Чтение онлайн

— А как насчет всадника?

— То же самое. Но в лесу полным-полно конских троп. Хватит места для целого полка.

— Убийца мог прискакать из Лондона?

— Маловероятно. — Девил придержал своих гнедых: перед ними появились первые городские дома. — На лошади, одолевшей такое расстояние, да еще на большой скорости, бегством не спасешься.

Они выехали на главную улицу, и Девил перевел лошадей на шаг.

— Итак, — сделала вывод Онория, — мы ищем незнакомца, который нанял лошадь в день убийства, и как он выглядел, неизвестно.

Она почувствовала на себе взгляд Девила и услышала вздох, полный досады и раздражения.

— Да, мы ищем именно его.

Через пять минут, сидя в экипаже и слушая разговор герцога со старшим конюхом, Онория изо всех сил старалась скрыть торжество. Она знала, что нельзя демонстрировать свои эмоции. Меньше всего ей хотелось уязвлять мужское самолюбие Девила. А то, не дай Бог, еще передумает! И все-таки победа была так сладка, что Онории никак не удавалось согнать с лица улыбку. Стоило Девилу отвернуться, и ее губы растягивались сами собой.

Экипаж покачнулся.

— Вы слышали? — спросил Девил, забираясь на козлы.

— Никаких всадников, кроме Толли, не было. В городе есть другие конюшни?

Оказалось, что есть еще две, но там им ответили то же самое. Никто в тот день не брал лошадь, и никто не видел таинственного всадника.

— Что будем делать теперь? — спросила Онория, когда их экипаж снова выехал на главную дорогу.

— Я пошлю своих людей в Хантингтон, Годманчестер и Эли, а заодно в Чаттери, хотя там поиски вряд ли что-нибудь дадут.

— И в Кембридж?

— Да, — согласился Девил. — Это наш главный шанс. Кембридж расположен ближе к Лондону, и по тамошней дороге кареты проезжают чаще.

Онория кивнула.

— Когда же мы туда отправимся?

— Мы никуда не отправимся: ни в Кембридж, ни в другие города, — сказал Девил, искоса взглянув на нее.

Онория прищурилась, но он лишь скривил губы.

— Я — личность слишком известная, мои расспросы пробудят любопытство. Сент-Ивз — другое дело. Этот город когда-то принадлежал нашему роду, поблизости живет несколько хорошо знакомых нам аристократических семейств. Моим конюхам будет гораздо проще все разузнать за пинтой-другой пива. Это ни у кого не вызовет подозрений.

— Хм, — усомнилась Онория.

— В Кембридж я пошлю Мелтона.

— Вашего главного конюха?

— Можно и так его назвать.

Онория до сих пор не видела эту мифическую личность.

— Кажется, он не часто появляется в конюшнях.

— Когда он мне нужен, его всякий раз нет на месте. Такая уж у Мелтона почетная привилегия.

— Зачем же вы его держите? — удивилась Онория.

— Мелтон уже старик, — ответил Девил, пожав плечами.

— Только поэтому?

— Нет.

Онория была заинтересована. Суровое лицо Девила смягчилось — не сильно, но все-таки заметно для постороннего глаза.

— Мелтон первый раз посадил меня на пони, обучал верховой езде. Он всю жизнь прожил в Сомершем-Плейс и знает о лошадях даже больше, чем Демон. Не могу я оставить его без работы. Мелтон столько лет занимал эту должность! К счастью, Херси, его зять, — весьма смышленый парень, он и заправляет всеми делами. Мелтон занимается Сулейманом, или его вызывают в исключительных случаях. Старший конюх — это лишь почетное звание.

— Но когда Сулеймана надо расседлывать, Мелтона невозможно найти.

— Верно. Для него это вопрос чести, я уже говорил. — На губах Девила появилась колючая усмешка. — Мелтон проверяет, не забыл ли я то, чему он меня учил. С его точки зрения, хоть я и герцог, но обязан сам ухаживать за лошадью.

Онория закашлялась, а потом, не сдержавшись, расхохоталась. Девил бросил на нее испепеляющий взгляд и снова подстегнул лошадей. До Сомершема оставалось около мили. Онория утирала слезы, время от времени сотрясаясь от неожиданных приступов смеха.

Когда экипаж свернул с дороги на узкую тропку, а потом остановился на широкой поляне, заросшей травой, ее веселость поубавилась.

— Смотрите, это север графства Кембриджшир.

Да, такое зрелище невозможно было пропустить. Перед глазами Онории ковром раскинулись золотистые и зеленые поля, окаймленные лесами и живыми изгородями.

— Отсюда открывается прекрасный вид. Онория наслаждалась пейзажем, но ее тревога стремительно нарастала. Поляна была окружена деревьями. Слишком уж здесь уединенно.

— Там, — Девил указал направо, — виднеются крыши Чаттери. — Он опустил поводья. — А теперь пора пообедать.

— Пообедать? — Онория резко обернулась, но Девил уже спрыгнул на землю.

Через секунду она услышала, как он роется в багажном ящике. Наконец Девил вернулся — с ковриком в одной руке и корзиной в другой.

— Вот. — Он бросил ей коврик. Онория машинально поймала его. Свободной рукой Девил обнял ее за талию и опустил на землю. У Онории перехватило дыхание, а он улыбнулся с хищным блеском в глазах. — Выбирайте местечко поудобнее, чтобы расстелить ковер.

Онория ответила ему злобным взглядом: говорить она не могла. Ее сердце выпрыгивало из груди, а сил едва хватило на то, чтобы вырваться из его объятий. Она решительно — насколько позволяли вдруг ослабевшие ноги — прошла по траве, сознавая, что Девил следует за ней по пятам, расстелила коврик в первом же приглянувшемся месте, потом вспомнила о своем зонтике и с радостью вернулась к экипажу. Здесь все-таки спокойнее.

Благодаря своему маневру Онория выгадала время, чтобы успокоиться и привести в порядок мысли. Она сказала себе, что находится в полной безопасности. Главное — не позволять Девилу целоваться.

В предыдущих случаях она не виновата. Девил выкрал эти поцелуи. Он вел себя как пират: поразил ее, пленил и взял то, что хотел. На этот раз она попала в искусно расставленную ловушку, но исключительно по недомыслию. Пока Девил не делает попыток осуществить свои коварные замыслы, и ее долг, долг добродетельной леди, — не дать ему такой возможности. Его сладострастные поцелуи отнюдь не невинны. И ей не стоит поддаваться заигрываниям, дабы не оказаться потом в ложной ситуации.

Онория четко определила линию своего поведения: надо быть осмотрительной, осторожной и целомудренной. Она вернулась к Девилу, повторяя эти слова, как молитву. Содержимое корзины ясно доказывало его намерения: два бокала, холодное шампанское, завернутое в белую скатерть, деликатесы — словом, все для того, чтобы пробудить вкус к земным утехам.

— Вы все это спланировали заранее, — сказала Онория и, прищурившись, посмотрела на Девила, с комфортом растянувшегося на коврике.

— Конечно. А как же иначе?

Он нежно потянул ее за руку. Онории пришлось грациозно присесть на коврик — подальше от искусителя. К тому же их разделяла корзина.

— Но вы же не знали, что мне захочется к вам присоединиться.

В ответ он приподнял брови и напустил на себе такой покровительственный вид, что от возмущения

Онория потеряла дар речи. А Девил ухмыльнулся и полез в корзину.