Чтение онлайн

Максимов всмотрелся в его раскрасневшееся, сбрызнутое потом лицо. Очень важно было знать, как парень отреагирует на труп.

Отреагировал нормально. Не охнул и не отпрянул. Только чуть поблек румянец на щеках.

– Минус один, – произнес Максимов.

– А остальные?

– Туда же. В Нижний мир. Прямо сейчас.

Юрка глянул на клубный сарай. Там еще шло застолье по случаю прибытия гостей.

– В лесу чисто?

– Да, – кивнул Юрка. – Я кругом все обшарил. Их лежку нашел. Других людей в лесу нет, точно. Молчит лес.

– Это не люди, Юра. Раз и навсегда это запомни. За этой стаей придут другие. Гораздо больше и гораздо злее. У нас мало времени, чтобы встретить их достойно.

Максимов сунул кольт под ремень, развернулся и пошел к клубу.

«Восемь стволов, не считая пистолетов. С полным боекомплектом. Шестнадцать гранат. Рация. Прочее тряхомудие. Для начала хватит».

Он уже точно знал, кто пойдет с ним. Те семеро, кто сможет обыскать еще теплые трупы. Юрку он брал с собой без экзамена на вшивость.

«Надо валить их выстрелом в голову. Пацанам форма нужна, хватит из себя деревенский спецназ изображать».

Юрка на ходу привел в боевое положение арбалет. Максимов покосился на него, но ничего вслух не сказал.

Указал на оконце. Юрка, тихо шурша травой, занял огневую позицию.

Максимов распахнул дверь.

В темном предбаннике жарко целовались. В полосу света попала спина в оливковой пятнистой форме.

– Ой, дядя Максим, испугал! – выдохнула девушка, отстраняясь от ухажера.

– Бог в помощь, детки, – отозвался Максимов, закрыв за собой дверь.

В тесном предбаннике сгустилась темнота. Только острый лучик пробивался сквозь щель двери. Из-за нее доносились звуки дружного застолья.

От парня пахло амуницией и горячим потом. Он развернулся, уступая Максимову дорогу.

Максимов не мог видеть, но отлично почувствовал, что парень улыбается самодовольной улыбкой хищника, уверенного в своей силе и в своем праве брать то, что захочется.

«Приятная случайность, – машинально отметил Максимов. – Дашка вытащила в сени именно радиста».

Основание ладони врезалось в грудь, чуть ниже горла. Бронхиальный спазм опрокинул парня в обморок.

Максимов подхватил тяжелое тело, беззвучно опустил на пол.

– Последи за ним, Дашенька, – ласково прошептал Максимов.

Встряхнул кистями, сбрасывая напряжение. Открыл дверь в клуб.

Остановился на пороге, давая глазам привыкнуть к свету.

Как и предвидел, гости уже перемешались с аборигенами. Поймал несколько настороженных взглядов. Широко улыбнулся.

– Максимыч, а ты что от коллектива отрываешься? – окликнул его Антон.

– Да, там…

Он сделал шаг вперед. Теперь все гости были в секторе огня.

– Оп! – крикнул Антон.

Все свои дружно легли на стол. Остались торчать только чужаки. Как грудные мишени в тире.

Шесть выстрелов. По широкой дуге слева на право.

И гробовая тишина. Только потяжный звук катяшейся по полу гильзы…

Преторианцы

В дождливую погоду у Тихомирова дела никогда не ладились. Хотелось спать, хоть вешайся. «Вся моя жизнь прошла на невидимом фронте борьбы. До обеда с голодом, после обеда – со сном», – любил он пошутить за рюмкой в кругу особо доверенных сослуживцев.

В дождливые дни это правило организм самовольно нарушал. Аппетит отшибало напрочь, постоянно клонило в сон, голова, казалось, была до отказа набита ватой. В таком состоянии работать могла заставить только угроза расстрела. А так как за отсутствие служебного рвения не стреляли, то в «критические дни» Тихомиров с чистой совестью лишь иммитировал работу.

Тихомиров зевнул, не разжимая рта, и слезящимися глазами уставился на подследственного. Возиться с бог весть откуда взявшимся клиентом Тихомирову пришлось по собственной глупости. Черт его дернул выйти из кабинета и нос в нос столкнуться с начальником отделения. Тот сунул ему вялую ладошку для рукопожатия, через губу приказал вне очереди отдежурить на приеме в комендатуре и линкором порулил по коридору по своим начальническим делам.

Тихомиров мысленно выматерил все начальство с первого этажа до последнего во всех зданиях и на всех объектах Государственной Службы Безопасности.

Пришлось переть во внутреннюю тюрьму и высвистывать из камеры задержанного ночью в Домене за нарушение комендантского часа и ношение оружия. Какого рожна он оказался здесь, Тихомиров не представлял. Вояки вполне бы могли доставить его в свою комендатуру и после недолгих разборок шлепнуть, благо, закон позволял.

То, что вояки и менты принялись дружно спихивать на его родную "контору" самую грязную работу – факт тревожный и требующий осмысления. Но думать не хотелось.

«Если такая психотехника войдет в моду, можно смело прописываться в рабочем кабинете, все равно жизни не будет».

Тихомиров покосился на стажера Ваську. Здоровый, как бык, тот сидел на стуле в сторонке и, как инструктировал его Тихомиров, изображал дежурного садиста. На некоторых действовало. На большее от Васьки рассчитывать не приходилось, был он тупой, как и всякий "блатной".

На клиента Васькины таланты впечатления не производили. А на вид был, не чета Васе, поджарый, легкий в кости. Его, естественно, помяли при задержании, наверняка, уже успели добавить. Боль он терпел хорошо, отметил Тихомиров, только побелел лицом.

Тип, по мнению Тихомирова, был явно криминальный. Оставалось только выяснить специализацию: обычный бандит или с политическими "понятиями".

Мелькнула мыслишка сбагрить его на часок-другой Ваське, пусть щенок блатной помучается, а самому пойти проветриться. Но Васька, он был уверен, либо будет так же сидеть и тупо молчать, либо понесет такую фигню, что заржет даже конвоир за дверью. А начальство спросит с него, Тихомирова. Им плевать, не у них с утра башка трещит.

В раскалывающейся от боли голове заворочались тяжелые, щербатые жернова. В глазах запульсировали яркие точки, словно на сварку насмотрелся. Мыслительный процесс доставлял такую физическую боль, что Тихомиров слабовольно решил не мучаться. Сверился с бумажками в тонкой папочке. В рапорте вояки указали, что задержанного передала им неустановленная опергруппа ГСБ, рыскавшая в Домене.

«Очень даже может быть. Или врут, как сивые мерины. А и хрен с ним! Если за нашими сел, то пусть будет террористом. Ибо нефиг носить "стечкин" с глушителем».

– Ладно, герой, – Тихомиров решил применить свой любимый прием, чутье подсказывало, что на этом клиенте трюк сработает. – Бить я тебя не буду. У нас в камерах сидят "торпедоносцы", попавшие в облаву в Красногорске. На них все плюнули и забыли. Кстати, как и твои дружки на тебя. Но нам с тобой они могут пригодиться. Возьмем пару-тройку и станем стрелять по одному у тебя на глазах. Кто из них по ошибке попался, кто по недоразумению, я сам не знаю. Как думаешь, долго ты выдержишь?