Чтение онлайн

— Это особенное место для вас?

— Да, Миси. Особенное. Помнишь магиню из легенд? — спросил Рик.

Я кивнула.

— Так вот, после смерти брата Маринэль страдала от одиночества. И было от чего. Она сильно постарела. И это в мире, где старости как понятия даже нет. На Сифе точно. Последние дни своей жизни Маринэль проводила здесь, потратив остатки своей магии на создание этого места. Раньше, говорят, на берегу стояла хижина, в которой жила и умерла сильнейший маг всех времен. Пойдём, покажу тебе камень, под которым она похоронена.

Рик взял меня за руку, и мы прошли немного вглубь леса. Там, на небольшой поляне, врос в землю большой чёрный камень, по поверхности которого проходила сеточкой серебристая жилка.

— Печально. Но я ей завидую. Она прожила отличную жизнь.

— Она почти не жила, — удивился Дин.

Рик сжал мою ладонь, которую так и не выпустил.

— Дело не в том, короткий срок тебе отпущен или ты бессмертен. Главное в том, что ты сделал в этой жизни и как ты её прожил, — пояснила я.

— Миси, ты будешь жить очень долго, — взволновано приобнял меня Дин.

— От тебя кровью и пылью пахнет, — тихо произнесла я.

Дин попытался отшатнуться, но я крепко взяла его за руку.

— Может, искупаемся?

— Миси!?

— В озере. Надеюсь, что оно не холодное, — добавила тихо, но ребята услышали.

— Нет. Мы часто там купались.

Через несколько минут мы уже были у озера. Я на бегу скинула платье и нырнула в воду. Благо, глубина позволяла.

Когда я вынырнула и посмотрела на берег, братья ещё стояли в ступоре.

«Шалость удалась», — хмыкнула я.

Не знаю, почему так сделала, но захотелось мальчиков подразнить. И самой не помешало бы отвлечься от невесёлых мыслей. Эти два застывших, как две прекрасные статуи, мужчины были мне дороги. Я готова была довериться им. Что лукавить, хотела их.

Не успела моргнуть, как парни исчезли под водой. Эстет во мне валялся в глубоком обмороке. Я его понимала. Великолепные экземпляры.

С двух сторон меня поймали в сети вселенского очарования и нежности.

Я выгнулась дугой от взрыва чувственности. Каждое прикосновение воздействовало на меня, как электрический разряд.

Спина, грудь, живот, бёдра удостоились пристального внимания. Ладони скользили по чувствительной коже, слегка массируя, расслабляя. Я откинулась на грудь Рика, чем он тут же воспользовался, припадая к шее тёплыми мягкими губами, мягко сжимая бока.

Дин занялся грудью, цепляя губами соски, посасывая их поочередно и прикусывая. Стоящие торчком, покрасневшие горошины ныли и являлись источником волн наслаждения, что отдавались в паху. Руки мяли и оглаживали ягодицы, проходили пальцами по ложбинке между ягодицами.

Ласки не прекращались ни на секунду. Не знала, куда деть руки. То хваталась за затылок брюнета, притягивая его ближе к шее, которую он целовал, облизывал, временами отрываясь и даря глубокие, короткие поцелуи в губы, кусая и посасывая каждую губу по очереди. Затем зарывалась в потемневшие от воды платиновые пряди Дина.

В какой-то момент он подхватил меня, и я обвила ногами его бёдра, притягивая ещё ближе. Одна рука держала меня под поясницу, а вторая скользнула к промежности.

— Да! — раздался мой вскрик, когда он прикоснулся к пульсирующей жемчужине удовольствия.

Руки брюнета с боков переместились на грудь и стали с усердием мять её, оттягивая соски и сжимая их, а Дин впился жадным, грубым поцелуем в губы, что уже саднили после поцелуев Рика. Брюнет плотно прижался к моей спине, целуя шею, плечи, и я чувствовала его возбуждение ягодицами.

Длинные изящные пальцы блондина быстро двигались взад-вперёд, потирая клитор и складки, всё больше и больше погружаясь в сердцевину, выбивая из меня стоны. Дин пил их, глухо рыча и не отрываясь от губ. Брюнет совершал поступательные движения, потираясь о ягодицы возбуждением, скользя между ними.

— Сделайте хоть что-нибудь, — простонала я. Жар затопил тело по уши, наполняя меня, как сосуд углями.

Я уткнулась в шею Дина лицом и вгрызлась зубами в плоть. Блондин дёрнулся, но не прекратил движения пальцами.

Брюнет зарычал и впечатался в меня, я почувствовала, как он содрогается, что отразилось на мне. Сладкой судорогой прошла волна по телу, ещё и ещё, пока мое тело не выгнуло дугой.

Если так продолжится ещё немного, я рассыплюсь на тысячи осколков или стеку лужицей в озерную воду и растворюсь в ней.

Протиснула руку между мной и Дином, сжимая в руке колом стоящий член. Два-три движения вверх-вниз, и он запульсировал. Блондин обмяк, целуя меня в макушку.

А я всё-таки рассыпалась тысячами звёзд. Мой крик заглушил Рик, повернув голову и накрыв мой рот губами.

Так мы и застыли: двое прекрасных айви и опустошённая, но счастливая я между ними.

На берегу нас ждала свежая одежда, грязную кто-то унёс. Я стояла в шоке, прижав к груди платье. Осознание того, что я извивалась в руках двух мужчин, потерявшись в ощущениях, и стонала в полный голос, когда кто-то шастал тут без присмотра, доходило до меня через тягучий жгучий стыд.

Слёзы градом брызнули из глаз. Я стала судорожно натягивать платье, которое, как назло, не давалось. Тяжело одевать вещи на мокрое тело. Несколько раз дёрнув его на себе, с трудом расправила. Но мне мешала уже не мокрая кожа: она вмиг обсохла, полыхнув жаром, а моя нервозность.

— Миси, с тобой всё в порядке? — мягко прикоснулся ко мне Дин.

Я отшатнулась. Ощущение, как будто сквозь тело прошёл электрический разряд.

— Прости, прости, — выдохнула я, протянув руку, но не дотронулась, снова прижав руки к груди.

Дин нахмурился, но ничего не сказал. Мы молча шагали назад к стоянке, когда брюнет не выдержал моих тихих слёз.

— Ты можешь сказать, в чём дело, милая?

Помотала головой, но потом подумала, что веду себя, как малолетка.

— Нас там видели и слышали, — тихо произнесла я.

— Так ты нас стесняешься?

— Нет. Всё не так. Я считаю, что должна быть приватность таких отношений. Я с трудом воспринимаю, что вас двое. А знать, что ещё и подсматривают, это слишком.

— Понятно. Какая же ты смешная и милая, — Дин приобнял меня. — Нас никто не видел.