Чтение онлайн

— Ну, что страшненький, отнесешь меня в замок к князю?

Да как она смеет? Она, простая человечка, без роду, без магии, обращается к нему, князю Ригила как глупому животному, которого можно навьючить, как осла, и заставить передвигаться?

Князь клацнул зубами, рыкнул во всю мощь легких и, лапой схватив человечку за шкирку, словно она котенок или щенок, рванул в небо.

— Ааааааааа! — орала наглая девица так, что в ушах звенело и пришлось спускаться обратно на плато. Сама ж попросилась к князю, а теперь чем-то недовольна.

И как только ноги девушки коснулись твердого камня, а сам Робер собрался принять человеческий облик, на человечку напала Тьма, затмив разум окончательно и бесповоротно: девушка сорвала со спины какую-то торбу и принялась с размаху бить ею дракона. Да она ополоумела, не иначе!

— Крепись, брат, это твоя невеста, — захохотал рядом Лиам, принявший быстрее него человеческий облик. — А в замке тебя ждут еще штук тридцать.

Не дай Светлые силы, если хотя бы у трети будет такой же норов.

Ну что, вот и встретились драконы с Юлей? Да к тому же ощутили на себе, что значит пугать девушку из нашего мира.

Иномирянка

— Крепись, брат, это твоя невеста, — захохотал кто-то за моей спиной. — А в замке тебя ждут еще штук тридцать…

Чего? Какая невеста? Сколько-сколько еще? И кто тут такой разговорчивый — не было ж никого, кроме второго птеродактиля. Я развернулась резко, забыв про ту железную копию доисторического монстра, которую только что колошматила рюкзаком.

За моей спиной стоял мужчина. Симпатичный. Хотя… Ладно, признаем факт — красивый…очень. Черноволосый, со спадающей на глаза челкой; с синими глазами, такими яркими, что можно подумать, будто у мужчины цветные линзы; с красиво очерченными губами, легкой небритостью по подбородку и над верхней губой, но при этом остальная часть лица гладко выбрита. Божечки, дальше можно было не смотреть, но все же глаз сам невежливо обшаривал крепкую высокую фигуру, определяя отсутствие перекачаности или излишней рыхлости — мужчина явно не пренебрегал спортом, но и не превозносил его до уровня культа. Одет он был в черный костюм, отдаленно напоминающий мундир с темными серебряными петлицами, кантом ко краю ворота и рукавам, а также вышитым контуром маяка в районе сердца. До обуви я не добралась по простой причине: взгляд зацепился за широкую перевязь, на которой уверено висел короткий меч с темно–синим камнем на рукояти — под стать глазам мужчины.

С трудом оторвав взгляд от камня, я вновь посмотрела мужчине в глаза, чтобы сравнить, верно ли мне показалось с цветом, и вновь чуть не скончалась на месте: под моим взглядом зрачок мужчины сузился, а потом принял прежнюю форму. Это ж до чего техника дошла!

— Еще раз повторить сможешь? — я привстала на цыпочки, чуть ли ни за грудки притянула мужчину к себе поближе и стала пристально всматриваться в один глаз — не дай Бог пропустить такое зрелище. И не пропустила! Зрачок снова сузился и на время остался в таком виде. Невероятно!

— Ай, ты что творишь, убогая? — рявкнул мужчина на меня, когда я его ущипнула, чтобы убедиться, что он живой и теплый — человек в общем. Помню в «Дне сурка» герой Била Мюррея так поступил с женщиной, чтобы осознать, что один и тот же день его жизни больше не повторяется, а я ущипнула мужчину, ну, себя-то жалко как-то щипать. Лучше б себя ущипнула, потому что меня окатили не только бранью, но и взглядом таким, словно я грязь под ногами — и даже не сразу поймешь, что из этого больше всего уязвило.

— Крепись, брат, не стоит давать волю эмоциям, — раздалось за моей спиной. — Как ты правильно заметил, в замке таких еще тридцать, а те еще и чистокровные драконицы и одним щипком могут не обойтись.

Пока мужчина за моей спиной говорил, обращаясь к тому, которого я так пристально и опрометчиво невежливо разглядывала, я начала оборачиваться назад, немного медленно и испуганно, потому что там вообще-то никого, кроме птеродактиля, не должно быть.

Второй мужчина был похож на первого. Не как близнец, когда отличить можно только по незаметной родинке, и ни как просто родной брат или отец, когда говорят «одно лицо», а на самом деле сильно преувеличивают, описывая схожие черты. Второй мужчина был похож, словно это тот же человек, просто на несколько лет старше. Вот так берешь две фотографии, смотришь, а там одно лицо с разницей в пять-семь лет, и это в глаза бросается: и телосложение то же, не похудел и не поправился, и прическа похожая, только челка назад зачесана, и одежда специально одета та же самая, а взгляд уже другой. Скулы чуть острее, губы чуть больше сжаты, брови невольно, но тянутся к переносице по привычке, пришедшей за те годы, что разделяют два фото.

У второго мужчины взгляд был холодный, сдержанный, немного усталый, и совершенно в нем не было того веселья, которое вроде как отражалось в словах и голосе — этот мужчина контролировал все и вся, и в первую очередь себя. И он очень был недоволен. И недоволен он, похоже, мною, потому что его взгляд был прикован к моим рукам, которые до сих пор сжимали плотную ткань мундира.

— Руки отпусти, — глянув на крепкие мужские пальцы на своих запястьях, рыкнула я не хуже того птеродактиля, что успел улететь. — Вы кто такие? Тоже на экскурсии? Или из ведущих?

— Вы кто такие? Тоже на экскурсии? Или из ведущих?

Я отошла на шаг в сторону от мужчин и огляделась. Статуя, возле ног которой я сидела недавно, оказалась довольно далеко — была ростом с годовалого ребенка. В той же стороне я увидела сооружение, похожее на маяк — фотографии похожих можно найти на просторах интернета. Там же, судя по всему был глубокий обрыв и море. А мы втроем сейчас стояли посреди ровного бескрайнего поля, которое заросло низкой стелющейся темно-зеленой травой с редкими голубыми и желтыми цветочками. И снова никаких ориентиров вокруг, только далеко в глубине этого поля, в противоположную сторону от обрыва и моря, глаз мог зацепиться за некое подобие построек, но разглядеть подробнее, что там, у меня не выходило.

— Робер Индиго, — представился тот, что постарше, едва переплёвывая через губу, словно ему по статусу не положено общаться со мной, — князь Ригила.

Ага, значит, этот «князь». А что, очень похоже. Бремя власти и прочее-прочее очень хорошо считываются со сдержанного недовольного лица. Вынуждена признать, очень красивого лица, цепляющего своей серьезностью и непробиваемостью.

Я перевела взгляд на другого, в ожидании, что тот представится, а сама еще на шаг отошла от мужчин — что-то мне не нравилась ситуация: я, два мужика и никого в радиусе нескольких километров.

— Лиам Индиго, герцог Ригила и младший брат жениха, чужачка…

С неприкрытой издевкой и пренебрежением, я бы сказала, ответил этот младший Ин-ди-го, особенно подчеркнув мою инородность в этом квесте, а я мысленно поаплодировала идейным вдохновителям экскурсии: так подобрать актеров, которые просто невероятно легко вжились в роль — столько апломба, спеси, высокомерия в каждом слове, обращенном ко мне, что невольно хочется возмущаться и снова колошматить рюкзаком. Да я готова уже аплодировать стоя. И еще пару шагов в сторону от них…и подумать, куда, в случае чего, бежать.