Чтение онлайн

Какая же красивая, бестия. Даже красивее, чем показалось сначала. Щёки горят. Губы приоткрыты. Грудь вздымается под тканью платья. Непозволительно красивая. Такую хочется спрятать от всего мира и посадить под замок, где её буду видеть только я.

Я открываю заднюю дверь.

— Садись, — приказываю.

— Не сяду, — она пытается вырвать руку, но я не позволяю. А голосок твёрдый, как у цыплёнка, который собирается клюнуть волка в нос.

Мне нравится эта твёрдость. Но долго это не продлится.

— Хорошо, — киваю. — Тогда проще. Багажник или салон?

Она открывает рот, глаза расширяются. Со щёк стекает весь цвет. Вот теперь доходит. Не предложение, а выбор.

— С-салон, — шепчет.

— Тогда полезай, — хмыкаю.

Она забирается внутрь, дрожит, хотя и пытается не показывать. Старается сохранить достоинство, и заводит меня этим ещё больше.

Я обхожу машину, сажусь рядом с ней, закрываю дверь.

— Игнат, трогай, — бросаю водителю.

Машина мягко уходит с места. Девчонка сидит на краешке сиденья. Дышит часто, судорожно. Оглядывается на дом Ковалёва.

Попрощайся, куколка. Сюда ты уже не вернёшься.

Я ощущаю её страх и… сладость. Очень сладкая девочка. Надо скорее закрыть хвосты.

Я достаю телефон и набираю помощника.

— Лёш, свяжись с Коноваловым из ЗАГСа Приморского района, — говорю строго. Он сразу включается. — Пусть обеспечит мне регистрацию брака… через час.

Я смотрю в зеркало заднего вида, Игнат молча кивает.

— Да, через час, — добавляю Лёше.

— Сделаю, — отзывается Лёша.

Я завершаю вызов. Девчонка смотрит на меня так, будто я объявил начало конца света.

— Вы… что только что сделали? — голос у неё ломается. — Что вы сейчас сделали?!

Я прямо кожей чувствую, как у неё под платьем мурашки забегали.

— Жениться на тебе буду, — отвечаю, удобно устраивая руку на подлокотнике.

— Вы с ума сош-шли?! — пищит она. — Жениться на незнакомке? На чужой невесте? На женщине, которая любит другого? Это… это бред!

— Бред — считать, что твои чувства имеют значение в этой ситуации, — замечаю спокойно.

Она издаёт короткий стон боли. Отлично. Начинает понимать расстановку сил.

— Зачем вам это?! — спрашивает сдавленно.

— Статус, — пожимаю плечом. — Я не оставляю незакрытых вопросов.

Потому что если я тебя увезу просто так, завтра появятся адвокаты, заявления, истерики. А если ты моя жена — это уже другой разговор.

Она сглатывает. Так громко, что я это слышу.

— А ещё я тебя хочу, разве этого недостаточно? — я ухмыляюсь.

— Вы уже сказали, — бурчит она и отворачивается к окну.

Я протягиваю руку и, аккуратно взяв её за фату, разворачиваю к себе обратно.

— Просто я могу взять и жениться на женщине. Ты уже в платье, — окидываю взглядом стройную фигурку. — Я решил, что мне по душе такое развлечение.

— Развлечение?.. — тянет она на выдохе.

Я смотрю на её губы, на глаза, на линию шеи. Тонкие запястья, сжатые на клатче пальцы.

— Почему бы и нет? — поднимаю бровь.

— Раз уж вы решили на мне жениться, пусть это будет фиктивный брак, — говорит она так требовательно, что я снова вижу в ней воинственного цыплёнка.

— Нет, невеста, — говорю я. — Супружеский долг буду брать натурой. Регулярно.

Она закрывает рот ладонью, будто ей нехорошо.

— Мои родители это так не оставят, — выговаривает хрипло.

— С твоими родителями я разберусь, не переживай.

Глазищи округляются ещё сильнее. В них паника и уже собирающиеся слёзы.

— Как… разберётесь?.. — роняет она обессиленно.

Вероятно, думает, что я людей направо и налево убиваю. Нет. Я их использую.

— Зависит от того, насколько сговорчивой будешь ты, — говорю я.

Она вжимается в сиденье, кажется, наконец, уяснила, кто в доме хозяин.

Пора двигаться дальше.

Я снова протягиваю руку и легко вырываю клатч из её пальцев. Она вскидывается, но я не обращаю внимания. Там должен быть паспорт, судя по тому, что я увидел во дворе Ковалёва, регистрация выездная, а значит, паспорт должен быть при себе.

Открываю. Я прав. И, что забавно, нет телефона.

— Я Марк Романович Финский, — представляюсь, открывая её документ. — А ты у нас кто?

Читаю вслух.

— Юлиана Алексеевна Зайцева, — бросаю на неё взгляд. — Стало быть Юлиана. А Егорка тебя как называл? Юля? Юльчик? Юлёныш?

Она краснеет до кончиков ушей.

— Юлиана, — выговаривает тихо.

— Ну вот и славно, Юлиана, — я киваю и снова вынимаю телефон. Лёша снимает трубку на первый же гудок. — Записывай. Юлиана Алексеевна Зайцева. Пробей по-быстрому. Что у моей невесты за душой.

Закрываю паспорт, кладу его обратно в клатч и возвращаю ей.

— Вот теперь ты не незнакомка, Ю-ли-а-на, — проговариваю её имя по слогам. — Красивое имя. Мне подходит.

Она стискивает клатч так, что костяшки белеют.

— Я не выйду за вас, — говорит тихо, но уверенно.

— Выйдешь, и уже минут через сорок, — парирую невозмутимо.

— Никогда! — выдаёт она громче почти с рыком.

— Тогда пострадает кто-то другой, — я добавляю в голос холода. — Выбирай, кто первый. Отец? Мать? Может, у тебя брат или сестра есть?

Она бледнеет и затыкается. Ну вот и договорились. Остаток дороги до ЗАГСа мы молчим. Я беззастенчиво рассматриваю своё новое приобретение и уже примеряю, как и в каких позах я буду её пробовать. В штанах становится тесно, стоит только представить её без одежды.

Игнат тормозит на парковке у ЗАГСа, и у меня вибрирует телефон.

Лёша.

— Марк, пробил твою Юлиану, — говорит он ровным чётким голосом. — Отец Алексей Владимирович Зайцев, в собственности участок с редкоземельными металлами. Долговые обязательства перед Ковалёвым. Мать Валентина Тимофеевна, безработная. Братьев-сестёр нет. У самой девушки образование высшее...

— Принял, — обрываю его. — Скинь полное досье мне на почту.

Сбрасываю звонок. Поворачиваюсь к Юлиане. Она сидит, вцепившись в клатч, взгляд остекленелый.