Чтение онлайн

–  Можно, я сегодня переночую у тебя в квартире?
–  спросила, надеясь, что Дмитрий не откажет.

Наблюдая за стекающими по стеклу каплями, ждала ответ, чувствуя пульсацию крови в венах.

–  Хорошо, что у меня в зале удобный диван, и мне не придется спать на полу, - произнес Дмитрий, и я знала, что это означает согласие.

И в этот момент я была благодарна ему за то, что не стал устраивать сцены ревности, обвинять меня в измене и говорить, насколько я недостойна быть рядом. Ведь Игорь поступил бы так или нет?

Когда мы вошли в квартиру Дмитрия, а в нос ударил запах цитрусов и хвои - ароматизатор, который мы купили, перебравшись сюда из дома, сердце сжалось. Здесь все напоминало о времени, проведенном вместе, кричало, как хорошо нам было вместе, до того момента, пока мое прошлое штормом не вторглось в жизнь.

 Дмитрий поставил пакет с фруктами и рюкзак с моими вещами на пол и положил букет роз на пуфик в прихожей. Он почесал затылок, переминаясь с ноги на ногу.

– Если ты хочешь, я уеду...

 Я понимала, насколько неловкая сейчас ситуация сложилась между нами. И я не могла просить понимания, потому что мне самой неприятно было находиться тут, рядом с человеком, которого предала.

– Не хочу. Ксюша, ты только не злись и выслушай меня. Вчера, обдумав все, я принял решение, что даже если ты решишь уйти, то у нашего ребенка должна быть нормальная жизнь. Я передал юристам задание оформить договор дарения на тебя. Теперь это твоя квартира. Я не знал, как это сказать тебе, но теперь ты тут, и ты знаешь и...
– Дмитрий замолчал. Он сомкнул губы и опустил голову.
– В шкафчике твои любимые пирожные с шоколадным кремом. В холодильнике взбитые сливки. Кофе тебе сейчас нельзя, поэтому я купил травяные чаи с витаминами. Ты найдешь их. Прости, что все вот так.

 Я не знала, что сказать. Мне хотелось отказаться, хотелось сказать, что этот жест глупый, но я молчала. Хлопала ресницами, глядя на Дмитрия, и молчала. Мы оба понимали, что не вынесем находиться вдвоем в одном помещении. Должно было пройти время. Даже если бы мы решили растить ребенка вместе, должно пройти время...

– Спасибо, - прошептала я, пытаясь подавить слезы.

 Дмитрий кивнул. Он положил ключи на пуфик рядом с цветами и ушел, осторожно закрыв дверь, а я прислонилась к стене и закрыла глаза.

 По щекам покатились слезы. В этой ситуации больше всего мне было жаль Дмитрия. Не Игоря, которым я еще два дня назад, казалось, дышала... Не себя... А Дмитрия. Он просто жертва этих гребаных обстоятельств.

 Стараясь сдержать слезы, потому что знала - если заплачу, не успокоюсь, я открыла глаза и подошла к дверям. Посмотрела в глазок, на всякий случай, будто бы желала убедиться, что все это не сон, что Дмитрий не передумает и не вернется. Зачем? Закрывшись изнутри, взяла цветы и направилась на кухню. Поставила букет в воду и села за стол. Только сейчас я обратила внимание, что на моих плечах все еще болтается пиджак Дмитрия. Вещь, от которой пахло ее обладателем. Сняв пиджак, осторожно повесила на стул рядом, вспоминая мгновения утренних пробуждений и совместного завтрака.

– Если ты будешь каждое утро готовить такие вкусняшки, то скоро мне придется обновлять гардероб, - в шутку сказал Дмитрий, когда я приготовила румяные сырники.

– А я буду готовить не только завтраки, но еще обеды и ужины всю твою оставшуюся жизнь, поэтому можешь начать освобождать место в шкафу под новые вещи, - ответила ему в шутку и оказалась в теплых объятиях своего мужчины.

 Стараясь избавиться от навязчивых воспоминаний, направилась в душ. Мне хотелось смыть с себя грязь измены. Я считала изменой ту ночь в лесу, потому что все еще была помолвлена с Дмитрием. Взгляд зацепился за обручальное кольцо на пальце, которое он подарил мне, делая предложение. Я не сняла украшение и не спешила расставаться с ним сейчас. Почему?

 Захватив телефон, зашла в ванную, скинула с себя одежду и включила теплую воду. Когда воды набралось достаточно, я забралась в ванну и разблокировала экран телефона. Мне звонил Игорь. Это немудрено, если учитывать тот факт, что я решила уехать с его братом. Не знаю, зачем переселила себя, но все-таки набрала его номер телефона.

– Ксю, где ты?
– спросил Игорь заплетающимся языком.

 Он напился. Игорь сбегал от проблем, напивался и вел себя, словно он все еще тинейджер. И меня начало раздражать это.

– У себя дома, - ответила ему, стараясь дышать ровнее.

– А мой брат...

– Твой брат привез меня и уехал. Игорь, пожалуйста, не надо! Не начинай. Я ведь сказала тебе, мне нужно время, чтобы разобраться в себе.

– Оно у тебя будет, я же обещал его дать...

– Спасибо.

– Рад, что с тобой все в порядке. Пока.

– Игорь, поезжай, пожалуйста, домой и отоспись.

– Я подумаю.

 Игорь отключил телефон, а я почувствовала, как по коже побежали мурашки. Пальцы потянулись во входящие сообщения, я открыла наш диалог с Дмитрием и набрала сообщение: «Где ты?». Однако я не имела права отправлять его, поэтому удалила и положила телефон на край ванны.

 Согревшись, я уже решила вылезать, но почувствовала, как внизу живота все скрутило от острой боли. Я даже не смогла сдержаться и закричала от неожиданности. Стараясь дышать как можно ровнее и держась за край ванны, вылезла и посмотрела на напольную плитку, закапанную кровью. Глаза широко распахнулись, а сердце стало бешено биться от страха за жизнь ребенка. Надев белый махровый халат Дмитрия - первое, что попалось под руку, - я доковыляла до телефона, загибаясь от боли, и набрала номер телефона Игоря. Но он не отвечал. Сделав вдох поглубже, отважилась позвонить Дмитрию.

– Дим...
– выдохнула дрожащим голосом и закричала, потому что живот схватило так сильно, что перед глазами померк свет.

 Очнулась очередной раз в больничной палате. Надо мной стояло несколько врачей в шапочках и масках, они хмуро разглядывали меня и о чем-то переговаривались, но я не могла разобрать их слова.

– Она приходит в себя, - первое, что услышала четко.

– Ксения, вы слышите меня?
– холодный голос доктора ворвался в сознание.

– Да, - выдавила из себя.

– Прекрасно. Кровотечение остановили. Жить будет, дальше пусть с ней работают психологи, - таким же холодным голосом произнес доктор, снял перчатки и кинул их в урну у дверей.

 Со мной осталась только медсестра. Она собирала инструменты и полностью игнорировала меня.

– Что со мной?
– спросила, пытаясь восстановить в памяти, что случилось.

– Жить будете, врач ведь сказал, - бросила медсестра и продолжила заниматься своими делами.

– А ребенок? Как мой ребенок?