Чтение онлайн

– Достаточно.

– Но я еще не закончила, – в творческом запале воскликнула девушка, едва не выронив ситар.

– Спасибо. Достаточно, – повторил Король.

– Достаточно, – тут же шикнула на пристыженную дебютантку Павена, словно выросшая из-под земли за ее спиной. Довольно резко она схватила ее за локоть и отвела обратно в колонну кандидаток, некоторых из которых прикрывали рты ладошками, чтобы не засмеяться.

Аля не видела ничего забавного в чужом заблуждении относительно собственных талантов. Вероятно, добрые богатые родители держали любимую дочку в светлом неведении, хваля все ее скромные достижения и потакая малейшим прихотям.

Следующей выступала натянутая тетивой Исиф. Она вышла вперед в тускло-лиловом сари, прямая, изъеденная тревогой, с подрагивающими пальцами. Но ей удалось перебороть свой неизменный страх, свою боязнь за победу. За ее спиной незримо присутствовали все ее несчастные родственники, верившие, будто их фамилию очистит от тлетворной магии гарпий только брак единственной наследницы с самим Королем. И за их страхи расплачивалась непомерной ответственностью перепуганная девчонка.

Исиф встала посреди зала, воздев руки к высокому потолку и растопырив пальцы. На несколько секунд она замерла точеной статуей, но потом резко дернулась, выгибаясь всем телом в движении-волне. Сперва подумалось, что она намерена показать еще один танец, вопреки правилам испытания, но затем из кончиков ее пальцев посыпались яркие искры, а следом за ними полетели хлопья пепла.

Магия фениксов и гарпий сплеталась воедино, образуя неповторимый баланс тьмы и света, свиваясь в красивейшие узоры, напоминавшие вычурные силуэты в театре теней, где игра сумрака и света рассказывает дивные сюжеты, превращая простую бумагу в череду чудесных образов. Бабочки порхали в зале, то увеличиваясь в размерах, сливаясь в одну большую, то разлетаясь крошечной стаей маленький мотыльков. Сама же Исиф кружилась на месте, управляя своими призрачными творениями. Она упоенно закрывала глаза и запрокидывала голову, похоже, впервые за долгое время ощущая себя свободной. Она показывала обе стороны магии, не сдерживаясь и не вспоминая о мнимом родовом проклятье. Но когда закончилась включенная в начале номера тихая мелодия, бабочки растворились, иссякнув родником в пустыне.

– Весьма красивое представление, – наградил ее аплодисментами Король. Исиф пораженно застыла на месте, сцепив руки и низко опустив голову, но посмела поднять глаза и виновато произнесла:

– К сожалению, Ваше Величество, оно возможно из-за сочетания магии фениксов со скверной гарпий.

– Ой, опять она о скверне, – тихо фыркнула Эрин, демонстративно закатывая глаза. Логично, что ей не доставляло удовольствия каждый раз слышать, как ужасна и тлетворна магия родного народа, тем более, Исиф тоже имела к нему отношение. К счастью, Король быстро утешил обеих довольно мудрым высказыванием:

– Никакая магия не может считаться злом, если не служит во зло. Без нее мы не увидели бы этого чудесного зрелища. Возможно, не стоит так жаждать избавиться от своей особенности, благородная Исиф Искратень.

– Вы очень добры, Ваше Величество, – едва не плача от столь щедрой похвалы и напутствия, отозвалась Исиф, склоняя в глубочайшем реверансе. Начиная вновь дрожать, она безмолвно заняла свое место в колонне, как вставленная в орнамент покорная деталь пазла.

– Алевтина с Земли, – объявили следующим номером.

– Алевтина Викторовна, Ваше Величество, – беззлобно, но холодно поправила Аля, устав, что в этом мире ее не желают представлять по имени горячо любимого отца. Павена где-то за спиной пораженно охнула, видимо, не ожидая от «хорошей девочки» столь неподобающей наглости.

– Что вы покажете, Алевтина Викторовна? – учтиво и несколько удивленно ответил Король.

– Ваше Величество, свои таланты я показала на прошлых испытаниях, – честно отвечала Аля. – Поэтому прошу принять лишь мой скромный дар. Больше ничем особенным я не выделяюсь. Ни в чем не хороша настолько, чтобы показывать это.

«Я могла бы сделать анализ тональности публикаций в СМИ, наладить контакт с журналистами, написать пресс-релиз. Но кому это надо в этом патриархальном болоте, где женщины должны только растить детей и услаждать разными глупыми забавами взор мужа?» – с отчаянной злобой подумала Аля, поднимаясь по ковровой дорожке. Но близко к Королю ее не подпустили: подарок перехватил один из церемониймейстеров. Степенный, толстый, с аккуратной рыжей бородой, он принял скромный дар на алой подушечке и передал его Королю.

– Милая вещица, – благосклонно, но слишком снисходительно отозвался безликий правитель, рассматривая маленький букетик из красных цветов, собранных на тонком зеленом стебельке, как капельки замороженной крови.

«А чего ты ждал? У меня нет магии! Милая вещица… Милая, – распаляясь все больше, размышляла Аля, едва не скрежеща зубами. – Конечно! И ты должна быть просто милой. И хватит с тебя. А ведь где-то за пределами дворца какие-то девушки проектируют дирижабли. Но традиции-традиции, избранным их нельзя нарушать. И о такой-то жизни я мечтала? Думала, зачем мне учиться, зачем искать тяжелую работу с девяти до шести… Не знала, как оно может быть. Как может быть мучительно ничего из себя не представлять! Не иметь своего голоса! Не иметь права кричать, даже если у тебя есть рот!»

И она бы закричала, громко, на весь зал, но связки сдавил спазм ярости, отчего Аля только коротко закашлялась в крепко сжатый кулак. Накрашенные длинные ногти больно впились в ладонь, оставляя на коже белые полосы. Она не желала ни победы, ни поражения, лишь тихо ненавидела холодное пренебрежение, с которым на нее смотрел Король. Но тут же она нашла слабое утешение: если он считал ее жалкой, неумелой и неинтересной, то, возможно, отпустил бы если не на Землю, то на поиски своего места в новом мире. И только этот слабый лучик вновь забрезжившей надежды позволил унять бешено колотящееся сердце и замереть в безмолвном ряду кандидаток.

А на середину зала уже вышла Огвена, которая выступала следующим номером. Она привычно вышла вперед, подняла поднесенную одним из стражников саблю, а потом начала вытворять нечто невероятное: то она подкидывала грозное оружие высоко в воздух и с легкостью ловила, то клинок балансировал кончиком острия на пальце, то разрезал легкие перья в полете. Огвена была хороша в фехтовании и показывала свое мастерство, но когда ее выступление закончилось, Король только сдержанно похлопал несколько раз и с легкой усмешкой отозвался:

– Огвена, вы всегда великолепны, и в бою, и на парадах, но вы уже представляли нечто похожее на первом испытании.

– Все, что умею, Ваше Величество! – звонко, притворно виновато отозвалась Огвена и едва не рассмеялась в ответ. Они просто вели игру, с самого начала правитель и его кузина сговорились против чванливых родственников министра культуры и гордой семьи Огвены, чтобы соединить два любящих сердца. Поэтому любые испытания на отборе представали для них игрой, кроме второго, самого важного. Второго испытания, которое пропустил Бенну.