Чтение онлайн

– Я должна выполнить особую миссию, и эта миссия связана именно с тобой.

– Со мной? – Юдгар решил пока не удивляться, не выяснив все до конца. – Да кто я, по-твоему, такой? Меня же выставили из летной академии, я даже практику не прошел! Ты мое личное дело видела?

Бикаэлка медленно покачала головой.

– И не надо, – криво усмехнулся Юдгар. – Там свободного места от дисциплинарных взысканий не осталось. Я же первостатейный раздолбай, разгильдяй и недоделок.

Серджио тихо смеялся, прикрыв рот ладонью.

– Это ничего не значит, – решительно сказала Амсадди, тряхнув косами. Бусины каветт звякнули. – Мать-настоятельница нашей касты, посвященная первой ступени, уже вылетела из посольства, и через… – бикаэлка на пару секунд замешкалась, явно запрашивая информацию по лоцману. – …десять минут она будет здесь. Она будет говорить с тобой.

– Ну уж нет, мы так не договаривались! – Юдгар стал сползать с постели, но едва успел ступить на пол, как Амсадди одним небрежным движением опрокинула его на спину и уперлась ему тяжелой рукой в грудь, вдавив в перину.

– Ты ее дождешься, – спокойно, даже равнодушно бросила она.

Юдгар попытался лягнуть воительницу, но тут же получил легкий удар в живот.

– Серджио, да скажи ты ей! Проклятье! Я сейчас свяжусь с Таклид-Ди…

– Не советую, – бикаэлка ощерилась, точно волк, белые зубы заблестели в нескольких сантиметрах от лица Юдгара. Он невольно сглотнул и попытался отодвинуться, но не сумел даже шевельнуться. Хватка у Амсадди была отменной. Он убедился в этом еще в коридоре, когда она бегом тащила его едва не на вытянутой руке.

Особист опасливо завозился в кресле.

– Знаешь, Юдгар, по-моему, тебе лучше набраться терпения. Мать-настоятельница по пустякам на тебя не стала бы тратить время. Явно – дело важное.

– И ты туда же! – Слова вырывались из груди с трудом, поскольку Амсадди не собиралась его отпускать. – Да не хочу я, чтобы меня вовлекали в какие-то непонятные делишки, я и этим покушением сыт по горло. И потом, что ты хочешь сказать, женщина? Что Таклид-Ди нельзя доверять?

– Мальчик, я никому не доверяю, – спокойно парировала Амсадди.

Юдгар упрямо насупился.

– Отпусти меня.

– Не отпущу.

– Отпусти, я никуда не сбегу.

– Уж лучше я тебя придержу.

– Да я писать хочу! – заорал Юдгар на весь номер.

Тяжесть с груди внезапно исчезла. От избытка кислорода, хлынувшего в легкие, Юдгар закашлялся. Амсадди без видимого усилия вздернула его на ноги и слегка подтолкнула ладонью, придав ускорение шлепком пониже спины.

– Налево по коридору, – бросила она ему в спину.

Пошатываясь, Юдгар пересек комнату и вышел в коридор.

Вот уж никогда не думал, что выражение «сходить налево» воплотится так буквально, – проворчал он мысленно, одергивая на себе комбинезон, затем обеими пятернями пригладил растрепанные волосы.

Так, куда дальше? Ага, вот этот туалет…

И обязательно надо было так мять? Я что ей, виноград в чане для вина, что ли? Чуть все соки не выжала, чертова женщина… Да – сильная, да – воинственная, но все же женщина, и очень красивая, между прочим. И тело у нее под этим комбезом из синтекожи, наверное, обалденное…

Юдгар почувствовал, как напряглось в паху.

Этого еще не хватало! Реакция его удивила. Никогда не предполагал, что бикаэлка может заинтересовать его исключительно с сексуальной точки зрения. Но в Амсадди, чего греха таить, и вправду есть что-то, что его привлекало… А может просто кровь сказывается. Он ведь сам наполовину бикаэлец… на меньшую половину…

Он решительно мотнул головой, отбрасывая посторонние мысли.

Итак, настал момент подумать о своей свободе.

На виртуалке лоцмана, отреагировав на мысль-запрос, высветилась схема расположения комнат номера Амсадди и, соответственно, все выходы.

Фисто Пиллет – начальник смены службы безопасности, скучающе рассматривал вид вестибюля гостиницы, поданный с разных точек обзора с помощью многочисленных камер наблюдения на мониторы в комнату дежурной охраны. Убери все эти стойки, диванчики, креслица и напольные вазы, думалось ему, и места бы хватило на хороший стадион. И на кой черт занимать такие площади, когда каждый квадратный метр в этом районе стоит почти его годового заработка? И не сказать, чтобы заработок был уж так мал, просто сам отель, построенный еще восемьдесят лет назад, представлял собой грандиозное сооружение, со всеми службами занимавшее почти половину этого района. Одних только технических и вспомогательных служб было двенадцать: уборщики, официанты, таксисты, психологи, тренеры для тренажерного зала… одним словом – несметное количество персонала. И каждый стоил администрации целую кучу денег. Они ведь не просто получали зарплату, они еще и имели право питаться в гостиничном ресторане бесплатно, не клиентами в общем зале, а своем собственном, но все же.

Когда Пиллету предложили здесь работать, он обалдел от счастья, о таком он даже и не мечтал. Первые несколько дней администратор просто водил его по отелю, знакомя не только с расположением радиальных и стволовых коридоров, но и со всеми службами. Сейчас уже, проработав здесь больше трех лет, Пиллет был знаком с каждым уборщиком, с каждым портье. Поначалу он даже не понимал, зачем держать такой штат. В конце концов, всю эту нудную работу могли выполнить роботы, а портье за стойкой заменить гостиничный ИскИн. Но чем больше он наблюдал за посетителями, тем сильнее в нем крепло убеждение, что хозяин отеля – не просто умный человек, а можно сказать – гениальный. В гостинице имелись не только шикарные и сверхшикарные номера – из тех, в которых поселяют особо важных гостей, но и среднего сервиса и комфорта, а некоторые – и вовсе скромные. Поэтому даже человек с достатком ниже среднего мог позволить себе несколько дней пожить в гостинице, не слишком опустошая собственный банкос. Зато потом с какой гордостью он мог небрежно заметить в разговоре: да вот, мол, пожил пару недель в «Уттане»… и кто там станет разбираться, в каком номере ты жил. Но персонал! Держали здесь только истинных профессионалов, которые хоть из кожи вон вылезут, а клиенту угодят. Поскольку клиент всегда прав. Разве не приятно, что подает тебе тарелку не какой-нибудь там железный болван, а настоящий человек, и при этом он улыбается тебе и униженно кланяется. И если ты работаешь мелким клерком в какой-нибудь заштатной конторке, а твоя судьба и судьба твоих детей всецело зависит только от нрава твоего начальника, то вдвойне приятно почувствовать себя хозяином положения хотя бы на две недельки.

Пиллет хмыкнул. Этого он никогда не понимал, и никогда не поймет. Мечты слабых духом, которым требуется утвердиться за чей-нибудь счет. Ему этого не требовалось. Но в целом посетители отеля обладали такими суммами, которые ему и не снились. Их окружала роскошь во всем, начиная от акустического душа, до мощной инфосети и ГТ-транслятора, услуги которого приходилось оплачивать отдельным счетом.

Когда он познакомился с Сувари, она его как-то спросила, не завидует ли он тем, кто может позволить себе месяцами жить в такой роскоши? Пиллет только скорчил физиономию и передернул плечами. Нет, не завидует. Ни в малейшей степени. Чужое никогда его не привлекало. Иногда он даже начинал думать, что он со своей скромной зарплатой и пенсией бывшего космического десантника гораздо счастливее, чем многие из тех, кто проворачивает многомиллиардные сделки и не спит по ночам, боясь банкротства. За несколько лет работы здесь он наблюдал многое. Но именно в этом и заключались обязанности дежурного особиста. А обязанности свои он привык исполнять добросовестно.

В вестибюле, как всегда, не происходило ничего примечательного. Одна рутина. Правда, пару минут назад в ресторан прошли две женщины-бикаэлки, и на одну из них, помоложе, непривычно светловолосую для этого народа, он даже засмотрелся, любуясь ее ладно скроенным телом. «Обводы» – будь здоров. С такой бы он не отказался покувыркаться в постели пару часиков. Но увы, судя по тому, как светловолосая красавица повсюду следует за своей более старшей однопланетницей – строго сзади на определенной дистанции, она наверняка приходилась той ученицей. Как у них это там называется? Суйда? Да, кажется так. Бикаэлки – народ суровый, обратить на себя их внимание, если ты инородец, дело почти безнадежное…