Чтение онлайн

Ему около сорока пяти лет. Так же как и я, в разводе. Внешне выглядит довольно солидно и строго. Высокий брюнет, крупный, с темной ухоженной бородой и умными карими глазами. Возглавляет одно из отделений в перинатальном центре и много занимается научной деятельностью. После моей выписки Ярослав заботливо звонил раз в два-три дня, постоянно справлялся о здоровье и состоянии. Спустя пару месяцев, однажды пригласил на ужин. У нас завязались легкие дружеские отношения, которые я сразу же обозначила. Только в последнее время общение стало переходить в стадию легкого флирта.

Возвращение Матвея ко всему прочему, словно вернуло меня в реальность. Не знаю, может, я боялась отвечать на ухаживания, потому что воображала, как Матвей страдает и мне казалось, я не могу быть счастлива.

Наивная дурочка. Андреев живет дальше. Я тоже должна, по крайней мере, начать попытки.

– Здравствуйте, – немного смущенно склоняю подбородок и откидываю прядь волос с лица.

– Сколько можно выкать? – качает Ярослав головой, тепло улыбаясь. Отмечаю, как удачно сидит на нем темно-синяя рубашка.

– Прости, – машу рукой. – Я все время забываю.

Официант принимает наш заказ и приносит воду.

– Как твоя конференция? Удачно выступил?

Мужчина становится серьезным, как и всегда, когда дело относится к его любимой работе.

– Да, спасибо! Темы докладчиков касались бесплодных браков. Было интересно и познавательно, не терпится применить некоторые инновационные методики в жизнь на конкретных пациентах.

– Я рада, что тебе понравилось. А как Москва?

– Москва стоит. По вечерам было одиноко, ужинал в ресторане при отеле и щелкал пультом от телевизора в номере.

Тихо смеюсь.

– Ну а ты как, Вика? – он легонько прикасается к моей ладони, лежащей на столе. Его рука приятная и теплая, но мне все равно на инстинктах хочется ее сбросить.

Мягко освобождаюсь, чтобы поправить прическу.

– Я обычно, – пожимаю плечами.

– На группе была?

– Нет, я решила больше не посещать ее.

Неонатальный психолог из центра определила меня в терапевтическую группу, которую я должна была посещать два раза в неделю. Первое время это мне очень помогало. Оказаться в моей ситуации в окружении женщин, которые тоже потеряли ребенка на позднем сроке вынашивания или после родов, стало своего рода исцелением. Местом, где тебя поймут и поддержат безоговорочно.

Но с течением времени я начала обнаруживать то, что возвращение раз за разом в свою травму делает мне только хуже.

– В выходные меня пригласили друзья на открытие загородной гостиницы, хочу позвать тебя в спутницы, – ровно произносит Ярослав, с интересом следя за моей реакцией.

– Я даже не знаю, – задумываюсь. Загородная гостиница? Я пока к такому точно не готова.

– Мы можем остаться, а можем вернуться в город после официальной части. Как ты скажешь.

– Давай, я подумаю, – тепло улыбаюсь, чтобы не обидеть его.

– Конечно, я тебе не тороплю, – кивает Ярослав, а потом, снова поймав мою ладонь договаривает, – но и отступать не намерен. Хочу, чтобы ты знала.

Подумав над предложением Ярослава, решаю все-таки согласиться на поездку в загородную гостиницу.

С ним я чувствую себя… безопасно. Он большой и сильный. А еще я ему верю.

Так как утро случается на редкость свободным, решаю съездить в торговый центр, чтобы приобрести новый наряд. Долго выбираю подходящее платье, пока не отыскиваю своё: струящийся шелк, золотистый цвет, выгодно подчеркивающий оттенок загорелой кожи, и основательное декольте. Так как ткань платья не позволяет надеть под него бюстгальтер, приобретаю силиконовые накладки и бесшовное белье.

Заканчиваю свой спонтанный шопинг покупкой изумительных босоножек на устойчивом каблуке.

Скорее бы выходные, уже не терпится выгулять свои обновки и хоть немного отвлечься от проблем.

Проблемы.

Нужно что-то решать с арендой.

Сроки горят, а новое помещение так и не найдено.

Бросив машину у входа в офисный центр, забегаю внутрь.

Тая, как обычно, за набитым бумагами столом занимается просмотром турецких сериалов. Пыталась и меня подсадить, но у меня-то в жизни такие американские горки, что ни одному сериалу не снилось. Даже турецкому.

– Хай, Викуль, – отрывается подруга от экрана.

– Привет, – кидаю сумку на стул. – Ты не разговаривала с соседями по поводу стоимости аренды?

– Разговаривала. Ни у кого, кроме нас, цена не поменялась.

Я не удивлена, поэтому легко киваю в ответ. Беру пластиковый стаканчик и наливаю воду из кулера.

– А ты знала, что Андреев попал в аварию два года назад? – интересуется Тая.

Руки против воли покрываются огромными мурашками, а голос теряется.

– Да, знаю, – произношу тихо.

– Он был в коме несколько дней и потом проходил реабилитацию где-то в Европе. Девчонки сплетничали с утра, я подслушала.

Прикрыв глаза, мысленно переношусь в прошлое.

«Сын известного депутата Андреева А.В. в состоянии сильного алкогольного опьянения попал под колеса легкового автомобиля на центральном проспекте города. Пострадавший в крайне тяжелом состоянии доставлен в больницу. Водитель автомобиля не пострадал.»

Судорожно отключаю радио и трясущимися пальцами ищу контакт Матвея в телефоне.

Недоступен.

Боже.

С тех пор как я его прогнала, прошло три дня.

Если с ним что-то случится. Если он не выживет. Я никогда себя не прощу.

Состояние ступора потихоньку прекращается, и я нахожу в соцсети страницу Мавроди, Кирилла Авдеева, его друга.

Пишу ему:

«Привет. Это Вика, если помнишь. Мы можем встретиться?»

Пока жду ответ, ничего не могу с собой поделать. Реву навзрыд. Слезы беспрерывным потоком застилают глаза.

В тяжелом состоянии. Какие у него повреждения? Когда-то давно, во время учебы в институте, на моих глазах сбили молодую девушку. Она умерла прямо на месте. Столько крови я в жизни не видела. Это было страшно.

Телефон издает противный писк.

«Привет. Помню. Приезжай.»

Кирилл отправляет адрес, который я тут же забиваю в навигаторе. Это оказывается какое-то заброшенное промышленное здание. Оставляю машину у дороги и вдоль страшных серых гаражей иду к входу.