Чтение онлайн

Когда же знакомые кованые ворота показались впереди, молодой человек бросил машину, не потрудившись даже закрыть дверцу, и подошел к ограде. Он помнил слова Бринн, предупредившей о том, что защита не позволит ему войти. Эйден схватился за железные изогнутые прутья ворот и толкнул их, убеждаясь, что те действительно не поддаются, буквально обжигая пальцы.

— Я хочу говорить с вами! — Даррелл попытался перекричать разбушевавшуюся стихию. — Я знаю, что вы видите меня! Знаете, зачем я здесь!

Зря он надеялся, что ворота сию секунду распахнутся перед ним. Нет, старая ведьма наслаждалась его бессилием, наблюдая за тем, как гость зверем ходит кругами, не пропускаемый защитой.

— Ответьте мне, черт возьми! — снова выкрикнул Эйден, не собираясь сдаваться.

Хлопая мокрыми крыльями, рядом на ворота опустился большой ворон, глядя на нежданного гостя умными глазами. Каркнув, птица сорвалась прочь, а вслед за этим тяжело поддались и ворота, впуская вымокшего путника. Эйден ступил на зачарованную землю Верховной, слыша, как за спиной с грохотом закрылись обратно створки.

Пришлось немало поблуждать, пока трона позволила приблизиться к сердцу владений Миррайн — ее дому. Сама хозяйка встретила его на широком крыльце, стоя на каменных ступенях. Эйден узнал ведьму, поскольку именно такой являлась она ему в мыслях Бринн: холодная статуя в черно-серебряных одеяниях.

— Посмел явиться сюда? — насмешливо спросила Миррайн.

— Разве не этого вы желали? — Эйден сделал еще несколько шагов, приближаясь к Верховной.

— Твоя самонадеянность не знает границ, полукровка!

— Возможно… Но разве я не прав? — сверкнул он взглядом. — Это ведь месть мне? Ваш ход — это вызов мне. Таков был расчет? Вы знали, что я приду. Ведь не могло быть иначе!

Грохот грома заглушал их голоса, а молнии, прорезывая черное небо, освещали округу. Дождь усиливался, но ни одна капля не упала на землю, находящуюся под защитой верховной ведьмы. Словно невидимый купол вознесся над их головами, не давая стихии ворваться сюда. Вымокший до последней нитки, Даррелл сделал еще шаг.

— Ты решил, что можешь уничтожить мой город? — Голос Миррайн мало походил на человеческий в этот миг. — Или настолько самоуверен, что вздумал тягаться со мной?!

Тягаться? Он бы рискнул в другой раз. Но не сейчас, когда Бринн находилась между жизнью и смертью в доме Лорейн. Сейчас он был жалок, вынужденно укрощая свою суть. И для этого потребовалось куда больше усилий, чем для попытки сразиться.

— Что же ты молчишь, полукровка? — Используя свое превосходство, Миррайн одним взглядом вынудила Даррелла упасть на колени. — Решил, что можешь требовать? За этим пришел сюда?!

Он ощутил, как тело буквально пронзило тысячью игл.

— Я пришел умолять… — едва слышно просипел Эйден, глядя на Верховную исподлобья.

— О чем же ты, сын сирены, смеешь умолять меня? — Миррайн подошла к нему, теперь возвышаясь над гостем холодной сверкающей статуей.

— Я молю спасти ее, — непослушными губами проговорил Эйден, чувствуя, что едва не теряет сознание, истязаемый заклинанием ведьмы.

— Я не слышу, что ты там бормочешь, — недовольно процедила хозяйка дома. — Или желание твое настолько незначительно, что и произнести не в силах? Ты жалок, полукровка!

— Спасите ее! — хрипло выкрикнул Эйден, упираясь кулаками в выложенную камнями дорогу.

Он собрал остатки сил и, шатаясь, смог подняться перед Верховной:

— Спасите ее!

— Упрям! — бросила на него ненавидящий взгляд ведьма. — Твое упрямство и довело Бринн до могилы. Ты знал, что так будет. Знал, что твой род проклят. Но не отступился.

— Не существует проклятий. Есть только трусость и слабость души, которую люди и подобные нам прикрывают карой свыше! — Эйден велел себе стоять ровно, хоть перед глазами все плыло, сливаясь тусклыми пятнами. — Моя вина лишь в том, что не смог быть рядом, чтобы защитить. Вы в силах это сделать. Прошу, спасите Бринн…

— Почему же я должна это делать, наивный мальчик? — Воздух вокруг Верховной опасно искрился, сгущаясь черным туманом. — Спасать ту, что так легко пренебрегла мною и дарованной силой? С чего ты взял, что я желаю этого?

— Будь иначе, вы бы не позволили мне войти сюда, — глухо пробормотал Эйден, пытаясь разглядеть силуэт ведьмы, — и не стали бы тратить свое время, выслушивая.

— Смеешь утверждать, что знаешь мои мотивы?!

— Смею… — Шатаясь, он приблизился к Миррайн, теперь имея хоть какую-то возможность смотреть ей в глаза. — Тот, кто безразличен, не стоит таких усилий. Злы, что Бринн выбрала меня, а не вас? Предпочла жалкого полукровку своей покровительнице? Не оправдала ваших ожиданий? Это еще больше подтверждает мои слова. Так почему же боитесь признаться в этом? Я не знаю ваших законов. Но разве может гордость помешать сердцу принять верное решение?..

Миррайн замахнулась рукой, готовая ударить его за дерзкие слова. От избытка чувств она даже не использовала магию, поведя себя так просто, по-человечески, что сама задохнулась от этого осознания. Ведьма сжала ладонь в кулак, все же опуская руку и гневно глядя на гостя.

— Я не верну ей силу, — заявила она. — Не смей вмешиваться в это.

— Я прошу лишь спасти Бринн! — не сдавался Эйден. — Вы можете остановить действие яда.

— Чтобы поднять того, чья душа находится между миром живых и мертвых, необходима жертва, — холодно заметила Миррайн, теперь обходя молодого человека кругом, окутывая сгущающимися клубами черного тумана.

— Я знаю это, — ответил Эйден.

— И цена высока, — призраком продолжила кружить ведьма.

— Я знаю.

— Что же ты готов отдать, самонадеянный мальчик? — шелестел голос Верховной, пробирая его до самой души. — Может, свой чудесный голос?

Решила поиздеваться? Эйден закрыл на мгновение глаза, переводя дыхание.

— Я отдам столько, сколько потребуется, — ответил Даррелл.

— А если ценой будет жизнь? — остановилась Миррайн, впиваясь в гостя черным взглядом.

— Я согласен.

Она неожиданно расхохоталась, и ее смех болью отозвался в голове.

— Я согласен! — собирая последние силы, выкрикнул Эйден, стискивая ослабевшие ладони в кулаки. — Раз моей жизни будет достаточно, то берите ее.

— Готов умереть за Бринн? — скептически приподняла бровь Миррайн. — Действительно готов или же это жалкая бравада? Все слова! Все лишь слова!

Ее губы презрительно изогнулись.

— Тогда хватит слов, — процедил сквозь зубы Эйден. — Я перед вами. Я готов. Готовы ли вы?