не отнимет и постепенномоёпитание пришло в норму.
Мне поменяли фамилию. Теперь я носила фамилию своего отца, Воронцова. И надо сказать очень ею гордилась, но в душе я оставалась все той же Дариной Счастливой, девочкой из детского дома.
Аещё, я была счастлива.
У меня были самые модные шмотки, гаджеты последних моделей. Я училась в престижном лицее, у меня был свой личный водитель.
Дима никогда не скупился на подарки, но с чувствами у него была напряженка.Я не обращала на это внимания, мне не нужны были его чувства, я была рада тому, что не в детском доме.