Чтение онлайн

— Все нормально? — спросила Цветкова.

— Будешь моей девушкой?

Именно сегодня, впервые за последние несколько лет, мне безумно хотелось остаться дома и не идти на работу. Последняя неделя новогодних праздников прошла, словно в сказке — с Сашей мы практически не расставались, каждый день гуляли, показывая Мики окрестности, возили его к ветеринару, а Зверев крепко его держал и гладил по голове, чтобы щенок не боялся, пока ему делали прививки. Все было настолько хорошо, что мне просто не хотелось покидать этот маленький мирок, который казался мне таким хрупким.

— Доброе утро, — меня быстро чмокнули в губы, пока я пыталась закрыть входную дверь, первый раз оставляя моего золотистого комочка дома одного.

— Приве-ет! — протянула, присаживаясь на корточки рядом с Мики. — Мамочка сходит на работу и придет, ладно? — стараясь меньше сюсюкаться со своим чудом, сказала, гладя щенка по головке.

— Если ты сейчас не закроешь дверь, то нам придется взять его с собой на работу, чтобы не опоздать, — протянул Саша, спиной облокачиваясь на железную дверь.

— Видишь, какой у нас злой сосед, милый, — сказала и засмеялась, увидев насупившегося Сашу.

— Ты с собакой сюсюкаешься больше, чем со мной! — недовольно воскликнул Зверев, разводя руками.

— Ну-у, тебе же не пять лет, — пожала плечами, наконец-то закрывая входную дверь и подходя к Саше.

— Я вообще-то твой парень, — аргументировал он, будто это давало ему какие-то привилегии.

— Хорошо, — пожала плечами, переплетая наши пальцы. — Ну и чего ты хочешь? — спросила, спускаясь по лестнице вниз за Сашей.

— Хочу пригласить тебя на свидание сегодня вечером, — сказал он, а я удивленно приподняла бровь. — Сегодня в шесть, у меня в квартире, я приготовлю такую жареную картошку, просто пальчики оближешь, — протянул он, прикрывая глаза, будто уже испытал гастрономическое наслаждение от одного лишь воспоминания. — Пищалкутоже можешь с собой взять, — сказал Зверев, открывая передо мной дверь такси.

— Еще раз назовешь так мою собаку… — пригрозила ему.

— Хорошо-о, чудище, так чудище, — согласился он, за что и получил тычок в бок. — Ай!

— Увидимся на работе, — сказала, поцеловав его в щеку и, сев в машину такси, закрыла за собой дверь.

Мы с Сашей еще на выходных договорились, что не будем рассказывать о своих отношениях, даже наши друзья ничего не знают. Зверев сказал, что это глупо и совершенно по-детски, но у него не было шансов, поэтому Саша закатил глаза, несколько раз тупо пошутил и согласился на мои условия.

В лицей я приехала первой, так как Саше еще минут десять пришлось ждать такси, он вёл отсчёт, о чем Зверев сообщал мне каждую минуту до того момента, пока сам не приехал на работу. Но разве это могло помешать моему парню заваливать меня дурацкими шутками и горой сообщений, на которые я просто не успевала отвечать. В отличие от Зверева, который целый день заставлял детей наматывать круги по залу, Я наверстывала все то, что дети успели забыть за новогодние праздники.

— Думаю, поставить тебе на телефон рингтон погромче, — услышала знакомый насмешливый голос со стороны двери и, отложив красную ручку, перевела взгляд на Сашу.

— Думаю, отобрать у тебя телефон на время уроков, — усмехнулась, вставая из-за стола. — Ты уже закончил? — удивленно спросила, поправляясь капюшон у парки.

— Угу, ты скоро? — спросил Зверев, обнимая меня за талию.

— У меня еще два урока и проверка тетрадей, — печально вздохнула, надувая губки.

— Я могу тебя подождать, а тетради ты проверишь дома? Обещаю не мешать и тихо смотреть футбол, — сказал он, заставив меня улыбнуться.

— Лучше я проверю тетради здесь, но когда приду домой меня будет ждать самая вкусная картошка в мире, — мечтательно протянула, обнимая Сашу за шею.

— Отличная идея, — кивнул он, чмокнув меня в нос. — Тогда я пошел?

— Иди, только готовь у меня, а то твоя плита двухтысячных годов доверия особо не внушает, — сказала, заправляя выбившуюся из пучка прядь волос.

— Ты просто хочешь, чтобы я проследил за пищалкой, — закатил глаза Саша, а я легонько толкнула его в плечо.

— Сколько раз просила…

— Прошу прощения, — послышался знакомый баритон Александра Петровича и мы, словно ужаленные, отскочили друг от друга.

— Александр Петрович? — удивилась, обычно полковник не ходит по лицею в разгар учебного дня.

— Превет, дед! — кивнул Саша.

— Василиса Владиславовна, мы можем поговорить у меня в кабинете? Приходил участковый по поводу Хроменко, — спросил директор, все еще стоя в дверях.

— Да! Я после уроков зайду к Вам.

— Жду, — кивнул Александр Петрович и ушел.

— Ладно, я домой. До вечера, — сказал Саша и, быстро чмокнув меня в губы, вышел из кабинета.

Аккуратно постучала в дверь кабинета полковника и, услышав грозное «Можно», вошла внутрь. Александр Петрович сидел за большим рабочим столом и перебирал какие-то бумаги. Директор был настолько увлечен своим занятием, что даже не посмотрел кто вошел.

— Александр Петрович, — позвала я и мужчина поднял голову от бумаг, а при виде меня, улыбнулся.

— Василиса, проходи!

Присела на крайний стул у самой двери и нервно начала теребить край юбки. Уж очень меня волновала тема Хроменко и его мамы, что попала в реанимацию по непонятным причинам.

— У меня сегодня был участковый. Мама Артёма вышла из больницы и они с сыном забрали заявление из полиции, — сказал полковник, скрепляя руки в замок.

— И всё? — удивилась я.

— Да, женщина сказала, что просто упала с лестницы, а мальчик все неправильно понял, — пожал плечами Александр Петрович.

— Это с какого же этажа нужно было катиться по лестнице, чтобы попасть в реанимацию! — воскликнула, не в силах сдержать эмоции.

Что за чушь?

— Иногда можно об косяк удариться и сотрясение мозга получить, — сказал мужчина, смотря на Василису хмурым взглядом.

— И Вы в это верите? — спросила удивленно.

— Это не наша семья, Василиса Владиславовна, поэтому, не нам решать, что правда, а что ложь, — сказал Александр Петрович, возвращаясь к работе.

Значит, разговор окончен? Ладно.

— И, Василиса! — окликнул меня мужчина, когда я уже взялась за ручку двери, чтобы выйти.

— Да? — обернулась к нему.

— Мне жаль терять такого талантливого учителя, это твоё призвание. Надеюсь, на новом месте ты станешь наставником для еще большего количества детей, — сказал мужчина, позволив себе тепло улыбнуться.