Чтение онлайн

– Отморозок? В каком смысле? Он - преступник?

– Нет, он берсерк. С пятнадцати лет командует небольшим элитным подразделением из ребят собранных по всему королевству и точно таких же безбашенных, как и он. На войну с Баронствами его никто не пустил, но со своей сотней он неплохо навел порядок в самой Далии, не оставив от разбойников даже воспоминания.

– А поч-чему же его тогда садистом называют?

– За способ казни преступников.

– И только поэтому Фели с матерью решили, что он им неподходящая партия?

– Ещё и из-за статуса маркиза, который, несмотря на его заслуги и любовь народа, несомненно, упал, после военных неудач его отца и старшего брата.

– То есть, маркиз для Фели партия неподходящая, а вот лорд, по мнению матушки - это самое то.

– Я бы сказал, что неподходящая не для Фели, а для вашей матери. Видимо она никак не может смириться с тем, что не её любимице достанется старший, после Иммаха, лорд Измира. Тем более, что так называемые старания по "охмурению" лорда в исполнении твоей сестры настолько нелепы и бесполезны в отсутствии посторонних, то у меня закрадывается подозрение о разыгрываемом "театре для одного зрителя"

– Странно....
– Мне вспомнился наш с матерью разговор в карете.
– Очень странно. Её светлость в нашу встречу так неодобрительно позволили себе высказываться в адрес "измирского алхимика".

– Ну....
– отец пожал плечами, мол, женская душа - потемки.

– Хорошо, пока опустим этот момент.
– Мысленно махнув на материны выкрутасы, я попыталась сосредоточиться на более важных вещах.
– Но у меня осталось два вопроса. Первый. Что сам маркиз думает по поводу сговора и замены кандидатки? А второй. Как Фели относится к Некосу Рошвару и знакомы ли они?

Отец серьезно задумался над моими вопросами, а у меня появилась возможность отдать должное замечательной выпечки без пристального отцовского взгляда.

– Честно сказать, я не знаю, как сам маркиз относится к перемене кандидатки. Но если судить по тому, что у его старшего брата за пять лет брака на баронессе Мирван так и не появилось детей, то с чисто политической точке зрения, он, наверное, был бы не против. Об отношении к подобному браку со стороны Фелиции могу сказать только одно. Ей все равно. Два года тому назад я совершенно случайно выяснил, что твоя сестра готова пойти на обучение в монастырь, лишь бы избавиться от давления матери. А с Некосом она лично не знакома, но мы как-то были на награждении, где она его видела.

– Понятненько....

Все оказывается намного лучше, чем я думала. А надо-то было, всего лишь поговорить с папой и сопоставить наши знания и немного поразмыслить над получившейся картиной.

– Знаешь, а ведь я даже не смотрел на это с такой стороны.
– Видимо отец тоже пришел к подобным выводам, что и я.
– А ты сама-то как к сложившейся ситуации относишься?

– Я точно не хочу оставаться в Далии и становиться изгоем. Да и, честно признаться, лорд меня заинтересовал. Мужчина, который утверждает, что женщина ему нужнее, чем он ей. Нас в монастыре учили вещам совершенно обратным. Женщина - вот кто нуждается в опеке и заботе. Поэтому, мне жутко хочется узнать причину, по которой он так считает.

– Значит, ты определилась?

– Вполне возможно. Посмотрим.
– С напускным равнодушием отставляю от себя пустую вазочку и легко вскакиваю со своего мета.
– Надо ещё посмотреть на то, как будут вести себя Некос и Фелиция.

Отец с все возрастающим сомнением, перемешанным с изрядной долей удивления, проводил меня взглядом до двери. Потом, опомнившись, сорвался со своего места вслед за мной.

– Мы же опаздываем!

Темные, так весело мне не было уже давно. Я никак не могла успокоится, пока мы сломя голову неслись с отцом по служебным переходам, пугая своим видом растерянно жавшихся к стенам слуг.

Глава 9

Мне раньше казалось, что я знаю, что такое "небольшой светский прием для избранных" а так же, какая разница между этим мероприятием и обыкновенным приемом, типа "бал обыкновенный с кучей приглашенного и не очень народа". Но почему-то сейчас мне думается, что я жестоко ошибалась, а наставницы монастыря что-то точно напутали, когда разъясняли нам задачи двух этих светских событий.

Видимо папа думает сейчас о чем-то похожем, иначе бы он не прятался вместе со мной за одной из портьер, отгораживающих двери в "служебные" коридоры. Портьера была качественная, а вот слуги - ленивыми. Пыли на отца насыпалось с этой тряпки уже столько, что я всерьез начинала опасаться того, что стану свидетельницей погребения одеяния родителя под сантиметровым слоем пылюки. Пришлось срочно предпринимать меры и очищать почти угробленный костюм от неминуемой гибели.

– И как это понимать?
– Киваю на дверь.

– А я знаю!
– Шипит рассерженный отец, гневно сверкая глазами в полутьме.
– Но что-то мне подсказывает, что в курсе действия моя драгоценная женушка.

Хе-хе, чувствую, это незапланированное мероприятие дорого обойдется моей "драгоценной" матушке. Я бы на её месте уже начинала бояться. Хотя, о чем я? Уже боюсь, так как все эти разряженные в пух и прах чудаки именно по мою душу, тут и собрались.

Закончив приводить в относительный порядок папин костюм, критическим взглядом окинула результат. Жуть, из-за пыли и крошева штукатурки на темно-зеленой ткани появился белесый налет, и та потеряла свою яркость и сочность зелени, а в волосах проскальзывали белесые соринки штукатурки.

– Руки оторву! Все поместье языками вылизать заставлю! Они у меня год за половину ставки пахать будут!

Предсказуемая реакция, когда понимаешь, что из-за чьей-то лени испортился твой выходной наряд, а гостей-то встречать надо.

– Так, иди сейчас в малую гостиную, что в правом крыле и жди меня там. Я сейчас найду главного инициатора этого безобразия, переоденусь, а потом приду.
– Не дождавшись моего ответа, отец быстрым шагом уходит в сторону лестницы на второй этаж.

Ну, ладно, отчего же не подождать. Тем более, что у меня совершенно нет желания показываться на глаза этим праздно шатающимся по коридорам и рассматривающим в монокли лица предков изображенных на картинах благородным представителям столичного высшего света. Да меня же прямо там, на кусочки разрежут и в эти самые монокли рассмотрят. Бр-р-р.

Прикрыв тихонько дверь, иду в сторону выхода из здания. Там есть маленькая дверка в самом конце, через которую можно попасть в уборную, переделанную кем-то в комнату отдыха с диванчиком и парой мягких пуфиков (интересно только зачем), через которую уже можно пройти и в малую гостиную. Надеюсь только, что никого из гостей туда ещё не занесло с попутным ветром.

Без препятствий добравшись до гостиной, замираю на пороге в нерешительности. В помещении темно, из всего освещения - одна единственная настенная лампа и та еле горит, разгоняя мрак только у самой стены. При учете того, что гостиная оформлена в темно-синих тонах, шторы на окнах плотно задернуты и те вообще выходят на восточную сторону, то темно здесь, как в склепе монастыря, в который я на спор лазила в ночь на зимнее солнцестояние. Вот клянусь, точно так же сейчас поджилки трясутся.

Вернуться что ли обратно в коридор? А вдруг не найдут?

Нерешительно двигаюсь в помещение. Надо бы лампы зажечь. Темные, никогда не замечала за собой страхов к темным пространствам, всегда без боязни ходила по скудно освещенным галереям монастыря, да и в библиотеке при одной лишь лампе сидела и ничего. А тут, в доме родителей, среди праздно шатающихся за стеной гостей, не могу справиться с дрожью в коленках.

На подгибающихся ногах, еле-еле дошла до середины гостиной, где со всего маху стукнулась бедром об откуда-то взявшийся на моем пути стол.