Чтение онлайн

– Подчинив половину магов? Вас остановят! Уверена, сообщество волшебников с Верховным Советом во главе уже ищет способ… собирает свое воинство…

– И как же они нас найдут, графиня? – скучающим тоном перебил Блэр и развел руками. – А потом, когда ты выведешь меня к венцу, будет поздно… Едва ли найдется равный мне по силе в этом мире.

– Найдется!

– Полагаешь, кому-то удастся меня одолеть? Ты наивнее, чем Аврора. Хотя она тоже пыталась меня отговорить… Сначала даже вылечить хотела от неразумных идей. Но, как выяснилось, я абсолютно здравомыслящий высший маг. Никаких отклонений.

– А так и не скажешь… – пробурчала в кулак. – И что Аврора в вас нашла?

– А ты еще не вспомнила?

– Графиня показала мне лишь… избранные моменты, – уклончиво ответила я. – Не могу сказать, что они привели меня в восторг.

– Мы с ней были помолвлены. Я подарил ей фамильный медальон Блэров, перед всеми объявив своей. А после – сделал своей, не дожидаясь свадьбы.

Хотела возмущенно заявить ему, что уж чем-чем, а этим мог бы не хвастать – я-то всю радость «принадлежности» эльфоподобному гаду в мельчайших деталях запомнила. Но тактично промолчала.

– В тот роковой, последний день я вернулся в усадьбу Воронцовых именно за своей Авой, а уж потом – за ее милой игрушкой эльфийской работы… Она выбежала ко мне, одевшись в белое. Прелестный ангел, что буквально парил над землей. Я был уверен, что она хочет завершить начатое. Сочетаться со мной браком, как мы и планировали. Нож в спину был болезненным и, признаюсь, неожиданным.

– Действительно! Вы ведь так неотразимы, соблазнительны прямо-таки в этом жутком сером тумане, в окружении обезволенных кукол с белыми лицами… И как она могла променять вас на скучного слабого мага из проклятого рода? – язвительно профыркала я.

– Она просила меня отказаться от затеи, но… Нельзя ставить личное выше общественного. Выше целого мира магии, – он рассуждал так спокойно, так степенно, словно собирался заснуть прямо стоя. – Я выбрал мир. И она… тоже. Такими уж мы были созданы.

– Жалеете хоть чуть-чуть? Ведь вы могли выбрать друг друга.

Я незаметно смахнула слезу с щеки и покосилась на дверь, за которой стоял Карпов. Никогда бы я не променяла его. Ни на целый мир, ни даже на сотню таких вот миров.

– У меня было время поразмыслить, Анна, – тонкие губы искривились в сухой усмешке. – Каждый из нас принес жертву богине Судьбе. Мы с Авророй – ее любимые дети… Заглавные фигуры, что тянутся друг к другу, но никак не могут пересечь шахматную доску. Судьба все это время игралась с нами, как с куклами… Требуя новых и новых подношений, подкидывая очередные испытания…

Он задумчиво прошелся вперед, но комнатка быстро закончилось. Развернулся, сделал несколько шагов назад… И снова зачем-то присел на стул.

– Порой мне кажется, что Аву она создала в противовес мне. Идеальную противоположность, к которой невозможно не притянуться. Опасная черноглазка, несущая свет своим сердцем и даром. Верящая, что чудовище вроде меня способно исправиться.

– Как показывают годы, вы неисправимы, – подвела я итог. – И Аврора знала это. Иначе бы не установила именную защиту вокруг своей собственности и не завещала мне частичку духа, дара и памяти…

– А может…

Он резко вскочил и навис надо мной, опираясь ладонями о стену и окатывая щеку горячим дыханием. Несколько длинных светлых прядей упало ему на лоб, задев и меня. Мучительно захотелось стряхнуть их с лица, но я боялась шевельнуться.

– А может, она в глубине души хотела меня вернуть? Для того и передала тебе частицу себя, чтобы возродить возлюбленного и воссоединиться? Может, осознала, что совершила ошибку, отказавшись от меня?

– Вы все-таки психопат, – вынесла шепотом вердикт. – Если и не были им раньше – в этом вопросе я графине доверяю, она специалист, – то уж всяко спятили, пока лежали в склепе и смотрели в потолок.

– Возможно, что так, – широко осклабился белокурый маньяк, и меня прошиб липкий озноб. – Но если в твоей памяти что-то всплывет, я буду рад узнать истинные мотивы моей графини...

Блэр не спешил отстраняться, и мне все же пришлось сделать вдох. Пахло от фактически мертвеца странно, но не сказать, что неприятно. Мокрой осенней листвой, дождем, стылой землей, мхом, корой… Словно он двести лет жил в лесной избушке, а не в сухом и комфортном склепе Владимира. Что-то внутри меня звенело в унисон этому аромату, откликалось на знакомые ноты.

Я поглядела в бирюзовые глаза и утонула, затянутая в водоворот. Еще секунду назад в них царил равнодушный штиль, а теперь бушевало море.

– Иногда ты смотришь на меня, прямо как она, Анна. Не играй со мной, графиня, – хрипло пробормотал Блэр, и стайка мурашек щекочущим ветерком прошлась по пояснице. Не испуганных мурашек – взволнованных. Чертова Аврора!

Я старательно стряхнула наваждение и нахмурилась. Не такой уж он и привлекательный! Вообще нет!

Глава 23. Новая жизнь

Через пару часов после ухода Блэра в комнату заявился Квитариус с подносом. Молча составил тарелки на письменный стол и без каких-либо объяснений удалился.

Оставалось гадать – то ли Августус не был удовлетворен моим внешним видом, и потому наказал ужином в одиночестве. То ли пошел мне навстречу и… позволил поужинать в одиночестве. Кто ж их, темных принцев, разберет?

Страха у меня не было. Отвалился, как рудимент, за ненадобностью. Какой смысл трястись, если я все равно ничего не могу исправить? Сама позволила Карпову себя привести. Чего теперь рвать волосы, наворачивать круги по спальне и разводить панику?

Самым логичным выходом казалось смириться и создать вид деятельности. Потянуть время. Раз уж Блэр мне его дал, грех не воспользоваться.

Буду «искренне и с полной отдачей» пытаться наладить телепатическую связь с Авророй. А параллельно – продолжать выводить Карпова из себя. Авось что и получится. И надеяться, что крестный с миротворцами явятся до того, как Блэр перейдет от туманных угроз к их непосредственной реализации.

Поковыряв в тарелке безвкусное нечто (почти уверена, что еда была неплохой, но я все равно не ощущала ее вкуса), я завалилась в постель. Просунула пальцы через прутья клетки и погрузила их в теплые перья ламбикура.

– Арчи…

– Мм? – промычал птенец, не поднимая головы.

– Как думаешь, у нас получится?

– Уточни вопрос, глупая, – проворчал баклажановый птиц. – Получится что? Образумить твоего Демона? Мир спасти от всемогущего фанатика? Не выдать тайну твоей пра-пра… Авроры этой? Выбраться отсюда живыми и неощипанными?

– Все вместе бы, – улыбнулась, вжимаясь щекой в подушку, пахнущую зимним морозцем, и заматываясь в пушистое одеяло с головой.

К чести арканов, белье мне постелили свежее. И – что было прямо-таки поразительным и немножко волнующим совпадением – абсолютно черное. В цвет тьмы в моих глазах, видимо.