Чтение онлайн

– Отец, а что нам делать, если ты не вернёшься? Может, заранее побеспокоимся о признании меня самостоятельным?

– Этим я и собираюсь заняться в Эссете, – ответил Ганс, – а Рабан должен помочь. Но не нужно заранее переживать. Я участвовал в трёх войнах и не получил ни царапины.

– Отец, а из-за чего мы воюем? – спросил Клод.

– А для тебя есть разница? – усмехнулся Ганс. – Спорные луга, спорный лес, пусть даже спорное болото! Если люди хотят подраться, они найдут повод. А настоящая цель – это захватить что-нибудь у соседей, прославиться и сократить число вторых-третьих отпрысков в дворянских семьях. Наследников редко посылают в бой, наш граф тоже не послал сына, хотя уже можно. А империя поощряет наши войны, потому что мы лупим друг друга, вместо того чтобы собраться и врезать императору. Смотри, деревня соседей.

– Ты ездил сюда?

– Сюда. Давай договоримся, что тех поездок не было.

– Не хочешь, чтобы о них узнала Гретта? – спросил сын. – Ты ей понравился.

– А ты откуда знаешь? Подслушивал мысли?

– Самую чуточку, – признался Клод. – Больше не буду этого делать. Мы тоже понравились, а я, глядя на неё, вспомнил маму. Не портрет в твоей спальне, а настоящую. Захотелось прижаться к её коленям, и чтобы она гладила мои волосы, как когда-то мама. Это плохо, что я раскис как маленький?

– У каждого человека есть свои слабости, – ответил отец, – и временами хочется с кем-нибудь поделиться. Это не плохо, надо только не ошибиться и не открыть сердце не тому. Вы были обделены материнским теплом, вот тебя и тянет к женщине, которая так похожа на твою мать. Но ты должен знать, что Гретта гораздо сильнее Катерины телом и духом.

– Интересно, дошёл ли зелёный пришелец? – сказал сын, чтобы сменить тему разговора. – Я направил его к Рабану и предложил сослаться на тебя.

– Если захочешь кого-нибудь направить, ссылайся на себя, – недовольно отозвался Ганс. – Ты не знаешь этого пришельца, а поручился за него от моего имени. Надеюсь, что у Рабана не будет из-за него неприятностей.

Они замолчали и долго ехали, думая каждый о своём. К обеду потеплело, но погода начала портиться: небо затянуло облаками и задул ветер.

– Как бы не пошёл дождь, – сказал отец, посмотрев на небо. – Плащи мы с тобой взяли, но всё равно промокнем, а лошади быстро устанут идти по грязи. Ладно, это от нас не зависит. Давай пообедаем на ходу, пока сверху не льёт.

Они съели по куску окорока с хлебом, запив немудрёную еду водой из бутыли. Надежда отца добраться до города до дождя не оправдалась. Первые капли упали, когда вдали показались верхушки башен городской церкви и дворца графа Кургеля. Слабый вначале, дождь усилился, когда они достигли предместья. Вскоре копыта лошадей зацокали по булыжникам, и они пошли живее. У ворот отец заплатил стражникам сбор на уборку навоза, и те, пропустив всадников, поспешили укрыться в караулке. Дождь уже лил вовсю, и на городских улицах было безлюдно, но отец знал дорогу и пустил лошадь в галоп. У Клода от долгой езды с непривычки болели бёдра и спина, но и он вынужден был торопиться. Дом мага стоял в центре города. Большой двухэтажный особняк был окружён высокой кирпичной стеной, за которой ветер качал кроны деревьев небольшого сада. Отцу пришлось спешиться и стучать в ворота ногой.

– Не слышат, – сказал он сыну. – Дай им как-нибудь знать магией, что мы здесь, а то я отобью ноги!

– Я знаю только одно подходящее заклинание, – ответил Клод. – Оно из области ментальных и может не понравиться твоему другу. На тех, у кого нет амулета или недостаточно сильная защита, действует вроде оплеухи.

– Давай, – разрешил отец. – Одну оплеуху он как-нибудь переживёт. Если мы ещё немного побудем под этим ливнем, у меня отрастут жабры и хвост!

Глава 3

– Больше никогда так не делай! – сказал Клоду Рабан. – После твоего вызова не помогает никакое лечение. У меня до сих пор звенит в ушах! Надо же было до такого додуматься...

– Дорогой друг, мы должны были утонуть перед вашей калиткой? – возразил Ганс. – У меня тоже звенит в ушах, но уже не так сильно. А вашего колокольчика не было видно из-за дождя. Кто же знал, что он там есть? В прошлое посещение я стучал ногой.

Все трое вымокли под дождём и теперь сидели с горячим вином у камина. Служанка мага унесла мокрую одежду сушиться, а гости надели халаты хозяина.

– Колокольчик вам не помог бы, – сказал Рабан. – Звон идёт в комнату привратника, а сегодня я его отпустил. Нет, наверное, сотворю себе ещё одно лечебное заклинание.

– Может, это сделаю я? – предложил Клод. – Я не изучал лечение, но если вы покажете, что нужно делать... Очень неудобно, что так получилось, а сил у меня...

– Ни в коем случае! – вскочил хозяин. – Никогда не берись за лечение! В нём главное – это равновесие потоков, а твоя сила скорее угробит, чем вылечит. Я уж лучше послушаю звон! Пожалуй, зря я дал тебе вино, сейчас принесу вместо него что-нибудь сладкое.

– Лучше бы мы перелезли через забор, – сказал Ганс, когда Рабан ушёл на кухню. – Ты сказал про затрещину, но это выглядело немного иначе. Я стоял позади тебя и едва удержался на ногах. Странно, что тебе самому не досталось.

– Ментальная магия не действует на самого мага, – буркнул слегка захмелевший Клод. – Я сильно передавил поток и всё равно получил не то, что хотел. Больше не буду ею заниматься!

– Не зарекайся, – сказал подошедший с кружкой в руках Рабан. – Это очень хороший вид магии, особенно с твоей силой. Говоришь, что использовал не всю? Советую тебе идти не в школу, из которой скоро выгонят, а ехать в армию вместе с отцом. Ему после этого простят солдат, а наш король бескровно закончит войну. Будешь идти впереди войска и раздавать свои затрещины врагам. Если вложишь всю силу, солдатам нашего короля останется только связывать тех, у кого не получилось удрать. Пей это тебе вместо вина.

– Ты шутишь? – спросил Ганс.

– Немного, но в этой шутке есть доля истины. Не верю я в то, что Клоду смогут помочь в школе. Но я на его месте не отчаивался бы и постарался извлечь пользу из своей силы. Нельзя использовать большинство заклинаний? Ну и демон с ними! Выбрать те, где сила важнее баланса, ими и пользоваться. В нашем королевстве по силе с ним сравнятся только несколько магов, а это означает, что большинство не сможет ни пробить его защиту, ни отразить удар! А ему нетрудно продавить любой амулет, даже сделанный мастером Горстом.

– У всадников, которых он разогнал страхом, были его амулеты, – сказал Ганс.

– Вот видишь! – воскликнул Рабан. – Ментальную магию редко используют против самих магов или тех, у кого есть амулеты. У большинства не хватит для этого сил, хотя для людей без защиты их нужно немного. Этот вид магии не запрещён империей для войны, потому что солдаты не воюют без защитных амулетов.

– Мне хочется спать, – заплетающимся языком сказал Клод. – Наверное, это после вина. Может, применить протрезвляющую магию? Я помню...

– Ни в коем случае! – замахал руками маг. – Я сделаю сам. Ну как, лучше?

– Да, спасибо, – нормальным голосом сказал Клод. – Сонливость пропала. Скажите, ваша мудрость...

– В молодом человеке прорезалась вежливость, – ехидно сказал Рабан. – Говори проще, что хотел. Маги не называют так друг друга, а для меня ты маг, хоть и с заскоками. Но вот твои учителя, если всё же поедешь в школу, потребуют называть их по всей форме.

– Я хотел узнать, добрался ли до вас пришелец.