Чтение онлайн

Последние три часа я пребываю в состоянии, близкому к истерике.

С тех самых пор, как Олег вылил на меня ведро грязи около работы, я не в себе.

Я это осознаю какой-то частью мозга, нетронутой паникой. Но воспринимаю реальность очень отрывочно. Когда я пришла к Владу, когда увидела его на пороге, то почти сдалась. Желание броситься ему на шею было таким сильным, уязвимость схватила меня за горло и заставила пустить остатки гордости по ветру. Не знаю и не помню, что меня остановило, но я прошла внутрь с ровной спиной, будто палку проглотила, уселась на кожаный чёрный диван, на котором мы сказали друг другу безумно много приятных слов.

Влад заваривал мне кофе, а я собиралась с мыслями, стараясь не смотреть по сторонам.

Его квартира была сосредоточением приятных моментов.

Влад часто предлагал мне поужинать с ним на веранде, например. У него даже столик был для таких ситуаций - складной и деревянный. И одного взгляда на тот столик, засунутый за диван, достаточно, чтобы сожаление укололо меня в самое сердце... А если подниму глаза к потолку, то увижу несколько жёлтых блёсток, которые мы не стали убирать. Они прилипли к плитке после того, как мы взорвали несколько хлопушек на мой день рождения. Стояли потом, как идиоты, в этих ужасных блёстках, не зная, что делать. Влад начал смеяться первым, он схватил меня за талию сильными руками, поцеловал и закружил, оторвав от пола.

Короче говоря, в квартире Влада всё ощущалось острее. Как будто не кожа, а сплошные раны.

Запоздало я понимаю, что говорить у него дома не хочу, лучше бы вытащила его в публичное место, чтобы точно избежать скандала, чтобы не выходить потом из этой квартиры с позором.

Но когда я начинаю - эмоции таинственным образом уходят. Однажды мне о чём-то таком говорила Карина.

Она посещала курсы по психологии, чтобы работать с детьми, и состояние отрешённости назвала блоком. Так вот, этот блок наступил и отрезал меня от страха, неуверенности, опасений.

Я вывалила Владу столько информации, с такими подробностями, будто находилась на допросе.

А он. Я даже начала опасаться за его психическое состояние, потому что он слушал с непроницаемым выражением лица и даже удивлённым не выглядел. Но потом мы дошли до Олега и - о, чудо - Влад впервые за вечер проявил эмоции. Да ещё и какие!

–  Он был одним из. Одним из моих клиентов, - продолжаю я невозмутимо выдавать правду-матку.

–  То есть. Ты с ним спала? Ты.
– Влад резко поднимается на ноги, но в мою сторону не идёт.
– Вы знакомы?

–  Знакомы. Одно время мы общались.

Он направляется к бару, расположенному справа от диванчика, открывает дверцу и берёт первую попавшуюся бутылку с алкоголем.

В движения Влада примешиваются нервы, из-за них он ставит бутылку с громким стуком и проливает спиртное, наполняя широкий стакан. Меня понемногу пробивает на смех, я пока держусь, но понимаю, что мне тоже хочется выпить. И много. Мне хочется напиться до той степени, чтобы, как говорит Карина, и себя забыть.

Я тянусь к виски, на полпути Влад останавливает меня своими словами, неожиданными, бьющими наотмашь.

–  Раз уж у нас вечер признаний и ты, наверное, сидишь и диву даёшься, почему я не злюсь. Я всё знал о тебе, стандартная история перед браком, - разводит руки в стороны Влад.
– Таковы правила бизнеса, понимаешь? Я должен был убедиться, что ты. что у тебя нет секретов, прежде чем впускать тебя в свою семью.

–  Ты знал, что я проститутка, и всё равно сделал мне предложение?

Я тоже поднимаюсь на ноги, хотя своих коленей не ощущаю.

–  Ты была ею, я принял решение не брать во внимание твоё прошлое, верно.

Он достаёт из шкафчика ещё один стакан, наполняет его наполовину виски и вручает мне.

–  Расскажи, пожалуйста, об Олеге. Когда вы с ним познакомились?

–  Да что ты так на нём помешался?!
– не выдерживаю я.

Умом понимаю, что Влада моё признание не удивляет, но как укротить сердце, которое едва не выпрыгивает из груди. Неужели я не заслуживаю даже фразы: «Майя, ты молодец, что призналась, теперь между нами нет тайн!».
– Я тебе душу раскрываю. Я всё тебе рассказала о себе, какая, на хрен, разница, что ты это знал?!

–  Майя, успокойся, пожалуйста. Я это очень ценю.

–  Нет, не успокоюсь.

Почти не раздумывая, я беру и подношу ко рту стакан. Алкоголь обжигает мне щёки, язык, рот, пищевод, возможно, даже желудок, я пью его большими глотками, как сумасшедшая... А когда виски заканчивается, бросаю стакан Владу. Он чудом его ловит.

И смотрит на меня, будто первый раз видит. Да, да, парень, ты ещё не знаешь, какой я бываю, когда действительно злюсь.

–  Тебе-то что с того, что мы с Олегом мутили?
– спрашиваю я.
– Почему ты интересуешься? Я просто не понимаю.

В голове кружатся кадры сцены, которую мне устроил сегодня его брат, рождается смутная догадка.

Я не улавливаю, о чём она, не добираюсь пока до сути, но отчётливо вижу закономерность. Они реагируют одинаково. Наши с Владом отношения заставили Олега рвать и метать у офиса, называть меня последними словами, а теперь сам Влад выглядит так, словно его ломом по голове ударили, и снова из-за Олега.

–  Ах да, отвечу на свой же вопрос полностью. Почему я пришла именно сегодня?
– спрашиваю я во второй раз.

Он кивает подбородком, мол, говори.

–  Олег припёрся ко мне на работу. Боже, какими словами он меня обложил, ты бы слышал. И всё из-за тебя!
– тычу в него пальцем.
– Мы любили друг друга тогда, а теперь он меня ненавидит!

Почти сразу я думаю: что я несу.

Но сказанного не вернуть, я вслух произношу то, в чём даже себе не признавалась.

Неужели я злюсь на Влада, на моего любимого Влада из-за обиды мальчика из прошлого? Я путаюсь, усталость наваливается на меня с новой силой, и я оседаю на пол. Влад предпринимает попытку помочь мне, как-то поддержать. Но я отстраняюсь. Не трогай.

И эта немая сцена становится ещё интереснее, когда мы слышим стук в дверь. Смотрим друг на друга, замираем.

***

–  Сиди здесь, я открою, - говорит Влад, его гнев то ли испаряется, то ли маскируется под что-то другое. Он склоняется ко мне, кладёт руку на колено, и повторяет: - сейчас вернусь.

Мне остаётся неподвижно ждать, сортируя поток мыслей. В кармане куртки вибрирует телефон, наверное, десятый раз за час. У меня нет душевных сил ответить на звонок, кто бы там ни пытался до меня достучаться. Я только поджимаю под себя колени, как будто хочу занять как можно меньше пространства и стать незаметной.