Чтение онлайн

Все, кроме Робера, поднялись из-за столов и направились в свои комнаты. Так в их компании появился мальчишка-пришелец. По просьбе шевалье слуги хозяина поставили в комнату третью кровать, в которой приёмный сын крепко уснул. Шевалье ушёл к Мануэле, но скоро вернулся и спал в своей кровати рядом с Кириллом. Ночью Клода разбудил шум. Мальчик что-то говорил во сне на незнакомом языке, пока его не обнял Робер. После этого опять заснули и проснулись уже утром. Робер повёл Кирилла купаться, а потом вместе спустились в трапезный зал.

– Вчера у них не было такой суматохи, – сказал Баум, осматривая зал. – Садимся за эти два стола, как-нибудь уместимся.

Сегодня в зале сидело раза в три больше людей, и свободных столов почти не было. Многие, забыв о еде, что-то горячо обсуждали. Стоял такой шум, что было трудно разобрать, из-за чего весь этот сыр-бор.

– Скажите, любезный, у вас что-то случилось? – спросил Робер подбежавшего к ним подавальщика.

– Случилось, господин! – ответил слуга. – И ещё как случилось! Вчера утром наша графиня повезла свою дочку к императору, а сегодня на рассвете её нашли мёртвой! Побита вся охрана, а девочка исчезла! Не нашли и капитана её стражи графиню Хельгу. Теперь некоторые думают, что это она увезла девочку.

– А зачем Альма повезла Хайди императору? – спросила Мануэла. – Если я не ошибаюсь, девочке должно быть десять лет.

– Так и есть, – подтвердил слуга. – Только у нашей Хайди необычно много сил для женщины. Император собирает таких девочек, и их учат в его школе, вот графиня и повезла дочь. Рановато, конечно, но ей, наверное, самой понадобилось в столицу.

– А кто теперь правит графством?

– Брат графини Альвин. Заказывайте, господа, а то сегодня больно много людей, и мне влетит за задержку.

– Странно, – сказал Клод, когда слуга убежал выполнять заказ. – И здесь охотятся за способными к магии девочками. Даже пошли на разбойное нападение. Мануэла, а почему правит брат? У графини не было мужа?

– До моей смерти был, – ответила она, – Я не знаю, что у них случилось после. Я и Хайди видела проездом, когда ей ещё не было годика. Сходи узнай у хозяина, меня тоже интересует твой вопрос. Заодно спроси, часто ли шалят на тракте разбойники. Раньше их здесь не было.

Клод поднялся из-за стола и подошёл к хозяину заведения.

– Не скажете, много ли разбойных нападений на тракте? – поздоровавшись, спросил он. – У нас с собой женщины...

– У нас давно забыли о разбойниках. А почему вы спрашиваете? Не из-за нападения на нашу графиню? Так там были не разбойники. В её охране три десятка дружинников и Хельга Альтгард, которая сама стоит десятка бойцов! Разбойники не смогли бы их перебить даже из засады.

– А что случилось с мужем графини? Нам сказали, что графство взял на себя её брат.

– Отравила его какая-то сволочь два месяца назад, – нахмурился хозяин. – С тех пор всем заправляла графиня, а теперь их заменит её брат. У нашей Альмы не осталось других близких родичей.

Клод поблагодарил хозяина, вернулся за свой стол и рассказал об охране погибшей графини и отравлении её мужа.

– Всё плохо, – сказала Мануэла. – Завтракаем и уезжаем. Я хотела встретиться с Альмой, а не с её братцем, который всегда был изрядной сволочью. Не удивлюсь, если откроется, что он замешан в отравлении Леннара. Мы показывали на воротах грамоты, поэтому ему могут доложить о моём приезде. Нужно поторопиться с отъездом, а отдохнём где-нибудь в другом месте.

Глава 19

Никто не помешал им покинуть Брадбек и не попытался вернуть. Или новому графу не доложили, что его город проездом посетила дальняя родственница, или ему было не до Мануэлы. Крестьяне везли продукты на рынок с рассветом, поэтому сейчас их возов на тракте не было, а редкие встречные экипажи не мешали езде. Непролазные леса, окружавшие дорогу до Дежмана, после него начали понемногу мельчать. В дне пути от Брадбека в них стали появляться свободные от деревьев места, которые множились, сливаясь в луговины. Когда отдалились от города на два десятка лиг, сплошного леса уже не было, лишь отдельные рощи в степи.

Женщину заметил Эвальд. По всей видимости, она ползком добиралась из ближайшей рощи до дороги и умерла.

– Воительница, – сказал он, показывая Клоду рукой на её боевые браслеты. – А убили вот этим.

Он нагнулся и с усилием выдернул из спины арбалетный болт.

– Умерла недавно, – заметил Баум. – Смерть наступила от потери крови. Не та ли это Хельга, которая была капитаном у графини Альмы?

– Наверное, это она и есть, – сказала Мануэла. – Но я не видела её у Альмы. Девять лет назад капитаном был мужчина.

– Нападение произошло в трёх лигах отсюда, – прикинул Эвальд. – Я так думаю, потому что там до сих пор возятся люди графа. Но эта женщина не могла добраться оттуда с такой раной. Наверное, у неё был конь. Может, поискать?

– Только если недолго, – разрешила Мануэла. – Жаль, что она умерла! Эта Хельга должна была видеть нападавших, а теперь она уже ничего никому не скажет.

– Можно применить некромантию, – нерешительно предложил Баум. – Только вряд ли это что-то даст. Сохраняются только последние впечатления, а схватка была давно.

– А если оживить? – спросил Клод. – Она вроде не сильно попорчена. Жаль её – такая сильная и красивая женщина!

– Наверное, можно, – пожал плечами Баум. – Но с раной на оживление уйдёт прорва сил, мало у кого их хватит. Я не взялся бы, хотя соблазнительно получить такую в услужение.

– Почему в услужение? – не понял юноша.

– Мёртвых поднимают по-разному, – объяснил маг. – В таких случаях проще привязать чувством долга. Она и так будет привязана своим воскрешением, а это только усилит связь. Неужели хотите попробовать? Нам это может помешать в дороге.

– Попробуешь? – спросила Мануэла. – Если она что-то знает о похищении Хайди и самих похитителях, может, удастся выручить девочку. Нам тоже не лишне это знать. Скорее всего, её похитили для того же, для чего похищали твою сестру. Да и служба поднятой воительницы может принести немало пользы. Капитанами просто так не назначают, тем более женщин.

– Попробую! – решился Клод. – Только давайте отнесём её к роще, чтобы не было видно с дороги. Баум, покажите ваше заклинание, а то я его не знаю. На эту я не буду действовать любовью: хватит мне одной матери.