Чтение онлайн

Потрясенный Саймон вскочил со своего кресла, его челюсти крепко сжались.

– Если это твой способ пошутить…

– О, это не шутка, – вкрадчиво оборвал его Куин. – Вспомни, Саймон, ты был единственным, кто хотел, чтобы я женился. Ты хотел, чтобы я устроился, стал респектабельным… был точно таким же закоснелым и скучным, как ты. – Его голос в гневе повысился. – Но понять, какого черта ты, из всех людей сделался таким ревнителем брака, выше моих возможностей, – он хотел сказать что-то еще, чтобы нанести очередной удар, пусть даже небольшой, в открытую рану, зная, что даже легкое прикосновение может заставить ее болеть. Но подумав лучше, он удовлетворился тем, что сказал: – Ты был единственным, кто хотел, чтобы я взял себе невесту. Ну что ж, я сделал это, и теперь можешь получить ее. Я надеюсь, вы оба будете очень счастливы.

Куин повернулся на пятках и направился к двери. Уже подойдя к ней и взявшись за ручку, он остановился и повернулся лицом к отцу.

– Кстати, мне пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить эту прекрасную леди выйти за меня замуж. Она привыкла к тому, что ее услуги оплачиваются, – засунув руку в карман, он вытащил из него толстый конверт и швырнул его в сторону Саймона. Конверт пролетел по воздуху и с хлопком шлепнулся на поверхность стола.

– Позаботься о том, чтобы она получила эти деньги.

Ноэль не могла больше этого слышать. Обезумев от ярости, она бросилась в его сторону, вытягивая руки, словно клешни, и громко пронзительно закричала:

– Ты ничтожество! Я ненавижу тебя! Даже огонь ада слишком хорош для тебя, проклятый ублюдок!

Уворачиваясь от ее летящих кулаков, Куин расплылся в широкой усмешке в ответ на ее вспышку.

– Очаровательна, не правда ли?

Дверь за ним захлопнулась.

Не двигаясь, Саймон смотрел на закрывшуюся дверь. Его лицо было мрачным и напряженным, но он ничего не чувствовал – ни гнева, ни разочарования, ни боли, ни обиды и вообще никаких эмоций, которые могли бы в нем бушевать. Так неожиданно пораженный этим ударом, он был опустошен и ошеломлен реальным доказательством того, насколько велика была ненависть его сына к нему. Другой человек на его месте мог бы зарыдать, взмолиться, или закричать, но Саймон ничего такого не сделал, потому что не знал каково это. Слишком много лет прошло с тех пор, когда он переживал столь глубокие чувства.

И в этот момент пришла боль.

Воспоминания, которые он так благополучно похоронил в своих мыслях, мгновенно перенесли его в прошлое: вот он крепко обнимает своего сына, подбрасывает его в воздух, бегает вместе с ним. Он помнил, как этот маленький мальчик часто приходил на мыс Кросс судостроительной верфи. Иногда он тихо сидел и просто наблюдал за плотниками, пока они работали, но чаще всего приставал к ним с вопросами.

А затем последовали мучительные годы, в течение которых он видел только неприкрытую ненависть в тех же самых глазах, которые когда-то ему улыбались. Он не мог противостоять собственному чувству вины, потому как мальчик был слишком большим напоминанием о том несчастье, которое произошло в личной жизни Саймона, слишком большим напоминанием о том другом человеке, которого они вместе так сильно любили. Впервые за эти годы Саймон Коупленд задумался о глубине своей любви, которую он чувствовал к сыну.

Сейчас он смотрел на женщину, которая стала оружием мести его сына. Их разделяло расстояние комнаты, она стояла напротив него и смотрела в окно. Яркий солнечный свет позднего утра неясно вырисовывал ее очертания, но она выглядела тихой и спокойной. Ее спокойствие его раздражало. И эта шлюха была женой его сына! Могла ли она на самом деле действовать по принуждению, как это казалось?

Он вскрыл конверт, который Куин так небрежно бросил, и вытащил толстую пачку денег. Ей, конечно же, хорошо заплатили за участие в этой затее. Несла ли она какую-либо ответственность за то, что произошло? Саймон подумал о решительности своего сына и отказался от этой мысли. Никто бы не смог не к чему принудить Куина; Саймон знал это из собственного опыта. Нет, эта девчонка была всего лишь орудием, пешкой в разыгрываемой мести Куина.

Одинокий лист выпал из конверта. Саймон раскрыл его и обнаружил там четкий почерк Куина, который четко извещал:

Саймон потрясенно и недоверчиво смотрел на это короткое письмо, затем перечитал его. Эта краткость и безличный тон открыли ему больше, чем это могли бы сделать сами слова. Он знал с абсолютной уверенностью, что Куин освобождал себя не только от собственного объединения с компанией, но и от любой связи со своим отцом. Он уходил из жизни Саймона, как это уже было прежде. За одним исключением, в этот раз, он кое-что после себя оставил.

Саймон взглянул на Ноэль и заметил, что ее грудь слегка подрагивала. Она повернулась так, что яркий свет из окна больше не падал на ее лицо, и Саймон увидел, как по ее щекам бежали слезы. Боже, да ведь она совсем еще ребенок! Она казалась такой беззащитной, а ее горе было еще более тяжким оттого, что было таким безмолвным.

Он стал рассуждать логически и засунул пачку денег обратно в конверт. Она была явно огорчена своей недавней вспышкой гнева и боялась, что теперь ей не заплатят. Его голос был спокойным, но прозвучал холодно.

– На самом деле, вам нет необходимости плакать. Вот деньги, которые вам обещали. Я посоветовал бы вам благоразумно их использовать. Это Богом данная вам возможность, которая наладит вашу жизнь, и улучшит благосостояние. – Даже себе его слова показались слишком напыщенными.

Девушка откровенно разглядывала его, как если бы она давала ему оценку. Она не пыталась скрыть своих слез и даже не шевельнулась, чтобы взять конверт, который он ей предлагал. Он почувствовал себя немного неловко, как будто она заглянула внутрь него и обнаружила там какой-то недостаток. Положив конверт на край стола, поближе к ней, он продолжал стоять.

– Ну же, мисс, это ваши деньги. Возьмите их и уходите. Мой дворецкий покажет вам выход.

Он потянулся к шнурку от колокольчика, висящему в углу гобелена, но прежде, чем он смог к нему прикоснуться, она прошипела, обращаясь к нему. В этих словах слышалось презрение, а следы акцента были заглушены звуками с улицы.

– Мне не нужны деньги. Мне ничего не нужно ни от вас, ни от вашего сына.

На лице Саймона отразилось удивление.

– Вы не ожидали, что я могу отказаться, правда? Вы оба одинаковые, оба. – И снова слезы покатились из ее глаз. – С вами такое не случалось, чтобы человек с настоящими чувствами стоял перед вами. Этого с вами не происходит потому, что вещи не всегда такие, какими они кажутся. Заберите ваши деньги. Я в них не нуждаюсь.

С этими словами она расправила плечи и гордо направилась к двери, ведущей из библиотеки.

Саймон смотрел на прямую спину девушки, пока она пересекала комнату. Его тронули ее честность и достоинство, а ее манеры озадачили; он почувствовал странное желание задержать ее. В тот момент, когда она подошла к двери, прозвучал его резкий и командный голос.

– Останьтесь. Я хочу с вами поговорить.

Она его проигнорировала, а ее рука уже тянулась к дверной ручке.

– Пожалуйста. – Прозвучало слово, о котором раньше Саймон и представления не имел.