Чтение онлайн

— Мужская модель поведения во многом зависит от женщины и его отношения к ней. Мы можем быть жестокими, ветреными с одной, и стараться положить мир к ногам другой. И как бы кто не утверждал, что волка исправить невозможно, это не совсем так, — его пальцы играли с моей кожей, энергия теплым потоком струилась в меня, и я как зачарованная слушала его голос. — Голод взывает к нашему зверю, мы не сдерживаемся, и думаем лишь об удовлетворении инстинктов, но приходит момент, когда появляется она, та ради которой готов многое стерпеть, многое преодолеть, и скорее лишишься жизни сам, чем причинишь ей малейшую боль. Тут уже во главе идет инстинкт защитника и хранителя семейного покоя.

— То есть с Миланой вы были эгоистичным засранцем? — его речь напоминала признание, то о чем я даже думать боялась. Я постаралась придать своему лицу веселое и беззаботное выражение.

— О да, я был отменным эгоистом. Не задумывался о ее чувствах, мне было удобно, больше меня ничего не волновало. Взаимовыгодной союз, где каждого все устраивало до поры до времени, — тень грусти пробежала в его глазах.

— Сожалеете?

— Она строила планы, надеялась, не сожалею, просто сделал выводы. И зла ей не желаю, надеюсь она отойдет, и найдет того кто оценит ее, — его рука чуть сильнее сжала мою кожу.

— И что же заставило вас из эгоиста превратиться в заботливого волка?

— Ты… — как у него получается одним словом напрочь вышибать воздух из легких?

— И если между нами произойдет… э…ммм… близость… то инстинкты не возьмут верх? Каким вы будете? Нежным или жестоким? — в горле пересохло, сама не верила, что задаю подобные вопросы.

— А тут я ничего не буду говорить, я тебя есть только один способ узнать, — он стал осыпать мое тело мелкими поцелуями, едва касаясь моей кожи, заставляя выгибаться ему навстречу, и даже ласка солнца была ничтожно мала по сравнению с его всепоглощающим жаром.

— Как узнать? Проверить? — я не узнавала своего голоса, в нем сквозило желание, неприкрытое порочное.

— Именно так, Николь…

Глава 52

Я дотронулась до его руки, провела вверх по плечу, ощутила под татуировкой рубец от шрама, гладкий, немного выпуклый, захотелось провести языком по его коже, ощутить вкус волка. Что у меня за развратные мысли в голове, откуда они взялись, если всю сознательную жизнь в обоих ипостасях я была равнодушна к сексу.

Невольно вспомнился наш первый раз, тогда даже моя ненависть уступила неведомой страсти. И сейчас во мне нарастала уверенность — наш второй раз будет особенным, волшебным. Вардан заполнил все мои мысли, и я упивалась этим состоянием, хотела взять все, что он способен мне дать.

И все же я не решалась дать ему зеленый свет. Прояви он сейчас немного больше настойчивости, я бы несомненно сдалась. И волк это безусловно чувствовал. Так почему он не действовал напором? Почему был так осторожен? Одержимый голодом и желанием стойко терпел, сражаясь с соблазном.

С его руки я переместилась на щеку, щетина приятно покалывала ладонь, заставляя мурашки вожделения бегать по телу. Палец коснулся его губ, бархатных, гладких, манящих, нет, он слишком совершенен, чтобы быть настоящим.

— Ты переворачиваешь мой мир, мои взгляды, я уже не знаю, что происходит, — я говорила с трудом, только остатки былого страха сдерживали меня от того, чтобы накинуться на оборотня самой. Хотя себе я уже могла абсолютно точно признаться — я хочу познать Вардана, хочу раствориться в его объятиях, и получить все, что обещают его глаза.

— Тебе надо лишь отдаться на волю энергетическому потоку, доверится ощущениям и раскрыться, я не тороплю, — его язык коснулся моих пальцев, я вздрогнула от жаркого электрического удара и не сдержала стон. Лучше бы поторопил, пока дурманящие желания полностью не поработили меня.

— Если это произойдет дороги назад не будет… это будет начало… — я все же высказала свой страх. Пока еще во мне сохранилась крупица воли. Но договорить все равно не смогла. Это ведь уже не брак по договоренности, мы стояли перед чертой чего-то настоящего. А если потом у него появится истинная, если все что происходит сейчас лишь иллюзия? Эти мысли вмиг отравили сознание, страх и сомнения с новой силой вынырнули на поверхность.

Он внимательно смотрел на мое лицо, сосредоточенно, не улыбаясь, скорее всего пытался прочесть незаданные вопросы, которые разделали нас, не позволяя до конца разрушить стену и слиться воедино.

— Нет, я тебя не отпущу, — он произнес это твердым, стальным голосом, словно давно все для себя решил. — Именно поэтому я не тороплю, Николь, — он очень целомудренно поцеловал меня в кончик носа. Как же я безумно хотела его поцелуя, даже приоткрыла губы в приглашающем жесте. Он же продолжал всматриваться в мои глаза, по лицу волка пробежала тень боли, невысказанных опасений. Вардан тоже переживал, что-то мучило его изнутри. — Почему ты ненавидишь оборотней? — свой неожиданный вопрос он задал очень тихо. Даже на несколько секунд прикрыл глаза, уже наверно сожалея, что ступил на тонкую и опасную дорогу.

— Ненавидела, Вардан, в прошедшем времени, — и мне сейчас хотелось унять его тревоги, забрать и откинуть от нас подальше. Уничтожить все тучи над нами.

— А сейчас все изменилось?

— Да, ненависть ушла. И у меня были для нее причины. Из-за оборотня я стала вампиром, — мне хотелось сжечь эти воспоминания. Оказывается, теперь они для меня не имели значения.

— Точнее? — он прищурил глаза, и стал гладить меня рукой по волосам, успокаивающе и невероятно волнительно.

— Когда я была человеком, на меня напал оборотень. Не знаю причин, тогда я вообще не предполагала о их существовании. Огромный волк нанес мне раны, несовместимые с жизнью. Меня спасли, принесли к дяде, и перед ним встал выбор — дать мне умереть, или сделать вампиром. Жизнь из меня уходила, я была без сознания, Дарий принял решение, которое посчитал единственно верным. Тогда я порвала с прошлым, и переехала в его дом, закрывшись ото всех, предпочла заточение, — на его лице ничего не отразилось, спокойное, безэмоциональное как маска.

— И ты возненавидела всех оборотней? — голос нейтральный, и душа закрыта.

— Да, я считала их монстрами. Пока ты не изменил мое отношение, — я попыталась улыбнуться, дать понять, что все осталось в прошлом.

— А причин нападения ты не знаешь? Возможно, Дарий что-то тебе рассказывал?

— Нет. Мы старались не касаться этой темы. Слишком она была болезненна, дядя и его окружение старались обходить ее десятой дорогой, — про то что, дядя подкреплял мою ненависть к оборотням, я предпочла промолчать.

— Как говорил Наиль, ты была от рождения обречена стать вампиром, а потом переродиться, такова твоя судьба. Пусть случившееся ужасно, и мне неизвестна вся картина, но итог мне нравится. Порой даже если происходит что-то трагическое, и нам кажется — все жизнь не справедлива, все кончено, потом это может обернуться подарком небес, — теперь его голос стал мягче, вернулись плавные движения, в глазах снова заблестели лукавые искорки.

— По-твоему, то что я вампир подарок?

Вардан резко притянул меня к себе и крепко обнял: