Чтение онлайн

Слева, в сотне футов от нас, что-то задребезжало, словно там тряхнули мешок с костями. Подойдя, мы увидели деревянную лестницу, которая еще вибрировала после того, как по ней кто-то спустился.

Я перегнулся через ограждение галереи, но Стоуна уже и след простыл. Мы не слышали, как открывалась дверь на первом этаже, поэтому, достав оружие, продолжили поиски на улице. Десять минут спустя мы уже проверили все пустые коробки, все служебные помещения у дальней стены. Стоуна не нашли. Никто не открывал дверь и ворота изнутри.

Такую штуку, которой был вооружен Бруно, я видел впервые, а потому скептически улыбнулся, разглядывая ее. Но напарник заверил меня, что по убойной силе ей нет равных.

– Это "дисней дет хоуз" калибра 780.

– "Дисней"?

– Уолт Дисней. Лучший оружейник в мире.

– Правда?

– У вас таких нет?

– У меня "смит-и-вессон".

– Продавцы гамбургеров?

Я нахмурился.

– Кто?

– Ты знаешь, "Смит-и-Вессон" – кафе быстрого обслуживания.

Я перестал задавать вопросы. Больно все запутано с этими альтернативными реальностями.

Потом я услышал звуки музыки, которые словно возникали в воздухе вокруг нас, пригляделся и заметил дверь. Мы ее сразу не увидели, потому что выкрашена она была под цвет стен. Я осторожно открыл дверь, заглянул в темные глубины. Звенели гитары, выл синтезатор, грохотали барабаны. Я двинулся вниз по ступеням, Бруно – за мной.

– Откуда музыка? – спросил медведь.

Мне не нравилось горячее дыхание, обжигающее шею, но я не жаловался. Пока он находился сзади, за свою спину я мог не беспокоиться.

– Похоже, в этом здании есть подвал или оно соединено с другим зданием, где они играют.

– Кто?

– Рок-группа.

– Какая группа?

– Откуда мне знать, какая именно?

– Мне нравятся рок-группы.

– Рад за тебя.

– Я люблю танцевать, – признался медведь.

– В цирке? – спросил я.

– Где?

Тут я понял, что едва не оскорбил его. В конце концов, он разумный мутант, интерреальностный коп, а не один из наших медведей. И не его дело танцевать в цирке или ездить по арене на велосипеде.

– Мы приближаемся к источнику музыки, – сообщил мне Бруно, когда мы спустились вниз, – но Стоуна здесь нет.

Серебристый кружок уже не светился алым.

– Идем дальше, – буркнул я, когда мы прибыли в сырой, заваленный рухлядью подвал заброшенного склада. Пахло мочой и тухлым мясом, возможно, в такой питательной среде и мог развиться вирус – могильщик человечества.

Я переходил из одной каменной комнаты в другую, идя на звук гитар, пугая крыс, пауков и еще бог знает кого. Я бы не удивился, встретившись здесь с Джимми Хоффой. Или самим Элвисом... но другим Элвисом ходячим мертвяком с множеством острых зубов, красными глазами и нездоровым интересом к человеческой крови.

В самой сырой, самой вонючей комнате я наткнулся на деревянную дверь. Естественно, запертую.

– Отойди, – попросил я Бруно.

– Что ты собираешься делать?

– Мелкий ремонт, – и выстрелил в замок.

От грохота едва не рухнула крыша подвала.

– Для таких дел у меня есть более удобные инструменты, – заметил Бруно.

– Обойдемся без них, – ответил я.

Я открыл дверь и обнаружил за ней другую. Из стали. Относительно новую. Без ручки или замка с нашей стороны. Две двери предназначались для того, чтобы перекрыть проход из этого здания в соседнее. Особенно во время концерта.

Бруно протиснулся вперед.

– Позволь мне.

Из кармана пальто он выудил четырехдюймовый стержень из зеленого кристалла, потряс, как термометр.

Я услышал, как инструмент начал звенеть, поднимаясь все выше по регистру, пока не вышел за пределы слышимости, в ультразвуковой диапазон, доступный только собакам. Но у меня почему-то завибрировал язык. О чем я сказал Бруно.

– Естественно, – отозвался он и прикоснулся кристаллом к двери. Замки, не один – несколько, разом отщелкнулись.

Мой язык перестал вибрировать. Бруно сунул "термометр" в карман, а я открыл дверь.

Мы попали в туалет, который в этот момент пустовал. Две кабинки с приоткрытыми дверьми, два писсуара, в которые, возможно, кто-то из обкуренных зрителей иной раз и попадал, грязь, жуткая вонь и заляпанное не пойми чем зеркало, где отражались наши перекошенные гримасами отвращения физиономии.

– Что это за музыка? – прокричал Бруно. Кричать приходилось, потому что мы заметно приблизились к выступающей рок-группе.

– "Металлика".

– Под нее особо не потанцуешь.

– Все зависит от того, сколько тебе лет.

– Я не такой старый.

– Да, но ты – медведь.

Мне нравится "металл". От него у меня прочищается нос, и я чувствую себя бессмертным. Если бы я часто слушал такую музыку, то начал бы есть живых кошек и отстреливать людей, имена которых мне не нравились. Поэтому предпочтение я отдавал джазу и блюзам. Но толика "металл" действовала на меня благотворно, а группа, что играла в этом клубе, была одной из лучших.

– Что теперь? – прокричал Бруно.

– Похоже, это бар или клуб, – ответил я. – Выйдем из сортира и поищем Стоуна.

– Я не могу. Улицы, особенно ночью, где люди находятся на расстоянии и не видят меня, если я сам этого не захочу, это одно. Здесь они меня увидят. Стоун тоже не будет тереться среди них. Он, конечно, больше похож на человека, но все равно у кого-то могут возникнуть подозрения. Он бы никогда не решился удрать в неисследованную реальность. Им двигало отчаяние, потому что я почти настиг его.

– Так что ты предлагаешь?

– Я останусь здесь, в одной из кабинок. Ты проверишь клуб. Если Стоуна здесь нет, мы вернемся на склад, выйдем на улицу тем же путем и попытаемся взять новый след.

– Заставляешь меня отрабатывать деньги, да? – спросил я.

Пока я поправлял галстук перед зеркалом, Бруно ретировался в кабинку и закрыл за собой дверь.

– Святой Боже, – донеслось оттуда.

– Что не так?

– Есть у людей этого мира элементарные понятия о чистоте?

– У некоторых определенно.