Чтение онлайн

— А этот Миша, — взгляд Кати становится заинтересованным, — Он женат?

— Нет вроде…. Но это не тот человек, которым стоит интересоваться, — вспоминаю строгий взгляд серых глаз и съеживаюсь, — Уж поверь мне. С обычными парнями в разы спокойнее.

— Ты не понимаешь, — подруга ведёт кисточкой блеска по моей нижней губе, — Они ж, как зайцы, эти обычные. Маленькие такие, нежные зверьки. С ними легко и комфортно пока не захочется жареной зайчатины или воротник. А такие, как твой Ярослав — это солидные звери. Им приятно покоряться, быть растерзанной, а потом согретой и зализанной в больших лапах. А самое главное, — она останавливается и на полном серьезе смотрит мне в глаза, — Никто и никогда не сможет тебя обидеть, кроме него самого. Правда, вот тут главный косяк. Можно не выжить…

— Не знаю, что хорошего ты в этом находишь, — ее слова безжалостно бьют по моим страхам, и я даже обхватываю себя руками, защищаясь, — Я не хочу, чтобы меня ели…

— Ну ты чего, Вась… — она аккуратно, чтобы не помять платье, обнимает меня, — Мне кажется, что хватит с тебя. Теперь все будет хорошо. И с Ярославом притретесь…

Громкий стук в дверь разрушает нашу идиллию. В спальню входит Ярослав. Он в классическом костюме. И я смотрю на него во все глаза. Когда что-то не идеально, всегда найдутся слова, чтобы об этом рассказать. Так уж устроен человеческий мозг. А сейчас… у меня нет слов. Потому что мой будущий муж — шикарный мужчина. От макушки до бриллиантовых запанок, и от них до блестящих ботинок.

— Пойду водички попью, — шуршит Катя, видя нашу немую сцену, и выходит из комнаты.

— Ты такая красивая, — Ярослав говорит почти шёпотом, — Что страшно трогать.

——

Его взгляд прожигает меня насквозь, задерживаясь и клеймя в тех местах, где кожа оголена.

— Спасибо, — веду плечами от рассыпающихся по ним мурашек, но почему-то напрягаюсь, когда Ярослав делает шаг в мою сторону и тянется к руке. Он очень тонко ловит мое настроение. Его лицо моментально становится непроницаемым, и он прячет руки в карманы.

— Что не так?

— Все хорошо…

— Точно? — я киваю ему в ответ, — Тогда поехали, — идёт к выходу из спальни, не оборачиваясь. Будто ему все равно, иду я следом или нет.

Ярослав не проявляет галантности даже возле машины. Открывает мне дверь и помогает сесть в салон вполне бодрый Валерий.

— Как твоя нога? — я спрашиваю у него шёпотом.

— Пойдёт, — он отвечает так же тихо, только уголки губ дергаются вверх, — Заморозил, — поправляет мне подол юбки и захлопывает дверь.

— Повторюсь. Что не так, Василиса? — голос Яра заставляет обернуться. Я молчу, оттягивая время ответа, в надежде, что Валерий сядет за руль и мне не придётся отвечать. Но распознав мой манёвр, Ярослав блокирует двери.

— Ну? — давит интонацией.

— Наверно, волнуюсь… — неопределённо жму плечами и прячу дрожащие руки в тюль юбки.

— По поводу?

— Да без повода, — огрызаюсь, потому что мне так сейчас хочется. Мне так легче. И в этот момент очень ясно понимаю проблему. Я просто хочу от этого мужчины большего. Понимая разумность происходящего, все равно желаю брака, основанного на любви, а не на заботе и сексуальном удовлетворении.

— Иди ко мне…

— Можно, я просто спокойно посижу, — голос неконтролируемо уходит в визгливое сопрано, и я испугано осекаюсь, — Пожалуйста, — добавляю тихо.

— Конечно, — Ярослав оскаливается, отворачивается к окну и открывает дверь для водителя.

Ярослав

Ее «все хорошо» меня бесит. Прикрываю глаза и незаметно сжимаю зубы, чтобы не гаркнуть. Осознаю, что если сорвусь, моя невеста будет всех смущать своим красным носом и поплывшим макияжем. А ещё эти фотографии свадебные…

— Все чисто, — у Валеры оживает рация, — Можете заходить в здание.

Вася никак не реагирует. Лицо постепенно начинает сливаться цветом с фатой. Настоящая снежная королева — белая, прекрасная и ледяная.

— Валер, выйди, — парень подчиняется без вопросов.

И я, наплевав, на красоту платья, сгребаю Васю в объятия. Каким-то удачным образом фиксирую ее голову, прижимая фату и, не давая увернуться, прижимаюсь к холодным губам. Даа! Чувствую ее острые зубки, мягкий язычок, врываюсь своим в ее горячий рот, и мой затылок простреливает от удовольствия. Мммм… Не отпущу. Чтобы она сейчас себе не думала.

— Что ты чувствуешь, Вася? — веду носом по ее щечке, — Ну? Через десять минут мы станем самыми близкими людьми.

— Мне досадно, — ее руки, наконец, оживают и начинают выписывать круги по моей груди, чуть отталкивая, — Что мы делаем это не абсолютно добровольно. Ведь по сути, это так! Нужно время…

— Вася, — я ловлю ее ладошку с кольцом и целую пальчик, — Сейчас это не имеет значения, но у нас все будет.

— Не имеет значения… — она грустно ухмыляется, — Ну тогда пойдём «да» говорить, — дёргается из моих рук в сторону двери. Дышит так глубоко, на сколько позволяет корсет. Обижена, возбуждена. Пытается открыть дверь, но она не поддаётся.

— Ты их снова запер? — стреляет в меня горящими глазами. Вот так уже гораздо лучше, чем было. Безразличие меня совсем не устраивает.

— Ага, — вальяжно киваю, — Там специальный блокиратор от детей. Чтобы на скорости не открыли и не выпали, — выхожу из машины, открываю дверь для Василисы и подаю руку.

— Не смешно, — шипит мне в лицо невеста. Пресекая возмущения, твёрдо беру ее под локоть и мы заходим в здание.

Внутри настигает какофония вечерних платьев, букетов, ароматов женских духов и забродившего винограда. Ребята ближе метра никого не подпускают. Нас приглашают сразу в торжественный зал. Большой, светлый, по стенам цветная мозаика и витражи. Справа оркестр. Рядом уже суетится фотограф и делает снимки.

— Невеста, головку на плечо жениха положила, — Вася ошарашено выполняет. Щелчок камеры, — Умница, а теперь в глазки ему посмотрела, — мы встречаемся глазами. В ее — паника. В моих — а хрен его знает, но меня конкретно так начинает подташнивать от обстановки.

— Хватит пока, — рявкаю на фотографа.

Мы останавливаемся возле стола регистратора. Зычный голос зачитывает положенную в такие моменты чепуху. Будто кто-то ее запоминает и собирается выполнять. Вася впивается ноготками в мою руку, и я жму ее в ответ прежде чем с ее губ слетает «да». Мое «да» звучит гораздо уверенне. Мы ставим подписи.

— Поздравьте друг друга первым супружеским поцелуем, — Боже, что за бред! Но я пользуюсь этим шансом и ловлю губки своей жены. Жены. Прижимаю ее крепче к себе, украшения корсета царапают ладони, и я уже мстительно представляю как безжалостно сорву их с Василисы. Начинает играть оркестр. Сейчас, наверно, должен быть первый танец, но мы просто стоим. Нам хорошо? Я не знаю. Фотограф больше не пристает с разговорами, а просто по-тихой отрабатывает время. В зале кроме нас только Миша с Катей и двое парней. Ещё двое с другой стороны двери. Принимаем скромные поздравления и выходим, уступая место следующей паре. Уже в дверях нас догоняет регистратор.