Чтение онлайн

— Какие у нас планы? — спросила я, едва прожевав первый кусочек жареного мяса и ощущая небывалый аппетит. — Кабинет… дедушки, — у дракона дернулся глаз от последнего слова, но он все же смог взять себя в руки. — Лорд-протектор Алеадер упомянул, что там есть дневники и много записей, которые могут быть мне интересны.

— Женушка, ну куда ты торопишься? — проворчал он. — Я же сказал, мы с тобой вполне можем сказаться больными на какое-то время, тебе не помешает многому научиться, чтобы не хлопать глазами на следующем совете, а участвовать в обсуждении. К тому же, не знаю, как тебе, но мне после всего пережитого нужен отдых. Стар я стал, да немощен.

Я скептически посмотрела на Расара, в волосах которого не было и отблеска седины, а широкому развороту плеч мог позавидовать любой. Но в его словах была истина, да и помимо обучения мне не помешает переварить произошедшее, подарившее мне абсолютно новую картину мира и ощущения себя.

***

Уже вечером Расар пригласил меня в кабинет, вытащив внушительную стопку тетрадей, исписанных мелким, но при этом невероятно четким, почти каллиграфическим почерком. Уже после этого в ставшем уже привычным жесте он потер переносицу и, пробормотав что-то о том, что это не все, вышел, оставив меня перелистывать страницы с едва поблекшими чернилами. Вернулся дракон скоро, а за его спиной летело две очень внушительных коробки, в которых вновь были тетради.

Замелькавшие после этого дни были одновременно похожи один на другой, но в тоже время разительно отличались друг от друга. Он оказался очень хорошим и внимательным наставником, не только досконально разбиравшим материал, но и заставляющим меня смотреть на него под разными углами зрения.

Слушая в такие моменты Расара, я осознала абсолютно точно — я влюбилась в дракона, и пусть он не предпринимал попыток сближения, не давая мне ощутить головокружительную страсть, но само время, проведенное с ним, запомнится мне как передышка. Рядом с мужчиной я чувствовала себя в абсолютной безопасности и понимала, что могу ему доверять.

Оказалось, что помимо знаний, необходимых в кабинетной работе, он отлично владеет холодным оружием, но попытки научить меня фехтовать с треском провалились — мне отчаянно не хватало выносливости для этого, но наблюдение за его тренировками стало моим излюбленным утренним занятием.

Разбор подарков был мне абсолютно не интересен, но заняться этим пришлось. Правда, дракон сбежал в кабинет уже через четверть часа после начала распаковки свертков, оставив меня один на один с задумчивой Амолиной, которая находилась мыслями где-то очень далеко.

— Красиво, — бормотала девушка после открытия каждой упаковки, и даже при взгляде на откровенно безвкусное постельное белье ужасного малинового оттенка ее голос никак не изменился.

— Что такое? — не выдержала я, строго глядя на девушку, которая пусть и не стала, и не станет для меня подругой, но неприятельских чувств между нами не было.

— Очень сессия тяжелая, — пробормотала Амолина, моргнув и подавляя зевок.

— Может, ты отдохнешь? Я смогу сама разобрать подарки и даже ответить на письма. Основной текст можно скопировать с листа на лист, а подписать я смогу, — я ободряюще улыбнулась, вставая и уже готовясь идти к экономке, чтобы потребовать освободить девушку от работы.

— Нет, — в ее голосе была паника. — Не нужно, я вернусь в комнату и снова сяду за книги, а сейчас… Я обещаю быть разговорчивой.

— Дело не в щебете, — сказала я серьезно, хмурясь.

— Выпускные экзамены скоро, и меня разрывает желание остаться в Ширасарне или все же отправиться исследовать мир, и сейчас мне… страшно, — она улыбнулась. — Собирается экспедиция на Вальрос, и мне не даёт покоя мысль о том, что за руинами городов, скрытых во льдах? Еще желающим пытаются преподавать их язык, и мне что-то подсказывает, что, если мы встретим аборигенов, это не слишком выручит…

— Ты же хотела посмотреть мир, — я улыбнулась. — И кому как не тебе знать о том, что ужасы, которые рассказывают, не всегда правдивы? Напишешь монографию и станешь известной в научных кругах.

— Нет, у экспедиции будет другая цель — мы должны составить карту западного побережья Вальроса и нанести на нее поселения. Там очень давно не было путешественников из Ширасарна и…

— Постой, — я нахмурилась. — Я что-то помню про то, насколько опасное путешествие и опасно оно из-за…

— Течений и ветров, — перебив меня сказала Амолина, и я улыбнулась, увидев огонь интереса, появившийся в ее глазах. — Но если я откажусь, то… Я боюсь за родителей, и боюсь, что они даже не будут знать, что со мной и жива ли я. И где меня похоронят, сожгут ли меня по традициям Ширасарна?

— Милая, — я улыбнулась, откладывая очередную бесполезную, на мой взгляд, коробку. — Не отчаивайся и не думай о плохом, подумай, сколь сильно ты будешь грустить, если не попробуешь. Какой будет твоя жизнь в Ширасарне?

— А какая будет у меня жизнь, если корабль разобьется о скалы? И будет ли жизнь?

— Ты хочешь, чтобы я уговорила тебя за или против? — кажется, этот вопрос был самым верным, ведь девушка задумалась.

— А Вы бы согласились? — спросила она, глядя на меня, будто я была мудрее и старше ее.

Я качнула головой, задумавшись и вспоминая вечерний разговор и ночь, в которую Расар познакомился с моим отцом. Как я могу отговаривать девушку от путешествия, если мои мысли все чаще и чаще находились на другом континенте, так же, как и Вальрос, известный своими опасностями? Пусть я понимала, что еще не время, но была уверена — это путешествие обязательно состоится, и не важно, по морю оно будет или на крыльях… Впрочем, второе маловероятно, ведь чтобы обернуться, необходимо очень много сил.

— Да, — я улыбнулась. — Я бы согласилась, ведь когда ты ещё увидишь мир? Не Ширасарн, а то, что находится за его пределами? Кстати, расскажи про язык. Очень сложный?

Амолина мотнула головой, и я с радостью наблюдала, как девушка оживляется на глазах:

— Нет, он просто очень не похож на наш, самими звуками, как будто… Как будто лёд разговаривает, мало гласных и много согласных. Произношение я, кажется, никогда не отработаю, но, может быть, оно и не нужно? Если поеду, то капитаном на судне будет господин, который не раз бывал в тех краях.

— И что же ты тогда боишься, если он уже знает те воды?

— Не западные, но он, надо признать, опытный моряк и, возможно, и правда все не так уж и страшно, — она улыбнулась и потянулась к следующей коробке. — И что Вы собрались делать со всем этим хламом? Может быть, отнести в кладовую?

Я кивнула, поняв по тому, как моя собеседница перевела тему, что решение она приняла и несказанно этому рада.

— Разобрать надо, да и попадаются полезные вещи, — я улыбнулась. — И наша задача отделить полезное от всего остального… хлама.