Чтение онлайн

Ее глаза расширились, и на мгновение он подумал, что она, должно быть, узнала его. Затем он осознал, что была просто естественное беспокойство от того, что она увидела пыльного, грязного от долгой дороги человека в ее аккуратном учреждении.

— Я здесь чтобы купить кое-что, — ободряюще заявил он.

Она кивнула и осторожно подошла ближе.

— Что я могу показать вам, сэр?

Он жестом указал на голубое платье, которое висело в окне на манекене.

— Я куплю вот это.

— Да, сэр. Оно стоит два фунта шесть пенсов, — женщина открыла книгу заказов на конторке. — Когда ваша жена желает прийти на примерку?

— В этом нет необходимости, — сказал Натаниэль. — Я просто возьму его…

Он бросил взгляд на платье, одновременно посмотрев через окно на улицу. Рядом с магазином стояли супруги Блоухард, одни из тех, кто наиболее злобно высказывался против Натаниэля, когда была обнародована эта трижды проклятая карикатура. И сейчас они, кажется, собирались зайти в магазин.

Черт. Он повернулся обратно к продавщице.

— Платье. Немедленно, — он бросил три фунта на конторку и повернулся лицом к двери, как раз тогда, когда колокольчик звякнул еще раз.

Вошедшая женщина удивленно посмотрела на него, затем задохнулась и протянула руку, словно хотела задержать своего мужа. Мужчина, дородный тип, у которого было больше денег, чем политической проницательности, начал краснеть от оскорбления, когда увидел Натаниэля.

— Вы! — он вырвался от удерживающей его жены и проследовал к Натаниэлю. — Возвращаетесь обратно в Лондон, не так ли?

Натаниэль приподнял бровь.

— Это так.

Мужчина свирепо нахмурился.

— У вас нет права пачкать там даже воздух. Если у вас было бы хоть какое-то понимание, то вы бы схоронили свою проклятую личность в провинции!

Натаниэль сложил руки и прислонился одним бедром к конторке.

— Но тогда я бы так скучал без вас.

На что этот тип, совершенно не обладающий воображением, смог только безмолвно пыхтеть.

Продавщица была занята тем, что снимала с манекена шелковое платье, наблюдая за ними уголком своего глаза. Натаниэль не собирался выслушивать, что еще выскажет этот тип, так как он был всего лишь несдержанным идиотом, а считал секунды до того момента, как продавщица положит ему в руку обернутый бумагой пакет.

Он взял его и выскочил из магазина, коротко кивнув жене мистера Блоухарда, и проигнорировав продавщицу, которая протягивала ему сдачу.

Он не был достаточно быстр. Мистер Блоухард вылетел из магазина после него.

— Как вы смеете оскорблять мою жену своим присутствием, предатель! — его рев напоминал бычий. Его слова эхом пронеслись по мощеной улице. — Лорд Предатель! Изменник!

Впереди Натаниэль мог видеть Виллу, стоящую рядом с Лэмом и лошадьми. Когда он приблизился, стараясь идти как можно быстрее, он увидел растущую тревогу в ее расширенных голубых глазах.

— Садись на лошадь, — поторопил он ее, когда подошел достаточно близко. Он сунул руку в карман за леденцами для Лэма, но мальчик попятился, его взгляд устремился позади Натаниэля.

— Вы? Вы тот самый парень — лорд Предатель? — у мальчика в глазах было такое выражение, словно его предали. От этого у Натаниэля заныл живот, и он ощутил себя виновным, хотя не сделал ничего, в чем он мог быть виноват. Лэм с презрением посмотрел на его подарок. — Я не хочу ничего от типа, подобного вам!

Натаниэль уронил пакетик в грязь.

— Конечно, ты не хочешь, — он ухватился за седло Бланта и быстро сел на него. Повернув мерина, он посмотрел назад на собирающуюся толпу.

— Думаю, что пришло время уезжать, — твердо сказал он.

— Да, Натаниэль, — голос Виллы прозвучал испуганно.

— Просто проезжай сквозь них, цветочек. Они отойдут с нашего пути.

Блант и кобыла одновременно выступили вперед, двигаясь медленно, но непреклонно через собравшихся горожан. В их сторону летели выкрики и взгляды, но один за другим жители Уэйкфилда отступали с пути продвижения лошадей. Затем, когда Натаниэль и Вилла были в центре толпы…

Шлеп! Комок грязи приземлился на белый крестец кобылы, испугав лошадь и оставив черное пятно на белой шкуре и на юбках Виллы.

— Поезжай! — подгонял ее Натаниэль, но теперь толпа сомкнулась слишком плотно. Кобыла начала пританцовывать на месте и становиться на дыбы. Натаниэль испугался, что Вилла упадет с лошади прямо в разозленную толпу. Он схватил поводья кобылы.

Комок гряд ударил его прямо в спину. Натаниэль обернулся, чтобы увидеть самую настоящую ненависть, горящую в глазах маленького Лэма.

— Изменник! — прошипел мальчик.

В этот момент грязь начала лететь со всех сторон. Черная земля забрызгала их со всех сторон. Вилла пригнулась и вскрикнула от отвращения и страха. Натаниэль стиснул челюсти, одной рукой стащил Виллу с запаниковавшей кобылы и посадил перед собой на Бланта, затем пришпорил мерина, заставляя его скакать, не важно собралась вокруг толпа или нет.

Блант заржал и встал на дыбы, и толпа расступилась. Натаниэль одной рукой обнимал Виллу, в другой сжимал поводья почти одичавшей кобылы и помчался, крепко удерживаясь в седле при помощи бедер.

Очень быстро они оставили Уэйкфилд позади. Наконец, Натаниэль позволил Бланту замедлить темп до легкого галопа. Мерин, который всегда оставался спокойным, теперь невозмутимо бежал галопом по дороге, как будто они были на воскресной прогулке. Кобыла, которая, вероятно, была не самой разумной лошадью из тех, кого Натаниэль знал, все еще испуганно таращила дикие глаза. Натаниэль крепко держал поводья. Он вовсе не хотел проделать остаток пути до Лондона только с одной лошадью.

Вилла все еще прижималась к его груди, пряча свое лицо. Он мог ощущать, как ее талия слегка подрагивала, как будто от рыданий.

— Мне жаль, что тебе пришлось испытать это, — прошептал он в ее заляпанные грязью волосы. — Все закончилось. Пожалуйста, не плачь.

Она слегка ударила его кулачком по груди.

— Я не плачу, — заявила она. Затем подняла голову. Ее лицо было красным, а глаза блестели, но это оказалось правдой. Она не плакала. Она была в ярости. — Ох, этот невыносимый городишко!

Натаниэль не смог удержаться. Он крепко обнял ее одной рукой и с облегчением рассмеялся в ее испачканные волосы.