Чтение онлайн

Сильные маги умели защищать книгу и снимать с нее излишки силы, чтобы она не копила их в себе, и лавочники приглашали их время от времени “почистить хранилище”, если сами по какой-то причине не могли этого сделать. Но обычно они держали при себе помощника со способностями к магии, который отслеживал, если книга начала собирать в себя магию, и подчищал ее или убирал в “сейф” дожидаться глобальной чистки.

Я переживала, как бы в лавке не оказалось книг, которые не успели или забыли почистить и теперь они потянут силу с Яниса и детей. За себя я не беспокоилась, почему-то была уверена, что сумею дать им отпор. Но реальность наутро превзошла мои ожидания.

Уж не знаю, почему лавка звалась “Книжной”, но когда мы сняли чехлы, то книг не обнаружили вовсе.

Дедушка Янис не огорчился этому, он сказал что, наоборот, проще будет заполнить пустые полки тем, в чем у студентов есть потребность на сегодняшний день. Надо только сходить в Академию неподалеку и уточнить, что заказать в первую очередь.

Он порывался отправиться сам, но куда я его отпущу полуслепого? Решено было сначала провести ревизию, потом уборку, а вот после обеда или лучше завтра с утра идти знакомиться с городом и Академией.

Но знакомства начались раньше. С визита соседей. И приятными их назвать было сложно.

— Значит так, эту вашу развалюху я покупаю. Отсюда все выкинуть и самим съехать. Даю вам три дня и чтобы духу вашего тут не было, — сообщил мне невысокий, но плотный мужичок с упитанным брюшком, возникший на пороге нашей лавки наутро.

Я всегда считала себя воспитанной и интеллигентной девушкой. В конце концов, у меня дед академик, бабушка преподаватель, родители тоже не на стройке работали. И такая наглость и неприкрытое хамство ставили меня в тупик и заставляли уступать, опуская голову и пряча глаза.

Но сейчас за моей спиной были старик и дети, и идти нам некуда. Поэтому вышла на крыльцо, прикрыла за собой дверь, набрала в грудь побольше воздуха и, набравшись смелости, ткнула пузана в живот:

— Слушай сюда, чувырло! Еще раз сунешься ко мне в дом, я тебе пасть порву, моргалы выколю и, — задумалась на миг, вспоминая что там еще обещают в таких случая, — …глаз на ж… у натяну, понял? Вали отсюда, петух гамбургский!

Уф! Как, оказывается, тяжело кому-то угрожать. Особенно, если ты сама не веришь, что можешь защитить близких…

— Охереть! — по-русски сказал мужичок, не проникшись, и не думая сваливать с моего крыльца. — Так ты че, из наших? А че тут? Или не нашла еще мужика себе? Так если че, то я ниче, можем че-нить замутить, — выдал гость и подмигнул.

Капец. От предыдущего соотечественника еле ноги унесла, а тут еще один нарисовался.

— Остынь, я замужем, чувак. Дом не мой, муж приедет с ним и порешаешь. А пока сгинь, я подставляться не собираюсь, — я честно пыталась изобразить из себя кого-то крутого и наглого, но мужик оказался непрошибаемым. Или просто не верил.

— А я че? Я ниче, я сосед ваш. Эта халупа у меня как бельмо на глазу, давай ты мужику отпишешь, что так мол и так, все порешали уже, домишко с рук скинула, шубку прикупила. Ну че тебе стоит, а? А я тебе на цацки деньжат подкину, твой-то тебя, смотрю, не балует, — он окинул меня оценивающим взглядом.

А я в домашнем платье, чистом, опрятном, но довольно скромном. У меня вообще вся одежда простая, я же в монастырь собиралась. Хоть Дан и прорывался купить всякое то с мехом, то с перьями, я выбирала самое неприметное, чтобы в побеге практично и удобно было. Из-за этого меня снова за оборванку приняли, как и в пансионе Томаса. Сам мужичок хоть и был на внешность страшноват, но пиджак на нем расшит был золотом и разноцветными камнями, и вообще весь он был разряженный, точно фазан.

Хабалки Люси из второй квартиры из меня не вышло, поэтому сказала спокойно:

— А вы всех по своей прошлой жизни не судите. Здесь в первую очередь магический дар в цене, а нет вот эта ваша мишура. И его стараются подальше и поглубже спрятать, а понтами только пустозвоны меряются. Так что сомневаюсь, что у вас денег хватит эту лавку выкупить. Могли бы и задуматься, почему она столько времени тут стоит и никто ее не тронул, да хоть вон второй сосед, — покрутила головой, как будто сравнивала дома. — К тому же у него и дом пошикарнее выглядит, наверняка и денег больше. Так что подожду, пожалуй, еще предложений. А сейчас извините, дела.

Вошла в дом и дверь у мужика перед носом закрыла. И сама к ней с другой стороны прислонилась, пережидая, пока коленки трястись перестанут.

Да, я трусиха. Да, не умею давать отпор. Да, я не нашла себе места в своем мире и пришлась не ко двору в этом. Но я ни о чем не жалею. Может и проще было бы дома остаться, но как бы тогда Янис и Томас дальше жили? А Нина?

Снова глубоко вдохнула. Некогда мне ерундой страдать. В моем мире за год ничего не изменится, если только те ушлепки наркоманские, что хотели со мной непотребство сотворить, часть срока отсидят, если их закроют. Ну а нет, так на чем-то другом попадаются.

А тут мне надо успеть детям финансовую подушку организовать и дело в руки дать, которое им позволит в академию поступить и образование получить. Все-таки магия, это не шутка, с ней управляться научиться надо. Моя вот и не думает откликаться больше, на соседа даже малой искорки не вспыхнуло. А жаль, чувствую, не убедила я мужика…

Но хватит рефлексировать, Катюха, пора за работу! Тебя ждет уборка, ревизия и поход в Академию.

Лавка внизу была почти такой же, как и та у артефактора, где я успела побывать, — стеллажи под книги, витрины, прилавок с весами и счетами, конторка и старенькая касса. Мне нравилось абсолютно все, я уже воображала, что и где разложу, как сама встану за прилавок и буду принимать заказы, а Томас и Нина смогут упаковать и разность их. Даже подумывала о том, что надо бы заказать визитки или небольшие открытки с пожеланиями и вкладывать их в покупки.

Проблема была только в том, что в лавке не было не только книг, но и остальной товар, что был на остатке, порядком обветшал и нуждался в списании, а новый только предстояло закупить. Поэтому мы сложили все непригодное к использованию и унесли в небольшую комнатку за торговым залом. Для спальни она была маловата, а вот для кабинета или мастерской — в самый раз. Правда ее окно смотрело на забор и дом навязчивого соседа, но ничего страшного, это мы переживем!

Обойдя дом при дневном свете, мы нашли не только этот крошечный кабинет, но и темную кладовку-подсобку, и кухоньку, и черный вход, что вел во двор, а оттуда в переулок. Забор и калитка там оказались добротными и крепкими, а еще обнаружился сарай-развалюшка, в котором видимо когда-то держали птицу. Там сохранились клетки, кормушки и разная утварь. Предполагаю, что кто-то из тех владельцев, что были тут после Яниса, не столько занимались торговлей, сколько хозяйством. Территория позволяла при желании вскопать пяток грядок или соорудить клумбы. Но у меня склонности к земледелию не было и возиться с заросшей бурьяном землей не хотелось. Потому во дворе мы только выхлопали пыль с чехлов и штор и решили, что сначала парадный вход, а все остальное потом.

Отступить от планов пришлось, когда мы банально проголодались. Во время последней остановки в трактире мы набрали с собой еды на вынос, ее хватило на ужин и завтрак, ну еще перекусить между делом, но к обеду провизии не осталось.

Расспросила Яниса, что не спеша распаковывал пожитки, где тут можно купить продуктов, я прихватила с собой Томаса и отправилась на рынок.

Там и узнала, кто наши соседи и зачем господину Тазуру наш дом и участок. И заподозрила, что просто так он не сдастся. А все дело оказалось… в женщине.