Чтение онлайн

Жаль, что броню для гигантов можно сделать только на заказ, сейчас бы пригодилась любая, даже кожаная, но увы. Все без исключения гиганты предпочитали ходить в набедренных повязках и хитине, который им изредка доставался от тварей.

Внутренний хомяк обливался горючими слезами, ведь всё это можно было продать, да ещё и задорого. Но, с другой стороны, на кой чёрт мне всё это продавать, если потом придётся покупать или доставать заново? Все войны уже отгремели, так что новых артефактов пока не предвидится. Прикончу Макарова и пойду вместе с отрядами заниматься собственным развитием и охотой, а там видно будет…

(Где-то под Смоленском, штаб объединённой армии Российской Империи)

Зал для совещаний, как и в прошлый раз, был заполнен до отказа. Здесь присутствовала элита высшего военного общества: князья, генералы, советники, военачальники и представители духовенства, не говоря уже о более мелких чинах. Все они недоумевали, по какому поводу будет собрание, но среди рядов уже распространился слух про массированную атаку Бреста самыми мощными снарядами, что существовали у Российской Империи.

— Вы уверены, что император использовал «гнев богов»? — спросил один генерал у другого.

— Сомнений быть не может, взрывы были видны аж из самого Минска, — с умным видом докладывал коллеге сосед, — Если мы начали использовать столь мощное оружие уже сейчас, то что же будет дальше?

— Известно, что, — к разговору присоединился третий, весьма недовольный мужичина, — кровавая мясорубка.

— Не хотелось бы, — хмыкнул первый.

— Идут, — второй указал на вход.

— Прошу прощения, мы припозднились, — император извинился перед всеми собравшимися, — Григорий Иванович, начинайте совещание, — приказал он Потёмкину.

— Слушаюсь, Ваше Величество, — Потёмкин прокашлялся и взял в руки бумагу, — Сегодня мы собрались здесь по крайне важному вопросу. Недавно мы получили некоторые неподтверждённые сведения о готовящейся ловушке, которая должна была ожидать нас под руинами Бреста. В связи с чем было решено направить туда разведку, чтобы они хорошенько там всё проверили. Увы, но вся информация подтвердилась, — закончил он читать по бумажке.

— А в чём же заключался план противника? — выкрикнул один из самых нетерпеливых.

— Позвольте мне, Ваше Величество, — к императору обратился цесаревич.

— Давай, — император одобрительно кивнул.

— План противника заключался в том, чтобы усыпить нашу бдительность, — цесаревич поднялся со своего места и направился на центр зала, — Сколько раз мы отбивали атаки противника? Десятки? Или уже сотни раз? И каждый раз мы гнали их до самой Германской Империи.

— Могли бы и дальше! — послышался крик, наполненный праведным гневом.

— Могли, — согласился цесаревич, — Но жизни наших людей важнее, чем какие-то бесполезные клочки земли. Так или иначе, в этот раз наши противники решили поддаться, притвориться, что отступают, чтобы заманить нас в западню.

Зал начал охать и ахать.

— По замыслу негодяев мы должны были столкнуться с меньшими силами противника и погнать их обратно, как я уже говорил, мы так делали множество раз, — подчеркнул цесаревич, — Только в этот раз под руинами Бреста нас ожидал один крайне неприятный сюрприз, — он хлопнул в ладоши, — Заносите!

В зале появилась тележка, которую толкали два императорских гвардейца.

— Сейчас я вам этот сюрприз продемонстрирую, — цесаревич дождался, когда к нему подкатят тележку, и, зацепив белую ткань двумя пальчиками, смахнул её с трупа твари.

Зал вновь охнул, глядя на большую гуманоидную тушу с очень длинным хвостом и отрубленной мордой.

— Не такая уж она и страшная! — вновь послышался крик из зала.

— Нестрашная? Да? — усмехнулся цесаревич. — Выходите, и мы это проверим, это приказ!

Мужчина понял, что выбора у него не было, поэтому распрямился, выкатив вперёд руки, направился к центру зала.

— В прошлый раз вы показывали тварь намного больше и свирепей, — пояснил он свои слова. — А эта, метра два с половиной в холке, подумаешь! Что случилось с её мордой?

— Пришлось слегка подправить, — цесаревич поддержал разговор. — Но не сомневайтесь, когда столкнётесь с подобной гадиной, на улыбку не надейтесь. На морде не имеется глаз, только пасть, а значит, она ориентируется или на звук, или на запах.

— Мерзкое отродье, — мужчина плюнул в сторону твари.

— Мерзкое и смертельно опасное настолько, что «Серые Никасами», которых я показывал в прошлый раз, покажутся вам цветочками, — продолжил цесаревич.

— А это, стало быть, ягодки? — решил уточнить мужчина.

— А это ягодки, и сейчас я вам это продемонстрирую. Активируйте защиту, — приказал цесаревич и направился к отрезанному хвосту, который скрученным лежал на телеге. — Сейчас мы с вами проведём небольшой поединок, согласны?

— Я готов, Ваше Высочество, — мужчина ухмыльнулся и выхватил свой клинок.

Цесаревич ухватился за хвост и резко взмахнул рукой так, что он полетел по полу распрямляясь. Звук был сопоставим с тяжёлой цепью, которая неохотно двигалась под действием силы. А затем эта цепь полетела в обратную сторону. У цесаревича не было задачи убить противника, лишь простая демонстрация, чтобы все прониклись моментом.

Удар кончиком хвоста пришёлся мужчине прямо в правое плечо, пробив его насквозь. Он подобной атаки никак не ожидал, думал увернуться, но цесаревич был быстрее. Сказалась разница в уровне артефактов.

— У-у-у… — загудел он, закрыв рукой рану.

— Думаю, этого достаточно, чтобы вы все поняли, почему твари настолько опасны… — цесаревич отшвырнул от себя хвост. — Лечитесь, не стоит терпеть такую сильную боль, — сказал он, и мужчина сразу же выполнил приказ, полностью себя излечив.

В зале начались волнения. Люди были шокированы увиденным. Шутка ли? Драться с тварями, которые владели антимагией.

— Хвост, когти на руках и ногах и, вероятнее всего, зубы, — продолжил цесаревич. — Быстрые и ловкие, сила на уровне пылающих рун. Умеют передвигаться как по земле, так и по стенам и даже потолку. От такой гадины трудно убежать. В ходе разведки мы потеряли сразу трёх крайне сильных бойцов. Все они даже и не думали сражаться, потому что под землёй оказались тысячи подобных гадин. Все они пожертвовали собой, чтобы дать нам возможность спастись… Я закончил, — цесаревич поклонился отцу и занял своё место.