Чтение онлайн

– На границе тучи ходят хмуро ….

Она слышит слово «граница» и сразу возвращается на место.

Как-то у нас в гостях был коллега хозяина по работе, он, услышав и увидев это действо, долго-долго смеялся, прямо, что говорится, до слез.

Пока домочадцы заканчивали свой ужин, я растянулся на полу и притворился спящим. Как только все разошлись, эта воришка на полусогнутых лапах направился прямиком к моей посудине, проходя мимо меня с наглой мордой, и даже не смутившись моего присутствия. В тот момент, когда она открыла рот и приготовилась смести языком остатки моего ужина, я зашипел, словно змей-горыныч. Не хватало только пламени изо рта. Пуха от страха подпрыгнула, взвизгнула и пулей вылетела из кухни. Я, для большего эффекта, побежал за ней и по-кошачьи прошипел ей:

– Запомни, в следующий раз поцарапаю нос.

Пуха оказалась сообразительной собакой, следующего раза больше не было. И после этого инцидента наши отношения постепенно начали налаживаться, даже появилось некоторое взаимопонимание. Но, правда, это только касалось территории внутри дома, на улице же действовали другие правила. Тут Пуха бесчинствовала и творила, что хотела, буквально не давая мне проходу. Хорошо, что она не обладала даром лазанья по деревьям, заборам, запрыгиванием на окна, иначе, мне бы и там покоя не было. Я заберусь на ветку и наблюдаю за хулиганкой, а та волчком крутится, прыгает, гавкает, а сделать ничего не может.

Глава 6

Самое тусовочное место в нашем доме – это кухня. Вечерами в будние дни семья собирается за обеденным столом, и обсуждает события, случившиеся за прошедший день. Я тоже всегда присутствую на этих посиделках, куда без меня. Да и интересно послушать, что происходит у людей, о чем говорят. Я обычно занимаю место на тапочках хозяйки, очень мне нравилось на них лежать. Правда, Татьяна Михайловна, иногда забывала, что я на них лежу и, как бывало не раз, случайно на меня наступала. Я, конечно, возмущаюсь, мол, неужели нельзя запомнить раз и навсегда, что это мое коронное место. Так нет же, еще на меня накричит и, в итоге, я остаюсь виноватым. Разве это справедливо?

Как-то вечером за чаем, Катя спросила у отца:

– Папа, а как устроено государство?

Я от удивления даже глаза приоткрыл, думаю, с чего это девчонку такие вопросы интересуют.

А она, как будто, почувствовав мое удивление, говорит:

– Нам в школе на уроке обществознания учительница рассказывала об устройстве государства, но, я, если честно, ничего не поняла.

Александр Петрович улыбнулся и говорит:

– Дети, чтобы вам было понятно, как устроено государство, давайте рассмотрим этот вопрос на примере нашей семьи. Слушайте внимательно. Поскольку я в нашем коллективе самый старший и несу ответственность за всех вас и, самое главное, за вашу жизнь, то я являюсь президентом. Наша мама отвечает за наше питание, следит, чтобы все были одеты, обуты, чтобы вы, дети, вовремя сделали уроки и т.д. Кем её назвать? Всё просто – она является министром экономики, образования, финансов. Тань, какие еще министерства ты у нас возглавляешь? – рассмеялся хозяин и отпил чай из кружки.

– А министерство здравоохранения забыл? Кто вас всех лечит? – улыбнулась в ответ Татьяна Михайловна.

– Точно! – воскликнул Александр Петрович. – Такой важный аспект и забыл. Прости, дорогая.

– А кто же тогда мы с Катькой? – поинтересовался Дима, поедая конфеты одну за другой.

– Вы, дети, наш народ, – торжественно ответил хозяин, отрезав солидный кусок халвы и закинув его в рот.

– А кто Пуха? – засмеялась Катька, отщипывая кусочки от булки и отправляя их в рот.

– Наша Пуха – это министр обороны, ведь она нас охраняет, когда мы спим? – мужчина кивнул в сторону собаки, лежащей на границе. Татьяна Михайловна посмотрела на мужа и произнесла:

– Извини, дорогой, что перебиваю, – женщина обратилась к дочери, – Катюш, положи булку. Я тебе сто раз говорила, не ешь на ночь мучное. И ты, Дима, перестань метать конфеты. Несмотря на то, что ты стройный, как кипарис, все равно вредно есть много сладкого.

Катька от обиды поджала губы, но булку все-таки от себя отодвинула подальше.

– Да уж, из Пухи охранник, как из меня танцор, – весело заметил Димка и потянулся к вазе со сладостями, но, заметив грозный взгляд матери, отдёрнул руку.

Нашли министра обороны. Она, как говорит Татьяна Михайловна, собственной тени боится. Я вам уже рассказывал, как она напрудила от страха, когда я всего лишь мимо нее прошел. Ладно, согласен, она тогда была ребенком. Но, она и сейчас такая же трусиха. Стоит только кому-то на нее чуть голос повысить, у нее уже лапы дрожат, скорей бежит за диван или прячется за ногу хозяйки. С такими министром обороны особо не пообороняешься.

И тут я услышал своё имя.

– А для Сократа есть должность? Даже и не могу предположить, какое он у нас министерство возглавляет? – улыбнулся Димка, – жалко нет министерства сна, а то он непременно бы его возглавил. Семья дружно засмеялась.

Любите вы потешаться над бедным котом. Не понимаете вы, что я и во сне работаю, только мозгами. Вам кажется, что думать это легко? Нет, это тяжелая умственная работа.

– А если бы было министерство по питанию, – весело заметила Катерина, – то мог бы сразу два возглавить. Народ продолжал веселиться и подтрунивать надо мной.

– Нет, ребятки, у Сократа должность особая, он у нас депутат государственной думы, – засмеялся Александр Петрович и посмотрел под стол, где я лежал и слушал их колкости.

– Почему депутат? – не понял Димка.

– А потому, что никто никогда не знает, где и чем он занимается, за что отвечает, – заметил Александр Петрович, – но живёт лучше всех, хотя не перед кем не отчитывается.

Все члены семьи дружно рассмеялись. Мне показалось, даже Пуха покачала головой. Я сначала обиделся, чего это меня в депутаты записали, а потом поразмыслил и пришел к выводу: а должность-то неплохая. Да и не обязан я вовсе отчитываться, где я и чем занимаюсь. Я свободный кот и живу в свободной стране.

Глава 7

Иногда я устаю от человеческого общества, и в такие моменты, когда хочется побыть одному, я прячусь в ванной. Ванная комната на первом этаже нашего дома – это даже ванной не назовешь, скорее, это прачечная. Тут и машинка стиральная и сушилка для белья. На подоконнике стоит разная химия, на полке под большим зеркалом на стене находится всякая всячина, тут же и утюг, и коробка с нитками, в молодости я немало с ними пошалил. Вытащу катушку и гоняю по полу, пока она вся не размотается. Вообще, в детстве я был очень не спокойным котом, признаюсь, семья натерпелась от моих шалостей немало. Сколько туалетной бумаги испортил, сколько салфеток изорвал. Все двери от меня закрывались, везде мне был ограничен доступ, кроме детских комнат, там я был всегда желанным гостем, особенно у Катьки.

А однажды, я даже утюг умудрился сломать. Татьяна Михайловна что-то гладила, и кто-то ее отвлек. Она поставила утюг на гладильную доску и ушла. Я в тот момент носился по дому как угорелый, прыгал с одного окна на другое. Увидев, что хозяйка отошла, я разогнался и, представив себя человеком пауком, с разбегу запрыгнул на гладилку. Утюг пошатнулся и рухнул на кафельный пол. Что-то там у него откололось, и он перестал работать. Когда Татьяна Михайловна вернулась, утюг лежал включенным на полу, из-под него шел дым, а меня, разумеется, уже и след простыл. Хозяйка быстро выдернула шнур из розетки, неизвестно, что было бы, если бы она вернулась не так скоро. Никто даже и не сомневался, чьих это лап дело, поэтому я спрятался так, что никто не мог меня найти до тех пор, пока все в доме не успокоилось. В таких случаях я использовал кладовку на втором этаже или котельную, никто в доме не знал, что это мои тайные места укрытия. О них даже Катька не знала. Там я какое-то время отсиживался, а потом потихоньку выходил и, как ни в чем не бывало, показывался перед семьей.