Чтение онлайн

–  Это ты убил Артура Лангтри?

–  Не совсем. Он уже умирал. То, что он увидел, ускорило его смерть.

–  Но зачем ты показался ему?

–  Потому что он был сильным и обладал способностью видеть меня, а я хотел, чтобы он попытался спасти Стеллу, ведь я сознавал, что она в опасности. Карлотта была врагом Стеллы. Карлотта обладала та кой же силой, как ты, Роуан.

–  Почему Артур не помог Стелле?

–  Ты знаешь историю. Было слишком поздно. В такие моменты, требующие присутствия во времени, я становлюсь как дитя. Я был побежден одновременностью, потому что действовал во времени.

–  Не понимаю.

–  Выстрелы прозвучали в тот момент, когда я предстал перед Лангтри. Пуля попала в голову Стеллы, и смерть наступила слишком скоро. Я вижу далеко, но не могу предугадать все неожиданности.

–  Так ты ничего не знал?

–  Карлотта провела меня. Она направила меня не в ту сторону. Я тоже иногда совершаю ошибки. По правде говоря, меня очень легко обмануть.

–  Каким образом?

–  Зачем мне рассказывать? Чтобы тебе было легче справиться со мной? Ты сама знаешь, каким образом. Ты такая же сильная ведьма, как Карлотта. Она проделала это, сыграв на чувствах Лайонела, и представила убийство как проявление любви. Она внушила Лайонелу, что он должен взять в руки пистолет и выстрелить в Стеллу. Меня не насторожили ее ненависть и злоба. Я просто не обратил внимания на любовные мысли Лайонела. А потом он смертельно ранил Стеллу, она упала и, широко открыв глаза, беззвучно позвала меня. Но спасти ее не было надежды. А Лайонел выстрелил во второй раз, навсегда изгнав дух Стеллы из ее тела.

–  Но ты убил Лайонела. Ты довел его до смерти.

–  Это так.

–  А Кортланд? Ты и его убил?

–  Нет. Я боролся с Кортландом. Я противостоял его силе, и ему не удалось применить ее против меня. Он, можно сказать, пал в сражении. Я не убивал твоего отца.

–  Зачем ты с ним боролся?

–  Я его предупреждал. Он возомнил, что может командовать мной. Но он не был моим колдуном. Дейрдре была моей ведьмой. Ты моя ведьма. Но не Кортланд.

–  Ведь Дейрдре не хотела отдавать меня. А Кортланд защищал ее, старался исполнить ее желания.

–  Ради своих собственных целей.

–  Каких именно?

–  Не важно. Теперь это старая история. Ты вырвалась на свободу, чтобы обрести силу. Ты избавилась от Карлотты.

–  Но об этом позаботился ты, действуя вопреки воле Дейрдре и Кортланда.

–  Ради тебя, Роуан. Я люблю тебя.

–  Да, но во всем этом есть какая-то закономерность, и ты не хочешь, чтобы я ее поняла. А как только рождается ребенок, оставляешь мать ради него. Разве не так случилось с Деборой и Шарлоттой?

–  Ты неверно судишь обо мне. Действуя во времени, я иногда совершаю неблаговидные поступки.

–  Ты пошел наперекор желаниям Дейрдре и сделал так, чтобы меня увезли. Ты ускорил исполнение предначертания о тринадцати ведьмах - и опять же, как всегда, действовал исключительно ради достижения собственных целей. Ведь ты всегда руководствуешься только своими интересами - не так ли?

–  Ты тринадцатая - и самая сильная. Я давно мечтал о такой, как ты, и буду тебе служить. Твои цели полностью совпадают с моими.

–  Я так не думаю.

В ту же минуту Роуан почувствовала движение в воздухе, и все ее существо пронзила боль. Она прониклась тем же чувством, что и Лэшер, услышала его, словно где-то тихо прозвучал низкий аккорд на арфе - своего рода песня боли. Портьеры снова всколыхнулись от теплого потока, и подвески на люстрах просторного зала заплясали в темноте, искрясь белыми лучиками. Теперь, когда огонь в камине погас, он забрал с собой все цвета.

–  Ты раньше был человеком?

–  Не знаю.

–  А ты помнишь, когда впервые увидел людей?
– Да.

–  И что ты тогда подумал?

–  Что дух не мог быть порожден материей, что это смешно. Или, как вы говорите, нелепо и ошибочно.

–  Дух произошел от материи.

–  Да, действительно. Он вышел из материи, когда в своем развитии она достигла определенной точки, и нас поразило это видоизменение.

–  Ты имеешь в виду себя и тех, кто уже существовал.

–  Мы существовали в безвременье.

–  И мутация привлекла ваше внимание?

–  Безусловно. Именно потому, что это была мутация, причем принципиально новая. А еще потому, что мы были призваны наблюдать за этим абсолютно новым видом.

–  Каким образом?

–  Возникший вид человеческого интеллекта, запертый в оболочку, тем не менее воспринимал нас и таким образом побуждал нас воспринимать самих себя. Возможно, я снова говорю заумно и поэтому не совсем точно. В течение сотен лет человеческий разум совершенствовался, становился все сильнее, люди развили телепатические способности, они ощущали наше присутствие, они дали нам имя, разговаривали с нами, соблазняли нас. Если мы откликались на все это, то сами становились другими: мы начинали думать о себе.

–  Значит, вы научились самосознанию от нас.

–  Все от вас: самосознание, желания, амбиции. Вы опасные учителя. А мы испытываем неудовлетворенность.

–  Значит, есть и другие подобные тебе, преследующие свои цели?

–  Джулиен говорил: "Материя создала человека, а человек создал богов". Это частично верно.

–  А до Сюзанны ты когда-нибудь говорил с чело веком?

–  Нет.

–  Почему?

–  Не знаю. Я увидел и услышал Сюзанну. И полюбил ее.

–  Вернемся к Эрону. Почему ты утверждаешь, что Эрон лжет?

–  Эрон не в полной мере раскрывает перед то бой истинные задачи Таламаски.

–  Ты уверен?

–  Конечно. Разве Эрон способен солгать мне? Я предвидел его появление задолго до того, как он родился. Все предупреждения Артура Лангтри были адресованы Эрону, хотя сам Лангтри об этом даже не подозревал.

–  Но неужели все-таки Эрон лжет? Когда он солгал? В чем?

–  На Эрона, как и на всех агентов Таламаски, возложена миссия. Но они это скрывают. Большую часть своих обширных знаний они хранят в тайне. Чтобы тебе было понятнее, скажу: это оккультный орден.

–  И каковы их секреты? Что это за миссия?

–  Защитить человека от нас. Исключить возможность появления новых порталов.

–  Ты хочешь сказать, что такие порталы появлялись и прежде?

–  Да, они появлялись. Но ты самая сильная из всех, кто когда-либо мог служить порталом. А с моей помощью достигнешь в будущем поистине небывалых успехов. Ты не будешь иметь себе равных.

–  Погоди минуту. Ты хочешь сказать, что другие бесплотные существа перешли в царство материи?

–  Да.