Чтение онлайн

– Простите, кого вы приспустили? – заинтересовался отец Шарля.

– Коня.

– А откуда у вас кони?

– Ой, это у нас выражение такое. Я имел в виду, что меня капитально приломило, и я сам на углу поссал. А что делать, если негде? А сколько таких, как я, за день приломит, это даже страшно подумать! Вот все своих коней и спускают.

– Да, есть у нас тут такие проблемы, – понимающе кивнул головой добряк Шарль.

Его мать держалась за сердце и не могла произнести ни единого слова.

– Так что, вы ещё нам спасибо должны сказать, что мы из цивилизации в вашу тундру приехали. Думаете, нам так просто приспосабливаться к вашим условиям? Мы же привыкли к комфорту и хорошим запахам. Приходится себя переламывать. Всегда тяжело приспосабливаться к уровню жизни, который на порядок ниже. Но мы с дочерью закрыли на это глаза и решили оправдать это любовью.

Как только Егор замолчал, мать Шарля посмотрела на своего мужа и пожала плечами.

– Послушай, что он несёт?

– Сам не пойму.

– Я предлагаю выпить, – напомнила я о себе и с вожделением посмотрела на стоящую передо мной бутылку.

– Я тоже, – поддержал меня Шарль и, опередив меня, стал разливать вино по бокалам. – Давайте выпьем за любовь. Как же хорошо, что я её встретил.

– Вообще-то ты отправился пустыню Сахару смотреть, – заметила мать.

В этот момент я бросила взгляд в угол гостиной и мне показалось, что там сидит маленькая собачка. Тогда я не понимала, что у меня вновь начались галлюцинации. Экстази содержит галлюциноген, поэтому употребляющие его люди часто видят вещи, которых нет на самом деле. Вот и я сейчас увидела маленькую собачку.

– Ой, какой славный пудель.

– Какой ещё пудель?

– Да вон, в углу сидит.

– В каком углу? – Мать Шарля с удивлением посмотрела на меня.

– А можно его погладить?

– Нет у нас никакого пуделя.

– Да ладно! Этот же не соседский.

Я встала, подошла к стене, села на корточки и стала гладить невидимого пуделя.

– Хороший мальчик. Красивый. Ушки у тебя какие интересные!

– Да она сумасшедшая, – нервно забарабанила пальцами по столу мать Шарля.

– Она так шутит, – заступился за меня добряк Шарль.

Неожиданно собачки не стало. Я развела руками и со словами: «Куда она исчезла?» вернулась за стол.

Мне протянули бокал с вином, я непроизвольно громко стала скрежетать зубами. Выпив коньяк, я хотела съесть кусок рыбы, но вместо ножа увидела зубную щётку и не могла не удивиться, что она делает на столе.

– А где мой нож?

– Ты его в руках держишь, – улыбнулся мне Шарль.

– Это зубная щётка.

– Это нож.

– Шарль, тебе нужно срочно проверить зрение.

Отодвинув от себя зубную щётку, я хотела взять грушу и ее откусить, но вместо этого взяла бокал для воды и откусила от него кусок. Когда мой рот был набит осколками бокала и хлынула кровь, я осознала, что бокал померещился мне грушей. Перепуганный Шарль тут же поставил передо мной тарелку и попросил выплюнуть всё стекло. Я выплевывала стекло вместе с кровью, затем шла полоскать рот, плохо понимая, откуда она взялась и что произошло.

Егор вывел меня на балкон, оглянулся по сторонам и протянул мне дозу.

– Быстро нюхни. А то точно кончишься.

– Спасибо, – заикаясь, произнесла я.

Меня обдало жаром.

– Егор, я хочу завести большую собаку, – лихорадочно говорила я Егору, прикрывающему меня своей широкой спиной для того, чтобы я могла свернуть трубочку из долларовой купюры и понюхать кокаин.

– Давай быстрее. Зачем тебе собака?

– Мне кажется, что за мной следят и что меня хотят убить.

Приняв дозу, я тут же пришла в себя, ощутила «приход» и, взяв Егора за руку, произнесла:

– Никогда больше не делай со мной ничего подобного. Слышишь, никогда!

– Слежка закончилась?

– Какая слежка?

– Ты только что говорила мне, что хочешь завести большую собаку, потому что за тобой следят.

– Ужас какой.

– Собачек невидимых гладила.

Я провела ладонью по своим губам и заметила, что на пальцах остались следы крови.

– Кровь? Откуда? У меня какие-то провалы в памяти.

– Ты же ела стакан вместо груши и изранила себе весь рот.

– Ты специально это сделал, чтобы я не понравилась родителям Шарля?

– Да ты бы и так им не понравилась, даже если бы была нормальной. Мы с тобой люди не их круга. Такие, как Шарль, на подобных девушках не женятся. Деньги к деньгам. Ну что, Наташка, погостили немного, пора и честь знать. А не поехать ли нам в Москву, домой?

Егор прижал меня к себе и похлопал по спине.

– Шарль, эта девушка алкоголичка и шизофреничка. Я не хочу, чтобы она со своим сумасшедшим отцом жила в твоём доме! Я этого не позволю! Неужели ты не видишь, что она серьёзно больна?! – кричала в гостиной мать на своего сына.

– Мама, но я люблю Наташу, – пытался противостоять ей Шарль. – Даже если она больна, я её вылечу.

– От чего? От шизофрении? Это не лечится. Подумай, какие у вас будут дети. Я не хочу, чтобы наш род продолжали шизофреники!

– Мама, я её люблю!!!

– Да какая, к чёрту, любовь? Девушку нужно класть в психиатрическую лечебницу! Она больная! Шарль, не позорь наш род! Если ты вздумаешь на ней жениться, мы лишим тебя наследства! Она аферистка, а её папаша мошенник! Они приехали в надежде завладеть нашими деньгами!

– Мы, пожалуй, пойдём, – сказал Егор, выводя меня за руку с балкона.

– Я с вами, – бросился следом за нами Шарль.

– Сынок, опомнись! – кричала его мать во всё горло. – Пусть они идут себе с БОГОМ. Ты же приличный человек. Пусть они улетают! Забыла это место… Ах да, Байкал. Пусть они катятся на Байкал!!!

Но Шарль не послушался матери. Он усадил нас в машину, отключил мобильный телефон и сказал водителю, чтобы тот вёз нас в Ниццу. Но как только машина тронулась, Егор попросил водителя остановиться и обернулся ко мне:

– Наташа, выйдем на пару минут. Поговорить надо.

Мы оставили Шарля с водителем в машине, а сами отошли в сторонку.

– Наташка, поехали домой.

Я посмотрела на Егора пристальным взглядом, и мне показалось, что у него вновь заблестели глаза.

– Куда?

– К себе на родину.

– Егор, не время сейчас. Давай потом об этом поговорим.

– Подожди. Я мигом.

Егор добежал до цветочной палатки, купил самый красивый букет и подарил его мне.

– Выходи за меня.