Чтение онлайн

Девушка заметила, что своим ответом «обезоружила» Вячеслава. Он стоял и не знал, что сказать. Он явно искал правильные слова и не мог их найти.

— Помучайся, — подумала Инея, — подсказывать тебе я не буду. Где же Глеб?

Девушка осмотрела зал и вновь не нашла жениха. Она еле сдержала тяжёлый вздох.

В это время опять на большом экране заработала телепередача. Голосование продолжалось, и об этом радостно объявляла с экрана молодая девушка. Весь зал обратил своё внимание на экран. Все, кроме Славы. Он вновь зло зашептал Инее в самое ухо.

— Идёшь на уступки? Зря! Я никого не пощажу. Я объявлю сейчас, что ты незаконнорожденная дочь моего отца, если конечно, ты не объявишь о том, что приветствуешь моё правонаследие на фирму «Белая Лилия».

— Ты плохо слушал. — Ответила Инея, ему на ухо. — Дело в том, что незаконнорождённый ребёнок это ты!

Вячеслав схватил девушку за плечи, говорить он не мог. Его рот открылся и закрылся. И Инея заговорила сама.

— До встречи с твоей мамой, твой отец заключил брак с моей мамой в Америке. И брак этот действительный до сегодняшнего дня. Так что, я законно рожденное дитя, а ты вот нет!

Ты врёшь!!! — Зашипел и закричал Вячеслав одновременно.

Девушка отрицательно покачала головой.

— Доказательства тебе предоставит Орлов. Уж ему-то ты доверяешь?

Парень не сводил злого взгляда с Инеи. Его руки, всё ещё, держали её за плечи и приносили боль.

— Отпусти, мне больно. — Простонала Инея и уперлась парню руками в грудь.

Но это не подействовало. Со стороны было видно, что между ними шла бурная сцена. И парень, своим объятиями старался сдержать эмоции девушки. Всё это приписывали в победе платья Инеи.

— Отпусти! — Почти прокричала девушка. Из её глаз вот-вот полились бы слёзы. И тут чья-то жёсткая рука, обхватила одно запястье Вячеслава, и отвела его руку от плеча Инеи.

— Если не хочешь получить в нос здесь, прямо на подиуме, отпусти её. — Зло проговорил Глеб, не спуская со Славы тяжелого взгляда.

Инея так была рада его появлению, что не сдержала слёз. Она уткнулась ему в плечо и утонула в его объятиях.

Глеб обхватил девушку за талию одной рукой. В другой руке, он держал несколько листков бумаги. Инея всё поняла.

— Ты всё достал? — Улыбаясь, сквозь слёзы, спросила она.

Глеб кивнул и сказал: — Благодаря моей настойчивости и обаянию. Все компроматы у нас.

— Мне кажется, что они уже не понадобятся. — Шепнула ему на ухо Инея. — Мне кажется, что Слава готов сдаться.

— Сомневаюсь. — Ответил Глеб, внимательно рассматривая «обидчика» его невесты. — Я вижу, что его мозг шевелится. И шевелится он в нехорошую сторону.

Инея взглянула на брата и ужаснулась. Глаза Вячеслава горели огнём ненависти и не примирения со сложившейся ситуацией. Инея видела, что её братец готов к новому выпаду и опередила его.

— Слава, успокойся. Тебе повезло, что ты мой брат, и я не позволю унизить твоё имя. Но я боюсь, что ты сам это сделаешь. Успокойся и мы уладим всё дело.

Слава сжимал кулаки. На его лице играли желваки. А в зале на большом экране, молодая корреспондента говорила о какой-то сенсации, которая к ним только что поступила. Зал затих, все слушали сообщение с экрана.

Через несколько минут, зал «взорвался» от новых эмоций. Глеб и Инея посмотрели друг на друга, не веря услышанной информации.

— После того, что мы услышали, Слава никогда не откажется от своего замысла. — На одном дыхании, выпалил Глеб. — Теперь нам поможет только чудо.

Инея посмотрела на брата и поняла, что он к этому «приложил руку». Слава подходил к ним, с лёгкой усмешкой, на уста. Он уже успокоился и, казалось, что он только и ждал этого сообщения.

— Теперь вы — никто. Я выиграл, дорогая сестричка. И я, конечно, буду молчать о тебе, что бы ни позорить папу. Ты права, я должен стать послушным сыном. — Он говорил тихо, только для Инеи и Глеба, но от его голоса «мурашки по телу» пошли у обоих.

Инея молчала, переживая услышанное, вновь и вновь. Ей только что сообщили с большого экрана, что платье «репейник», вернее съемка его дефиле, было показано на столичном показе мод, как тайное творение модельера из Болгарии Громова Стояна Димитровича. Болгарский модельер решил показать его в первую очередь в своём доме моделей «Белая Лилия», а лишь потом привести в столицу на главное дефиле его моделей.

Это был удар в спину. Инея вновь услышала слова братца.

— Что, дорогая сестренка, мне даже не пришлось шантажировать тебя твоими рисунками. Всё сложилось, как нельзя лучше. Ты только что сама признала меня принародно автором платья, так что «мосты сожжены».

— А ты не волнуйся, я их вновь отстрою. — Сказал Глеб, сделав шаг навстречу Славе. — Я строитель, и я докажу, что ты украл моё имя. Я — конструктор платья Инея.

— Я это уже понял. — Спокойно ответил Вячеслав, несмотря на шум в зале. Зал гудел от телефонных звонков и телерепортажей с большого экрана.

— Инея сумела зачеркнуть тебя в этой роли, и поставил меня на твоё место. Не веришь? Спроси сестрёнку.

Глеб посмотрел на девушку и заметил её лёгкий кивок.

— Хорошо, — продолжил он, — но ты забыл о волшебной палочке. Вот она. — И Глеб потряс перед носом Славы бумагами, зажатыми в его левой руке.

— Ну, и что это за пасквили, которые ты так высокопарно называешь?

— Если ты, прямо сейчас, не восстановишь честное имя семьи Белыш и не вернёшь им авторство платья «репейника», то я докажу принародно, что ты вор любимой картины Скрипки Страдивари.

Глеб с наслаждением заметил страх в глазах Славы. Он отшатнулся и чуть не упал с подиума. Глеб успел ухватить его за галстук и восстановить равновесие.

— Подожди падать, сначала ты должен сказать правильную речь. И тебе помогут эти фотографии. — Сказал Глеб и протянул Славе папку с бумагами.

Вячеслав быстро вскрыл папку и стал рассматривать бумаги. Глеб тихо подошёл к нему и зашептал в самое ухо.

— Кстати, Скрипка передаёт привет тебе и говорит, что очень зол на тебя. Ведь ты не только украл у него эту картину, но и продал ей, а деньги присвоил. А это уже уголовная статья. Скрипка прощает тебе то, что его картины ты выдавал за свои шедевры, но вот продажу его любимой картины, он простить не может. — Немного подождав, пока Слава посмотрит бумаги и фотографии, Глеб добавил. — Кстати, Скрипка не против того, что бы «поплясать на твоих костях» и сделать на них своё имя. Это его слова, извини. Ты же знаешь, как самолюбивы художники.