Чтение онлайн

– …в водительских правах вы тоже в маске?

Он расхохотался. Только сейчас, едва оправившись от ужаса, Изабель услышала, какой у него мелодичный и приятный смех, какой красивый голос. А может, она уже слишком устала, чтобы бояться.

– Смею вас заверить, там я тоже П.О..

Изабель вздохнула. На честный ответ она и не надеялась.

– Изабель.

– Что?

– Вы одиноки?

Так! Это ей уже совсем не нравилось!

Призрак мельком взглянул на её сложенные на коленях руки. На безымянных пальцах не было колец.

– Вы же меня ненавидите, – прохрипела она.

– Так и есть, – кивнул он, выезжая с парковки. – Искренне и пылко.

Бесполезно у него что-либо спрашивать, он лжёт так, будто был не Призраком Оперы, а призраком казино!

– Что если не одинока?

– Что ж, – улыбнулся он. Свет уличных фонарей скользил по его спокойному лицу, блестел в маске, – тогда готовьтесь к похоронам.

Он хмыкнул, скосив на неё взгляд. Странно, почему от его шутки Изабель не свалилась от хохота.

– Одинока, – ответила она, отвернувшись к окну. – И не хочу ничего менять. Я должна сосредоточиться на работе.

– Разве я предлагал это исправить?

Лицо Изабель вспыхнуло от очередной улыбки Призрака.

– Но я принял к сведению, что вы рассматриваете меня, как спутника жизни.

Она провела рукой по лицу, пряча вспыхнувший в нём жар. Теперь он дразнился, хотя сначала был злым, как чёрт, а потом манерным, как Дьявол в постановках. Очевидно, его настроение менялось из-за голоса Изабель.

Она протяжно вздохнула. Чёртов голос. Как бы он не довёл до очередной беды…

Дальнейшая дорога прошла в молчании и, к счастью, без происшествий. Призрак остановился у подъезда Изабель и, выйдя, открыл дверь перед девушкой, подал ей руку. Сжав его ладонь, она выбралась из автомобиля.

И, прежде чем она успела отнять руку, Призрак поднёс её к губам и учтиво, нежно поцеловал костяшки пальцев.

– Мадемуазель Идо, – он улыбнулся, видя её замешательство. – До завтра.

– Да, – она убрала дрожащую руку. – До завтра.

Она сделала пару шагов к подъезду дома.

– Когда закончите с репетицией, приходите на малую сцену, к органу, – окликнул её Призрак. – У меня тоже есть чудесная ария для вас.

Он споёт для неё? Изабель обернулась, но не увидела реакции Призрака. Отсалютовав ей, он вернулся в машину и скрылся в зимней ночи.

После внезапного свидания Изабель спала беспокойно, но снились ей далеко не кошмары. Призрак Оперы в её снах был всё таким же недосягаемым, таинственным, устрашающим, вот только говорил и пугал он её куда меньше.

Гораздо больше в её беспокойных снах было поцелуев.

Проснувшись, Изабель скрежетала зубами, стискивая пальцами одеяло. В ту же секунду она запретила себе думать об этом сумасшедшем и закрепила своё решение, дав себе звонкую, бодрящую пощёчину.

Выйдя из дома на полчаса раньше, Изабель купила крепкий кофе и пару булочек – на завтрак и обед. Ела она тоже на ходу, грея замёрзшие пальцы о горячий картонный стаканчик.

В этот раз Жиль, наученный горьким (или точнее – горчичным) опытом не решился пугать Изабель, за что она была ему благодарна. Более того, в кабинете не было ни следа Призрака Оперы: ни записок, ни цветов – за это она была благодарна вдвойне.

Увы, день не мог быть идеальным вечно. Сегодня на репетицию решил явиться Гаскон, от чего Изабель пробрала нервная дрожь. Начальство должно было контролировать новичков – это нормальная практика в любом театре, но волновалась девушка каждый раз, как в первый.

– Ну, чем расстроишь, Идо?

Изабель перевела взгляд на либретто, силясь вспомнить хоть что-то о работе и выкинуть из головы пресловутого Призрака Оперы.

– Я внесла кое-какие правки, – сказала она, убрав за ухо ручку. – Вместе с труппой распределили роли, разобрали текст. Хотите взглянуть?

Гаскон кивнул и сел в одно из кресел в зрительном зале. Прерывисто выдохнув, Изабель подбежала к сцене, стараясь не коситься на пятую ложу. Сейчас ведущие артисты сидели на стульях с текстами в руках, в танцевальном классе с массовкой работали хореографы. Через пару недель репетиции массовки и артистов станут совместными.

Сегодня в планах было разучить несколько арий первого акта.

Заиграл оркестр, артисты принялись исполнять роли, заглядывая в тексты, в то время как Изабель порой прерывала их, отдавала распоряжения, а потом велела продолжать. Она так волновалась из-за Гаскона, что стала втрое придирчивее к своей работе, чем обычно.

На работу в «Lacroix» было сложно попасть, и сейчас девушка думала, что любая ошибка могла привести к увольнению.

Впрочем, тогда Призрак Оперы исчез бы из её жизни.

Так! Не думать!

– Нача-а-а-альник, – в какой-то момент стал канючить Жиль. – Вы на неё плохо влияете. Из от вас подцепила ваше невыносимое занудство!

– Жиль! – ужаснулась Изабель.

– Ничего-ничего, – махнул рукой Гаскон. – Тебе полезно, Жакоте, когда тебя гладят против шерсти.

Вздохнув, Жиль негромко и язвительно передразнил его и оправил волосы, вернувшись к роли. Правда в знак протеста он стал коверкать слова и кривляться.

Следовало отдать ему должное, кривлялся он так талантливо, что артисты стали хихикать, и даже Гаскон в какой-то момент хмыкнул.

– Идо, подойди сюда.

Изабель кивнула и подбежала, чувствуя, как пышные волосы подпрыгивали с каждым шагом. Её руки похолодели, колени тряслись, сердце готово было выскочить из груди, пульс грохотал в ушах.

– Что-то не так?

– Нет, – он нахмурил густые брови, глядя на артистов. – Всё в порядке. Да и, вижу, с коллективом ты подружилась.

– Ну…

– Идо, – он потёр шею. – Постановкой заинтересовался Бувье.

Журналист, пытавшийся выяснить, кто такой этот загадочный Призрак Оперы.

– Он – заноза в заднице, – бурчал Гаскон. – Пронырливый, вечно везде лезет, вечно всё хочет знать. Но неважно. Тебе придется иметь дело с журналюгами, если работаешь в известном на всю страну театре, – он стал мрачнее. – И знаешь, Идо, я терпеть не могу Бувье, но мы можем использовать его в своих целях.

– Исп…

– Да. Ты новенькая, миловидная, хорошо себя зарекомендовала. Скажи… наша главная знаменитость, наш злой дух уже вышел с тобой на контакт?