Неупокоенный
Шрифт:
Шорох нарочито неспешных шагов. Тщательно выверенная пауза.
– Что, никогда не убивал детей? Так это даже проще…
Разворачиваюсь, рука сжимается в кулак… и попадает в железный захват. Из такого освободится может только урх-гуул, я не в силах.
Невозмутимое лицо эльфа. Сочувственный шепот Эдрика из-за спины.
Делаю несколько глубоких вдохов и выдохов. По идее, помогать это не должно: тело мое мертво, оно не производит лишний адреналин, который нужно сжигать. Но, вопреки всему, я успокаиваюсь.
– Пришел в себя?
– рука оказывается на свободе, кулак медленно разжимается. На ладони - следы от впившихся ногтей.
Огромный зал был разделен перегородками на лабиринт клетушек. Под потолком проходили многочисленные мостки, с одного из которых эмиссары смотрели на копошащихся внизу людей. Все они были одеты в различающиеся только степенью поношенности темно-серые балахоны, у каждого шею охватывало грубое металлическое кольцо. Разного возраста, лет от пяти и старше. Женщин не видно, только мужчины и дети. Некоторые содержались прикованными за ошейники цепями в отдельных загородках-казематах, остальные сидели, лежали или бродили в пределах своих загончиков.
Подчиненные Наставника пробились в этот зал без особого труда, внимание немногочисленной охраны приковано было к выходам из этого странного помещения. В невысокий, по сравнению с заложенными почти доверху дверными проемами, проход проникнуть можно было только поднявшись на скрипучем самопальном лифте. Или по стене, цепляясь крючьями за неровности кладки. Может быть, парни и не полюбопытствовали бы, что находится за столь оригинально модернизированной дверью, но кратчайший путь к лестнице проходил через этот зал.
– Обе стены разбиваем или только одну?
– поинтересовался Керрил.
– Обе, - подумав, ответил Кайел.
– Пусть эти разбегутся во все стороны, а Темные разбираются, где кто.
Обитатели загончиков поначалу не обратили внимание на раздающееся со стороны заложенных дверных проемов потрескивание. А зря. Не прошло и малой доли, как кладка с грохотом развалилась, разрушив заодно стены пары карцеров. Некоторое время все оторопело смотрели то на освободившиеся проходы, то на как-то незаметно опустевшие мостки над головами. Сначала выходить боялись, но потом из зала по кучам битого камня выбрались любопытные дети. Увидев, что ничего не произошло, за ними потянулись и взрослые, и вскоре обитатели зала, словно муравьи, расползлись по коридорам. И лишь немногие из них заметили, как мимо проскользнули две странные фигуры, с ног до головы закутанные в черное.
Вы когда-нибудь видели, как бледнеют эльфы? Неприятное зрелище. Атари вынырнул из-за книжного шкафа с лицом ровного, в один тон с волосами, пепельного цвета. Губы обычно невозмутимого эльфа подрагивали. В руках он держал что-то вроде футляра, какую-то небольшую то ли коробку, то ли шкатулку.
– Что случилось?
– спросили мы с Эдриком в один голос.
– Это невозможно… - пробормотал эльф, показывая нам пустую коробку.
– Его вынули…
– Сядь и расскажи все по порядку, - я потянул Атари к столу, за которым сидел, отдыхая от сбруи, Эдрик.
Эльф плюхнулся на стул, как величайшую драгоценность поставил на стол коробку. Закрыл ее, снова открыл, словно надеялся волшебным образом вернуть исчезнувшего из футляра "его".
– В этом футляре был таэ'л'вилин. Вы называете его "Книга Вопросов и Ответов", но это только малая часть его возможностей.
– А что это на самом деле? И почему из-за того, что его вынули из футляра, ты стал одного цвета со своими волосами?
– ох, чует мое сердце, что-то тут нечисто.
– Эта вещь… - непонятно, то ли Атари пытался как-то попроще рассказать о загадочном таэ'л'вилине, то ли экстренно придумывал, какой лапши нам навешать на уши.
– Она сделана для эльфов, которые попадают одни в чужой мир. Несколько таэ'л'вилинов было оставлено здесь во время Исхода, на случай, если кто-то из эльфов случайно вновь попадет сюда, и ему понадобится помощь.
– Набор для выживания?
– дошло до меня.
– Да, - еле заметно улыбнулся эльф, хоть и с моей помощью, но нашедший определение загадочного прибора.
– Только не нож, кремень, огниво и рыболовные крючки, а кое-что более сложное. Он содержит множество знаний, может лечить, создавать вещи, защищать владельца…
Да, здорово. Библиотека, синтезатор, врач и телохранитель в одном флаконе, то есть в одной коробке. Но почему Атари так испугался?
– Штука хорошая, но почему ты посерел-то?
– эхом моих мыслей отозвался Эдрик.
– Его что, нельзя вынимать? Он от этого испортится?
– Нет, от этого испортимся мы, - съязвил эльф, на лицо которого потихоньку начали возвращаться краски.
– Для работы с таэ'л'вилином нужно только открыть крышку коробки. Вытащить его из защитного кожуха может лишь мастер, который сделал прибор. У других - не получится. А если попытаться разломать футляр, то… Я не знаю, как это объяснить, но на пару тысяч саженей во все стороны из живых существ останутся только растения и мелкие насекомые. Все остальные превратятся в пепел.
– Ни фига себе спецэффекты… - изумился я.
– А что, тихо-мирно превратить в пепел только сам этот "вилин" нельзя?
– Пока не удается, - еле заметно улыбнулся Атари.
– Самые первые образцы при взрыве уничтожали вообще все. Может, еще лет через пятьсот…
Их ждали прямо у выхода с лестницы на восьмой уровень. Стоило эмиссарам пройти немного, как сзади опустилась одна из вконец доставших решеток, а из ответвлений впереди вынырнули фигуры с гномьими арбалетами. Защелкало, затарахтели механизмы перезарядки, и навстречу двоим, замершим у решетки, по узкому коридору понесся поток стрел.
Кайел вскинул голову, взгляд его помутнел, и стрелы словно увязли в воздухе, не долетев совсем чуть-чуть. Керрил свел вместе руки - еле слышно прозвучал хлопок ладоней - а когда развел их и направил в сторону стрелков, с пальцев ударили молнии…
Теперь, помимо уже имеющегося оружия, оба эмиссара заполучили еще и по арбалету. Можно было, конечно, взять и по два, но зачем? И так каждый прихватил еще и по запасной обойме. Рассматривая доставшийся ему арбалет, Кайел отметил про себя, что выглядит он точно как тот, что купили Вику. Только вместо рамки в прорези кожуха вставлялся барабан, вмещавший намного больше болтов.
На восьмом уровне мы, наконец, получили доказательство, что Темные пришли в себя. Сразу после лестницы за нами опустили решетку, а из ответвлений коридора повалили арбалетчики, заливая нас потоком стрел. Ничего у них не вышло. Бывший наготове Атари сделал странный жест, словно кидая что-то между нами и стрелками. Результат меня удивил. Болты пролетали примерно половину расстояния от Темных до нас, а потом, словно отразившись от чего-то невидимого, мчались обратно. Арбалетчиков нашпиговало собственными стрелами.