Чтение онлайн

— Видишь? Я знаю, что сейчас это тяжело, но этот человек любит тебя больше всего на свете. Но я не могу сказать, достаточно ли этого, чтобы смириться с Ханной. Я всегда ненавидела эту стерву. Я бы выпотрошила ее, если бы знала, что это сойдет мне с рук.

Я улыбаюсь, несмотря на слезы, и качаю головой.

— Ты действительно сумасшедшая, да?

— Психопатка, — пробормотал Сайлас себе под нос.

Звонят в дверь, и я напрягаюсь. Я приехала сюда, потому что хотела на время скрыться не только от прессы, но и от своей семьи. Это должно быть единственное место, где меня никто не будет искать. Дом Сайласа и Аланны — это крепость.

Сайлас хмурится, идя к входной двери. Я слышу его раздраженный стон, а затем голос Сиерры. Она вбегает в гостиную, и Аланна понимающе улыбается, сдвигаясь на диване, освобождая место.

— Я так и думала, что ты будешь здесь. Ты в порядке? — спрашивает Сиерра. — Я видела новости, а потом Арес сказал, что ты уехала. Он в ужасе.

— К слову о дьяволе, — говорит Сайлас, показывая нам определитель номера на своем телефоне. На нем написано: Арес Виндзор.

— Виндзор?

Он включает громкую связь и протягивает телефон нам.

— Где моя жена? Телохранители, которых я приставил к ней, сказали мне, что потеряли ее след. Они должны были быть лучшими из тех, кто у тебя есть, так где же она, мать твою? Весь гребаный мир охотится за ней, а твои люди, блять, потеряли ее. Если кто-нибудь тронет хоть один волосок на ее голове, я убью тебя на хрен.

Мои глаза удивленно расширились. Телохранители? Я должна была знать, что Арес не станет рисковать моей безопасностью, но не могу поверить, что никогда не замечала его телохранителей.

Сайлас усмехается.

— Она в безопасности.

Арес замолкает.

— Она с тобой?

— Нет.

— Где она?

Сайлас заканчивает разговор, отказываясь отвечать ему. Я не могу не улыбнуться ему в знак благодарности. Мне нужно немного пространства, чтобы подумать, а я не могу этого сделать, когда рядом Арес.

— Да, — говорит мне Сайлас. — Он определенно влюблен в тебя. Я никогда не видел, чтобы он терял самообладание, в какой бы ситуации он ни оказался. Однажды я наблюдал, как он пресек попытку похищения Сиерры без единого намека на панику на лице, а ты пропала на десять минут, и его мир рухнул?

Я обхватываю себя руками и глубоко вдыхаю.

— Все, чего я когда-либо хотела, — это его любовь, так разве этого не должно быть достаточно? Я что, эгоистка?

— Нет, — говорит Сиерра. — Я бы хотела, чтобы все было проще, Рейв, но теперь тебе нужно думать не только об Аресе. Хотим мы того или нет, но Ханна теперь всегда будет частью твоей жизни, твоего брака. И если уж на то пошло, потратить время на то, чтобы подумать, сможешь ли ты с этим смириться, — самое справедливое, что ты можешь сделать. Разве это не лучше, чем разбивать сердце Ареса в будущем? Особенно если речь идет о ребенке. Что, если они привяжутся к тебе, а потом ты решишь, что не можешь находиться рядом с ними?

Я киваю и откидываюсь на спинку кресла, мои мысли разбегаются. По крайней мере, в течение следующих нескольких месяцев мне придется терпеть бесконечные сплетни и ехидные замечания в индустрии, и это только начало. Сколько еще мне придется вынести, если я решу остаться с Аресом? Какую обстановку мы создадим для ребенка Ареса и Ханны? Как бы я ни смотрела на это, но если я останусь, мы все будем несчастны. В конце концов, это приведет к тому, что наша с Аресом любовь тоже померкнет.

Глава 66

Рейвен

Я рассеянно откусываю кусочек завтрака, который приготовила для меня Аланна. Я пыталась не делать этого, но в итоге всю ночь прокручивала свои ленты в социальных сетях и не нашла ничего, кроме ненависти, направленной на меня. Несмотря на все старания Ареса, скриншоты удаленного контента попадают на все каналы. Мы попали во все журналы сплетен, и все они в спешном порядке создают хроники отношений Ареса и Ханны.

Для меня не стало сюрпризом, когда «Геральд» сообщил о беременности Ханны, что только еще больше очернило меня. Теперь я не просто женщина, стоящая между двумя возлюбленными детства, я еще и будущая злая мачеха.

Наблюдать за тем, как мою любовь к Аресу превращают в зрелище для всеобщего обозрения, — одно из самых тяжелых испытаний, которые мне когда-либо приходилось делать. Фотографии, которые я не помню, когда делала, выкладывают в сеть, показывая, как мы смотрели друг на друга, когда Ханна и Арес еще встречались. СМИ убеждают всех, что я годами соблазняла его, пытаясь разлучить Ханну с ним. От всего этого воняет ею. Она всегда так поступала со мной. Все, что она когда-либо делала со мной, она заставляла меня брать на себя вину, переиначивая нашу историю так, что я становилась злодейкой. Так она будет поступать со мной до конца наших дней.

Что будет, когда родится ребенок? Удастся ли ей каким-то образом использовать против меня и своего собственного ребенка? Я понятия не имею, сколько времени ей понадобится, чтобы заставить Ареса отвернуться от меня, но подозреваю, что в конце концов она это сделает.

Я делаю глоток кофе, пытаясь отвлечься от мыслей о видеороликах, на которых люди уничтожают мои проекты, некоторые из которых были сделаны мной собственноручно, и все они ссылаются на то, что не будут поддерживать двуличную разрушительницу семейного очага. Затем угрозы смерти от фанатов Ханны и потеря моей собственной фанбазы. Бесчисленные модельные контракты были отменены, и никто не потребовал от меня объяснений. Она уничтожает меня шаг за шагом, и это не прекратится, пока она не получит то, что хочет.

Сайлас усмехается и смотрит на меня.

— Виндзор купил «Геральд» и несколько других журналов для сплетен. Он запретил им писать о тебе.

Мое сердце учащенно забилось при мысли об Аресе. Я искренне считала, что вместе мы сможем пройти через все, но в конце концов он тоже устанет от этой битвы. Он не сможет спасти меня, когда моя собственная сестра станет виновницей моего падения с небес.

Сайлас застонал, когда раздался звонок в дверь, и его глаза нашли глаза Аланны.

— Сколько ты хочешь поставить на то, что на пороге появится еще один Виндзор?

Она усмехается и пожимает плечами.

— Я буду разочарована, если они не появятся, Сай. Рейвен заслуживает того, чтобы стать частью семьи, которая будет любить ее так, как не любит ее собственная. Посмотрим, заслуживают ли Виндзоры ее или нет.

Сайлас вздыхает и снисходительно улыбается ей.

— Десять бумажных журавликов, — говорит он ей. — Вот что ты будешь мне должна, если заставишь меня принять у себя еще Виндзоров.

Аланна обхватывает меня за плечи и кивает.

— Я дам тебе пятнадцать.