Чтение онлайн

Каменный пол сам по себе не отличался особой ровностью, да и не переживал никто раньше по этому поводу, а просто делали дубовые плашки разной толщины, для того, чтобы нивелировать неровный камень.

Способ недурной, быть может, только больно уж затратный. Поэтому я и решила попросить плотника сделать подложку для пола из небольших брусочков дерева, любого, лишь бы выровнять пол. А потом уже напилить цельные дубовые доски, которые мне достались от заботливой родни, на узкие дощечки. Так и укладывать будет проще. И неровности практически незаметны. И ещё, что немаловажно, заменить такую дощечку можно было без особых проблем.

Собственно говоря, за мной была только общая идея, а вот исполнение… от профессионалов. Поэтому местный плотник, который немного отошёл от стресса, только задумчиво смотрел в мою сторону, когда я бурно жестикулировала, заменяя недостаток знаний и пониманий эмоциональностью. Что же, я сделала всё, что могла, теперь остаётся только дожидаться результата.

Впрочем, не только я одна переоборудовала свои комнаты – свекровь тоже времени зря не теряла – мотивируя необходимостью изменить холостяцкие комнаты Ричарда, добавить кое-какие необходимые женщине мелочи, в покоях парня проходил ремонт.

На одной из комнат появилась новая массивная дверь и тяжёлый замок на ней, рядом ещё одна каморка, наверное, для няньки Эйлис. Кейтлин лично руководила ремонтом в покоях сына и просто светилась от счастья, из чего я сделала вывод, что договорённость с лордом Харнером была достигнута с максимальными преференциями с его стороны.

До свадьбы оставалось уже три дня, Ричард прислал записку с одним из солдат, где просил не волноваться за него, за сутки до церемонии он непременно вернётся домой, даже если все нортманны, живущие поблизости от Гор, решатся на вылазку в Дейтон.

Легко сказать – не волноваться! Лично у меня, чем ближе была дата свадьбы, тем сильнее росло предчувствие чего-то нехорошего. Да ещё и Якоб, казалось, отпустил ситуацию и не слишком волновался о собственном брате. А если что-то и задумал, то очень хорошо скрывал свои замыслы, отказываясь делиться ими со мной.

Приезда отца Кейтлин, деда Маркаса, я ждала с огромной надеждой. Судя по тому, что мне о нём говорили, он был тем человеком, который мог бы прекратить это безумие.

Поэтому я каждое утро с затаённой надеждой посматривала в окна своей спальни.

– Тоже мне, дозорная башня! – ворчала я, нетерпеливо шаря взглядом по горизонту – Правильно говорил дядя Эйб, что её давно было пора разрушить и посадить на этом месте клумбы.

Хотя нет. Кажется, про клумбы дядя не мог сказать… однако, как бы то ни было, но «…Лондон глух и нем и ждать известий нет причины»!

Я покосилась на Якоба, который с расслабленным видом сидел в кресле и лениво пролистывал газету.

– Дорогой супруг! – решилась я – Правильно ли я понимаю, что ваш с Ричардом дедушка, лорд Маркас, живёт в столице?

Якоб рассеянно кивнул, не отвлекаясь от своего занятия.

– Именно так. Дед плотно сидит в палате Лордов Энландии, и занимает это место уже не один десяток лет. Я не думаю, что тем самым он осчастливил своих коллег, но…

– А далеко ли столица отсюда? – моё сердце забилось чаще.

Наконец-то он отложил газету в сторону, встал и подошёл ко мне. На его лице была привычная лёгкая улыбка.

– Верхом не менее одной недели, карета едет не менее десяти дней. Ты кого-то ожидаешь из столицы, дорогая? Насколько я припоминаю, мама отказалась приглашать дедушку на свадьбу, мотивируя это переживанием за здоровье деда.

– Нет, это я так… к слову, я просто подумала, ну, мало ли…

Я села в кресло. Ну, что же… ошибочка вышла.

***

Секретарь лорда Маркаса Роуэла спешно поднимался по лестнице, кивая на приветствия и торопясь вручить ему сегодняшнюю корреспонденцию. Берни не так давно работал у лорда, однако успел уяснить для себя некоторые моменты – со всем удивительным и непонятным стоит сначала разбираться самому, а уже потом сообщать об этом своему работодателю. А сегодня как раз случилось то, что может быть определено, как «удивительное и непонятное». Нет, точнее говоря, не совсем так. Письмо, которое получил милорд из Дейтона, можно было бы счесть банальным. Если бы не пара нюансов.

Глава 27

Господин Бернард Уоллес, или просто Берни, как частенько называл его лорд Маркас, находился в недоумении. И было отчего, если честно. Никогда раньше он не видел такого странного приглашения на свадьбу – будто писал ребёнок, который первый раз увидел перо и чернила. Во всяком случае, разный нажим пера, чернильные кляксы и прыгающие буквы намекают именно на это.

Берни с сомнением посмотрел на конверт – на дорогой тиснёной бумаге был изображён герб клана Гленарван, да и посыльный сказал, что письмо пришло из Дейтона.

Господин Уоллес не зря считал себя очень рациональным человеком. Поскольку он взвесил все «за» и «против» и постановил решить, что привычное перевешивает странное и необъяснимое, так что это самое «странное» нужно считать ничтожным и привести всё в норму. Именно поэтому, когда после завтрака милорд занялся утренней почтой, Берни, как ни в чём не бывало, сообщил:

– Письмо от председателя Палаты Представителей, милорд. Сообщают о своём желании видеть вас на следующей неделе. В Палате Представителей будет обсуждаться законопроект об экспорте зерна на континент, и лорд-председатель сообщает, что им очень важно ваше мнение, как главы Палаты Лордов Энландии.

Милорд Маркас, который развалился на кресле в своём кабинете, смотрел в окно, раздражённо выпятив губу.

– Экспорте зерна? Если эти недотёпы на континенте не могут договориться с россами, которые давно держат большую часть рынка, то это автоматически не означает, что мы должны отправлять на внешний рынок свои и так незначительные запасы. Председатель – редкий идиот. Впрочем, как и большая часть всех представителей. Разводят их специально, что ли?

– Разводят? – секретарь помялся, потеряв нить разговора – Как кроликов, что ли?

На что милорд ехидно поведал, что, возможно, и как кроликов тоже. Во всяком случае, наверняка от кролей пользы будет больше, чем от Палаты Представителей в общем, и от её председателя в частности. Секретарь Бернард только покраснел, выслушивая красочные определения лорда Маркаса, но всё же не отступил от своего.

– Прошу прощения, милорд! Скажите все же, что именно мне ответить на любезное приглашение Палаты?

Когда Маркас решил ответить, Берни уточнил:

– Кроме того, что председатель – идиот. Не думаю, что ему будет приятно узнать об этом.