ЖАНРЫ

Невеста дьявола (Мэйфейрские ведьмы - 3)

Райс Энн

Шрифт:

–  Послушай, даже не знаю, как тебя благодарить, - прокричал Майкл вслед своему спасителю.

Но тот был уже далеко. Он лишь бросил взгляд через плечо и в последний раз небрежно махнул рукой, ускоряя шаг.

Майкла колотило, и он прислонился к стене бара. Прохожие с трудом протискивались сквозь собравшуюся возле машины толпу. Он почувствовал какую-то давящую боль в груди - даже не то чтобы боль, а скорее тяжесть; кровь стучала в висках, левая рука онемела.

Господи, что же произошло? Нельзя здесь расклеиваться, он должен добраться до отеля.

Майкл неуклюже двинулся по улице, миновав женщину-полицейского, которая внезапно обратилась к нему с вопросом, не видел ли он, как машина врезалась в фонарный столб. Нет, должен признаться, этого он не видел. А вот и такси... Нужно его остановить.

Шоферу удалось выбраться из затора, только дав задний ход и сделав полный разворот.

–  Юнион-сквер, отель "Святой Франциск", - бросил ему Майкл.

–  Вам нехорошо?

–  Нет, ничего. Терпимо.

Это был Джулиен, никаких сомнений, Джулиен заговорил с ним, Джулиен смотрел на него из окна автобуса! Но откуда взялась эта чертова машина?

Райен был сама любезность.

–  Разумеется, мы могли бы помочь вам с делами с самого начала, Майкл. Для этого мы здесь и сидим. Завтра же утром я пришлю человека закончить инвентаризацию и упаковать оставшийся товар. Найдем квалифицированного риэлтера, а цены обсудим, когда вы вернетесь.

–  Не хотелось вас лишний раз беспокоить, но я никак не могу дозвониться до Роуан. А меня не покидает ощущение, что я должен немедленно вернуться.

–  Чепуха, мы здесь для того, чтобы решать ваши проблемы, большие и маленькие. Ладно. Вы уже заказали билет на самолет? Позвольте мне обо всем позаботиться. Оставайтесь на месте и ждите звонка.

Потом Майкл лежал на кровати и, уставившись в потолок, курил последнюю сигарету "Кэмел". Онемение в левой руке прошло, и он чувствовал себя нормально. Ни тошноты, ни головокружения, никакой боли, если иметь в виду физическое состояние. Впрочем, на это ему было наплевать. Здоровье сейчас не имело значения.

А вот что имело значение, так это лицо Джулиена в окне автобуса. А затем тот обрывок видения, который всплыл и прочно засел в памяти.

Неужели все было спланировано так, чтобы привести его на тот опасный перекресток? Ослепить и оставить неподвижным на пути машины, потерявшей управление? Точно так, как его оставили на пути следования яхты Роуан?

Обрывок воспоминаний не давал ему ни секунды покоя. Он закрыл глаза и снова увидел лица Деборы и Джулиена, услышал их голоса.

"...что у тебя есть сила, обыкновенная человеческая сила..."

Да, есть. Я верю в вас! Это ваша битва против него, и в который раз вы протягиваете мне руку в самый нужный момент, как раз, когда должно произойти его очередное тщательно спланированное злодеяние.

Я должен верить в это. А иначе я сойду с ума.

"Ступайте домой, месье. Вы там нужны".

Он дремал, когда зазвонил телефон.

–  Майкл?
– Это был голос Райена, - Да.

–  Послушайте, я все устроил. Вы полетите частным рейсом. Так гораздо проще. Самолет гостиничной компании "Маркхам Харрис", которая рада оказать нам услугу. Я договорился, за вами заедут. Если нужно помочь с чемоданами...

–  Нет, просто назовите время - и я буду готов. Что это за запах? Сигарету что ли не затушил?

–  Через час устроит? Вам позвонят из холла. И прошу вас, Майкл, впредь обращайтесь к нам по любому поводу. Слышите? По любому.

–  Да, спасибо, Райен. Очень вам благодарен.
– Он уставился на дыру в тлеющем покрывале, куда упала сигарета, когда он заснул. Господи, впервые в жизни он допустил такую оплошность! В комнате полно дыма.
– Спасибо, Райен, спасибо за все!

Майкл повесил трубку, прошел в ванную, наполнил пустое ведерко для льда водой и выплеснул на кровать. Затем стянул сожженное покрывало вместе с простыней и полил водой темную вонючую дыру в матраце. Сердце опять тревожно забилось. Он подошел к окну, попытался открыть его, понял, что напрасно старается, а затем тяжело опустился на стул и наблюдал, как постепенно рассеивается дым.

Когда вещи были все сложены, он снова принялся дозваниваться до Роуан. По-прежнему никто не отвечал. Пятнадцать звонков - трубку не поднимали. Он уже хотел сдаться, когда услышал знакомый хрипловатый голос.

–  Майкл? Прости, Майкл, я спала..

–  Послушай, милая. Я ирландец, притом очень суеверный, как мы оба знаем.

–  Ты о чем?

–  Меня преследуют неприятности, одна за другой, все очень серьезные. Поколдуй немножко для меня, ладно, Роуан? Направь на меня луч белого света. Когда-нибудь слышала о таком?

–  Нет. Майкл, что происходит?

–  Я уже еду домой, Роуан. Ты просто представляй меня, милая, в белом свете, который защитит от всего плохого в этом мире, пока я не вернусь. Понимаешь, что я говорю? Райен нашел мне самолет. Я выезжаю через час.

–  Майкл, что происходит?
– Кажется, она плачет.

–  Сделай, как я прошу, Роуан. Поверь, так нужно. Попробуй защитить меня.

–  Белый свет, - прошептала она, - вокруг тебя.

–  Да, белый свет. Я люблю тебя, милая. Я возвращаюсь домой.

6

–  Хуже зимы у нас не было, - заявила Беатрис.
– Вы слышали? Поговаривают даже, что может пойти снег!
– Она приподнялась и поставила бокал на столик.
– Что ж, дорогая, вы очень терпеливы. Просто, я очень беспокоилась. Но теперь, когда я убедилась, что с вами все в порядке и что в этом огромном доме восхитительно уютно и тепло, мне, пожалуй, пора.

–  Зря вы волновались, Беа, - сказала Роуан, в который раз повторяя одно и то же.
– Я всего лишь покуксилась немного из-за того, что Майкла так долго нет.

–  А когда он вернется?

–  Сегодня ночью, если верить Райену. Он еще час назад должен был вылететь, но аэропорт Сан-Франциско закрыт из-за тумана.

–  Как я ненавижу зиму!
– воскликнула Беа.

Роуан не стала объяснять, что аэропорт в Сан-Франциско часто и летом погружен в туман, а просто молча смотрела, как Беатрис набросила кашемировую пелерину и прикрыла изящным капюшоном седые волосы, уложенные в красивую прическу. Она проводила Беатрис до дверей.

–  Не прячьтесь больше в свою скорлупку, а то мы очень тревожимся. Позвоните, если опять взгрустнется, - я вас подбодрю.

Поделиться с друзьями: