Чтение онлайн

Раны мои, впрочем, не тяжелые, сильно кровоточили. Я чувствовала, что вместе с кровью теряю и силы. Это заставило меня действовать ожесточённее.

И снова я на обратной, беззвучной изнанке мира. И снова у одного моего противника пронзена грудь, а у другого свернута шея.

Неожиданно я поняла, что на меня никто больше не нападает. Словно невидимая рука перелистнула страницу, и я оказалась в безопасности. Только что звенела сталь, летали боевые пульсары, а теперь я стояла на скользких от крови камнях и смотрела прямо на Сиобряна Дик*Кар*Стала.

Он возвышался надо всем на своём черном, арабском скакуне. Лицо его было совершенно бесстрастным, лишь в глазах горел мрачный огонь.

– Ваше Величество… – пробормотала я с облегчением.

Мир начал двоиться в моих глазах. Он раскачивался все сильнее, будто я стояла на огромных качелях.

– Ваш сын пытается убить меня, ваше величество… – бормотала я, почти бредя. – Наверно, ему не понравилась моя набожность? Особенно, когда я стремлюсь унять свой религиозный зуд в Хрустальном Храме, – истерично смеялась я, обседая на подхватившие меня руки. – И то, что я могу подарить вам нового наследника трона ему тоже не понравилось, ваше величество…

Честно говоря, я уже плохо соображала, что творю.

Мне ещё только предстояло осознать и смириться с мыслью, что безопасность, в которой я уверила себя, мнимая, что она существует только в моём воображении. Меня белым днем чуть не убила банда головорезов, которым оказалось глубоко плевать на то, что я королева.

Я смеялась, как сумасшедшая. А что мне оставалось? Плакать? Заламывать руки? Проклинать? Я предпочитала смеяться. Истерично и иронично, словно издеваясь над этим жестоким, одновременно рассудочным и безумным миром, в котором вместо одной лун их зачем-то светило три.

Я смеялась, пока не потеряла сознание.

Глава 16

В голове было пусто, я словно летела в этой пустоте неведомо куда. Потом зазвучали приглушенные, взволнованные голоса. И не поймешь сразу, далеко говорят или близко? Едва уловимо пахло горьким парфюмом.

Полностью я пришла в себя уже лёжа на кровати. В комнате закрыли все окна. В камине горело высокое пламя, распространяя удушливый жар. Дышать было нечем.

– Откройте окна! – потребовала я, пытаясь подняться с подушек.

Но чья-то рука уперлась в плечо, принуждая вернуться на место. Прохладный край чаши коснулся моих пылающих губ.

– Пейте, ваше величество, пейте, – шептал человек в тёмном балахоне. – Это обезболивающий отвар. Он облегчит боль, поможет успокоиться нервам и угомонит сжигающий вас внутренний жар.

– Мои нервы в порядке. Боли я почти не чувствую. Пить ваше пойло не стану. Дайте воды.

Цокая языком и недовольно качая головой, старик всё-таки не осмелился мне перечить.

Вода показалась сладким, как мёд, бальзамом, пролившимся на мои губы.

– Если ваше величество не жалуется на боли от раны я осмелюсь доложить королю, что вам стало лучше? – начал лекарь, перебирая руками четки. – Он оставил чёткий приказ. Сказал, что желает говорить с вами сразу же, как только вы…

– Скажите его величеству, что я буду рада его видеть, – перебила я эскулапа, не в силах дождаться конца его бесконечной, монотонно-усыпляющей речи.

Сиобрян навести меня, не прошло и четверти часа.

Выглядел его величество не лучшим образом. Лицо побледнело и осунулось, веки припухли, глаза подернулись дымкой усталости. Свет, падающий из камина, словно углублял морщины, пробороздившие его лицо.

– Лекарь заверил меня, что ваши раны поверхностны, хотя и сильно кровоточат, – тихо проговорил король глубоким и в то же время глухим, голосом. – Не волнуйтесь, вы скоро поправитесь, моя королева.

– Беспокоят меня не раны.

– Что же, в таком случае?

– Я считала себя в безопасности на вашей земле, маэстро. Я поступила легкомысленно. Мои враги воспользовались этим.

– Ваши враги ответят за то, что сделали.

– Даже если мой враг – это ваш сын? – вызывающе вздёрнула я подбородок.

Наши взгляды встретились.

Против его воли скрытый гнев Дик*Кар*Стала прорывался в тихом голосе, в напряженных, скрещенных на груди, руках.

– Это серьёзное обвинение. Вы осознаете это, моя королева?

– Поэтому и делаю заявление с глазу на глаз, без свидетелей, ваше величество.

– Ваши свидетели могут незримо присутствовать за вашей спиной. И таиться за спинами якобы свершающих покушение на вашу жизнь.

– Якобы?!...

– Я не могу исключить подобной возможности.

– Исключайте, что хотите и оставляйте, как пожелаете. Но вот что я вам скажу, маэстро. Я – ваша жена, я ваша королева, что вы неоднократно подчеркиваете при каждом обращении. И я не прожила под вашим покровительством даже двух месяцев, как меня почти прикончили под самым вашим носом и, несомненно, преуспели бы в своих начинаниях, не окажись я расторопней, чем ваши враги рассчитали. Я не знаю, что вы сами думаете о себе после случившегося, но согласитесь, у меня нет повода думать о вас как о сильном и мудром правителе?

– Виновные понесут наказание, кем бы не оказались. Это касается так же и вас, моя королева.

– Вы мне угрожаете?

– Предупреждаю. У вас есть личный мотив для устранения моего сына. Я об этом помню.

– А у вашего сына, впрочем, кстати, как и у вашего любовника, есть личный мотив для моего устранения!

– Однако, если я правильно понял, обвинять вы предпочитаете Фабриана, а не Лэша. Из этого следует вывод, что политика интересует вас больше любви, моя королева? – саркастично поинтересовался он.

– Меня интересует исключительно моя жизнь, в которой вы, против моей воли, играете важную роль, – зашипела я, чувствуя, как гнев обжигающей огненной лавой поднимается по позвоночнику. – Я обвиняю Фабриана, а не маркиза Виттэра исключительно потому, что он кажется мне виновным.

Дальше без утайки и редактирования я выложила Дик*Кар*Сталу всё, что знала, чему стала свидетелем, от нашей милой беседы с наследным принцем до его тайной коронации в Хрустальном Храме.

Чем дольше я говорила, тем темнее делались серые глаза Дик*Кар*Стала. В них будто плескался огонь, горел где-то там, в глубине черепа, как в жутких народных поверьях о мертвецах.