Чтение онлайн

Я взяла заостренный мелок. Легко, будто играючи, он заскользил по холсту, оставляя след. Штрих за штрихом… Я так увлеклась, что даже не обратила внимания, кто именно выступал дальше, хотя пела девушка просто чудесно.

Но я сейчас словно была не здесь. Будто все мысли и эмоции невидимой нитью вились с острия мелка. Я рисовала, не задумываясь. Рисовала то, что хотела увидеть в реальной жизни. Все же, какая у него чудесная улыбка… Она отражается в его серых глазах задорными легкими смешинками… Правильные черты лица… Чуть спутанные темные волосы – как тогда, когда он только очнулся после спасения… Эрион смотрел на меня с холста.

Последний штрих, и радость творения вмиг сменилась осознанием. Вот просто как ушат ледяной воды! Зачем я нарисовала именно его? Словно какая-то влюбленная дурочка, право слово! Нет, это уж точно нельзя показывать. Но я не смогла себя заставить полностью заштриховать холст, чтобы скрыть рисунок. Просто отсоединила его. Хотела сначала аккуратно сложить, но на эмоциях просто скомкала. Вот только не изображенное хотелось скомкать, а собственные непрошенные эмоции в адрес принца. Но я постаралась успокоиться, тихо попросила у караулящей неподалеку дуэньи новый холст. Времени оставалось все меньше…

Выступала как раз Ниенна. Она играла на фортепьяно эмоционально, с чувством, музыка гремела и казалась чуть ли не сошедшей с небес. Вот правильно бабушка всегда говорила, что не бывает абсолютно плохих людей. И пожалуйста: и в Ниенне нашлось хоть что-то хорошее.

Я снова начала рисовать. Но на этот раз вполне осознанно, без эмоций. Просто под такую впечатляющую музыку этот образ напрашивался сам собой.

Угольно-черные деревья древнего леса вышли жутковатыми, пронизывающие их лучи закатного солнца это только подчеркивали. И на их фоне легчайшими штрихами идущий лев казался едва осязаемым. Я старалась передать его неизмеримое величие, исходящее мерцание, но все было недостаточным. Может, куда более талантливый художник и смог бы изобразить этот образ в должной мере, но у меня получилось лишь слабое подобие.

Но все равно я в это время словно отрешилась от мира. Уже даже не слышала музыку и голоса. Я рисовала и пыталась понять, прочувствовать, почему же этот образ настолько притягивает. Слишком невозможный для реальности, но при этом слишком реальный для простого сна…

Все выступления завершились. И как это я так потеряла счет времени? Теперь авторитетным судьям оставалось лишь изучить творения художниц, а уже после выносить общий вердикт. Мой рисунок тоже поместили на отдельный мольберт, и нужно было стоять рядом. Как это все ужасно неловко… Но я старалась не показать вида. В конце концов, мне и не надо здесь бороться за победу, я буду только рада покинуть отбор и заняться поисками фиктивного жениха.

Я едва сдержала смешок. Оказывается, остальные тоже рисовали портрет принца! Кошмар какой, я чуть не оказалась такой же. Но у них Эрион был изображен куда лучше. Таким как в жизни: совершенно никаких эмоций. Он и сейчас, переходя от одного своего портрета к другому, не особо реагировал. Зато королева Анния одобрительно улыбалась, король Гетард что-нибудь говорил в знак похвалы, архимаги даже обсуждали, мол, как похож. Дейн даже умудрился пошутить на тему «лучше, чем в жизни».

Наконец, они добрались и до меня. У королевы было такое выражение лица, словно ей пытаются подсунуть ведро гнилых яблок. Она даже останавливаться не стала, прошла мимо. Эрион просто мне кивнул, не задерживаясь. Зато Дейн восхитился по поводу оригинальности и неизбитости. Но куда больше меня волновало, что король на миг даже в лице изменился.

– Скажите, леди Амелина, - магистр Лагрин подошел ближе, словно чисто из вежливости полюбопытствовал, - что именно вас вдохновило на такой рисунок? Игра воображения, я полагаю?

– Так а разве это похоже на реальность? – в свою очередь осторожно задала наводящий вопрос я.

– Кто знает… - Лагрин сдержанно улыбнулся.

Наконец-то меня миновали, я даже вздохнула с облегчением. Ну все, сейчас объявят, что я выбываю, и можно вовсю переходить к куда более важным делам.

Но мое имя не прозвучало… Честно, я ушам своим не поверила, как так-то? Довольно сухо королева собственной персоной назвала имена двух девушек, которые вроде как сфальшивили во время пения. Но тут же добавила, что было решено не обращать внимания на такие мелочи. Получается, по итогам конкурса не выбыл никто.

Только когда сразу после госпожа Элисса собрала нас в общей гостиной, ее первыми словами было:

– Рано радуетесь, - и дальше пояснила: - Повезло, что для самого принца Эриона художественные таланты не имеют большого значения, потому он и принял такое решение. А вот изначально королева Анния планировала исключить девятерых из вас! Есть повод задуматься, не так ли? И не спешите расслабляться, это еще не все на сегодня. После ужина у нас будет еще одно собрание, которое почтит вниманием сам принц Эрион. С какой целью? Не знаю даже я. Но, полагаю, причина уж точно не пустяковая. И тот факт, что никто из вас не покинул отбор сегодня, еще не значит, что этого не случится завтра.

Послышались нестройные вопросы:

– А что будет завтра?

– Еще один конкурс?

– Неужели уже начнутся магические испытания?

Но старшая дуэнья ограничилась лишь:

– Вам будет объявлено, когда нужно.

Эрион

Пора бы уже вспомнить, что самому невесту выбирать нужно. Наверняка среди претенденток найдется такая, что внезапная болезнь под названием «Амелина» быстро пройдет. А то это уже настораживает ни на шутку.

Что вообще происходит? Ее навязчивый образ словно вообще не покидает мысли. И даже вчера, у Миллиры… И ведь не в Миллире дело. Эрион прекрасно понимал, что мог поехать точно так же к любой другой, но каждая, буквально недавно весьма соблазнительная, теперь бы не вызвала абсолютно никакого интереса. А все потому, что Амелина перед глазами. Только ее хочется видеть, только к ней прикасаться, только ею обладать…

И пора бы уже что-то делать с этим абсурдным безумием. Отец прав, надо сконцентрироваться на претендентках. Наверняка найдется среди них достойная. Дело ведь не только в том, что Амелину уже приглядел Дейн. А в том, что она достойна большего, чем участь любовницы. Но сам Эрион этого большего дать ей никогда не сможет…

Участницы выступали по очереди, и принц старался сосредоточиться на каждой. Красивые ведь девушки. Видно, что каждая очень старается понравиться. И понравиться именно ему. Но пока ни одна не заинтересовала. Может, просто надо поближе пообщаться и получше узнать каждую?

Против воли взгляд сам собой то и дело останавливался на Амелине. Она сидела чуть в стороне возле розовых кустов в тени раскидистого дерева. Редкие солнечные лучи проникали сквозь пушистую крону, и в их свете волосы Амелины казались расплавленным золотом.

Она что-то рисовала. Настолько увлеченно, что, похоже, вообще отрешилась от всего окружающего мира. Искренняя мечтательная улыбка не сходила с ее лица, словно Амелина смотрела не на холст, а на собственное внезапно воплотившееся счастье.

Любопытство оказалось сильнее доводов разума, что вообще лучше лишний раз на нее внимания не обращать. По мысленному приказу магическое зрение враз усилилось, приближая и минуя преграды.

Такого Эрион все же не ожидал… Нет, он не сомневался, что остальные участницы уж точно рисуют его портрет. Но Амелина? И ведь чудесно рисует... Скорее всего, нигде этому не училась, но будто бы в каждый штрих столько эмоций вложено. Быть может, Амелина не настолько уж влюблена в Дейна и все же рассчитывает на отборе победить, вот и старается?