Неверный муж. Я тебя не прощу!
Шрифт:
Вот дурак!
Закапывает себя!
Нельзя парням в возрасте сыновей говорить, что у них кое-что не выросло и не дозрело, и вообще нельзя им тыкать, мол, вы сопляки.
НЕ-ЛЬ-ЗЯ!
— Пошли! — Лешка уходит, утащив Диму за собой, за лямку майки. — А ты впрягался за него!
Мальчишки уходят под бубнеж Степана и обещания им показать, кто в доме батька, и все в таком духе.
— Так…
Смахиваю холодный пот со лба.
Подлость Степана не знает границ.
Но сейчас меня интересует кое-что другое.
— Хорошо, ты… захотел купить машину! — цежу сквозь зубы. — А дальше-то что? Купил и обмывать пошел? В баре подрался?! Или не купил? Я ничего не понимаю!
— Не купил… Меня поджидали. Или следили… Я снял деньги, поехал, только вышел из машины, с портфелем…
Ага, а в портфеле — денежки! Ой, дурак…
— На меня напали. Их было двое. Здоровенные. Лиц не разглядел. У меня, Галь… Все забрали. Все! Я очнулся, сразу в ментовку, сразу… Найдут их, а? Как думаешь?!
Не знаю, найдут или нет.
Когда Степан сказал, здоровенные, я опять подумала, что это дело рук Дашаева.
Пусть бы не нашли…
Так, стоп… Степан сказал, что у него деньги украли.
Тут что-то не вяжется.
Не похож Дашаев на того, кто украл бы деньги.
А вдруг он не сам это сделал? Вдруг нанял кого-то, а те не гнушаются воровством?
Надо поговорить с ним…
Нет, что это такое, называется?
Лезет в мою жизнь без конца. Сказала по-хорошему, подожди, дай решить свои сложности, нет, он все равно лезет! И еще такими низкими способами.
Вот с кем я связалась, а?
Один мужик другого хуже, честное слово.
Кажется, пора завязывать с мужиками. От них одни беды.
Я с огромным трудом дожидаюсь наступления рассвета.
Встаю с первыми лучами солнца, готовлю близнецам завтрак.
Творожная запеканка, яйца, салат.
Все оставляю на столе.
Спала я одна, на большой кровати, Степан всю ночь кряхтел на диване в зале, часто вставал в туалет, мочился с причитаниями. Кажется, ему здорово все отколотили…
В офис пребываю одна из первых, включаюсь в работу.
Жду появления Дашаева.
Он опаздывает.
Я вся как на иголках…
Жду.
Глава 23
Галина
Наконец, Дашаев появляется в офисе.
Едва босс скрывается у себя в кабинете, я, схватив первую попавшуюся папку, влетаю следом за ним.
Он разворачивается на пятках, прикрывает за мной дверь и шумно сгребает в объятия.
— Гала. Я тоже скучал, — целует горячо, с языком.
На миг меня пронизывает его жаром, возникает сладкое, приятное головокружение от его объятий и такого проникновенного поцелуя.
Но я здесь не за этим!
— Так, хватит! — отпихиваю его изо всех сил, двинув папкой по груди. — Отпусти! Так не пойдет. Ты что творишь?
— Ах да, прости. Забылся. Ты такая…
Он обводит меня жарким взглядом, отходит.
— Не могу перестать думать о тебе. Всю ночь мозолил себе ладони… — показывает руки.
Руки у Марата крупные и сильные, но чистые, без сбитых костяшек. Хотя я уже сделала выводы, что Дашаев мог просто кого-то нанять. Так что верить ему на слово не стоит.
— Я просила тебя подождать. Так?! Так! И ты согласился! Тогда какого черта ты творишь?
Вытащив телефон, я показываю ему несколько фото Степана. Пока супруг спал, я сфоткала его разбитую рожу.
— Это что?
— Это мой муж. Его избили. Вчера. Не догадываешься, кто это был?! Или по чьей указке это сделали?!
Дашаев плотно сжимает губы.
— На меня намекаешь?
— А что я должна думать? Ты пригрозил, что побьешь его, и он… приходит побитым! В мясо.
— Я хотел его проучить, да. Но ты попросила… Попросила и была очень убедительной, — жарко смотрит, намекая на целую ночь секса и обоюдных ласк. — И я решил подождать, считай, наступил себе на горло, — разминает шею до хруста. — Тяжело, но жду. Есть движения к нашей совместной жизни?
— Еще какие. Вчера Степана избили и ограбили!
Дашаев выпрямляется, на его хищном лице не остается ни следа томной расслабленности.
— И ты считаешь, что это сделал я?
— Или по твоей указке. Слушай, может, ты кого-то и нанял, но этот кто-то не просто избил моего мужа. Этот кто-то ограбил Степу. Он написал заявление. Пусть вернут то, что украли. Или между нами с тобой все кончено.
Ноздри Дашаева гневно трепещут. Он вмиг превращается в гордого, оскорбленного хищника. У него даже нос как-то меняется, глаза сурово сверкают из-под насупленных бровей.
— Я тебе говорил, Гала. Мне нет нужды опаивать понравившуюся женщину какими-то веществами и лгать, чтобы взять желаемое. Я могу и прямо тебя увезти, на глазах у твоего недотепы. О твоего недомужа ни я, ни мои люди не марались, даю тебе слово. Но то, как ты задела мою честь… Вынуждает меня взять дело в свои руки. Говоришь, твой супруг написал заявление? Считай, сегодня же этим делом займутся лучшие следователи и выяснят, кто виновник.
Дашаев ныряет в карман и вытаскивает ключи.
— Вчера я кое-чем был занят, да. Я смотрел квартиры с риелтором. Для тебя и пацанов. Ко мне ты пока переезжать не хочешь, и я решил, тебе нужна будет отдельная квартира. На первое время, — показывает ключи.
Я тяжело дышу. Во мне все пульсирует, горит от его близости, взглядов, от его слов и этих интонаций…
Дашаев вкладывает ключи в мою левую ладонь, сжимает пальцы.
— Вот чем я был занят. Надеюсь, ты извинишься, когда поймешь, как ошиблась. Лучшим извинением будет просто спросить адрес, по которому находится эта квартира, и переехать туда.
У меня нет слов!
Я обидела Дашаева подозрениями, а он дарит мне ключи от квартиры. И пусть я не знаю адреса, но этот поступок меня впечатлил.