Чтение онлайн

— Да я ему жизнь, можно сказать спас. Ты ж ещё та заноза.

У меня запылали щеки. Вот это он зря болтнул.

— Что ж ты меня тогда в покое не оставишь? — зло посмотрела я.

— Не могу без тебя.

И сказал это настолько проникновенно, засранец, что меня проняло, как в кино на самом трогательном моменте. И не только меня. Нас весь ресторан слушал.

— Пойдём правда поговорим?

Он так посмотрел, что сказать «нет» было невозможно. Вот же ж профессиональный пудритель мозгов и разбиватель сердец. Кажется, все в зале ждали моего ответа, затаив дыхание.

— Ладно идём, — я очень старалась, чтобы мой ответ звучал как громадное одолжение.

«Бывший» оценил и широко улыбнулся. Он подал мне руку, и мы пошли к выходу.

— Простите, ребят, в другой раз поужинаем, — извинился на ходу мой «шапочный» знакомый и приложил руку к сердцу, когда мы проходили мимо большого круглого стола, где сидели двое мужчин и три девушки.

— Давай-давай, — со смехом поддержали его мужчины. Две девушки улыбнулись, внимательно меня рассматривая. Лишь блондинка с глубоким декольте демонстративно поджала губы и тихо фыркнула.

Мы быстрым шагом дошли до гардероба и спешно оделись.

— А хорошо мы с тобой сработались, — сказал он, когда мы вышли на улицу.

— Да уж. У вас прямо актёрский талант. Часто его применяете?

— У тебя. Давай уже на «ты». Между нами ведь правда много всего было, — хохотнул он. — И пойдём немного погуляем, а?

Я тоже усмехнулась.

— Ладно, — кивнула я. Спешить всё равно некуда. — Тогда всё-таки спрошу, как вас… тебя зовут.

— Владимир. Можно просто Вова или Володя.

— «Просто Вова» звучит хорошо. Мне нравится, — с серьёзным видом сказала я. Вова рассмеялся. Я тоже улыбнулась и впервые за вечер расслабилась.

Мы шли по утопающей в новогодних огнях узкой улочке, дышали свежим зимним воздухом и любовались падающим снегом.

— Обычно левым людям я такое не предлагаю, но как насчёт ужина? Я так и не поел, и ты тоже, — он посмотрел на меня, хитро сощурившись. — Я угощаю.

— Да, поесть было бы хорошо. Но в субботу вечером везде полно народу.

— Тут много ресторанов. Что-нибудь найдём, — ответил он, доставая из кармана телефон. — Кстати, как тебя на самом деле друзья зовут? Стеф или Стефани?

— Стеша, — ответила я, поправляя капюшон.

— Стеша, — произнёс Вова, словно пробуя звучание, — мило и по-домашнему. Мне нравится.

А мне нравился он. Но признаваться в этом, я, естественно, не собиралась.

Вова пару минут ковырялся в телефоне, а я переминалась с ноги на ногу. Холодный ветер задувал под длинный пуховик, а надеть капроновые колготки в минусовую температуру было глупой идеей.

— Так, я тут нашёл один приличный ресторан. Отзывы хорошие, и вроде не левые, настоящие, — сказал он, глядя в экран. Я сощурилась. Интересно, просто так болтнул про не левые или продолжает детсадовский троллинг. — Семь минут пешком отсюда. Пойдём? Или можем ещё посмотреть. Подальше. И на такси доедем.

— Если места есть, то пойдём. Есть хочется, — честно призналась я.

Вова улыбнулся, позвонил в ресторан и забронировал стол.

— Нам отсюда налево, а потом опять налево, — он изучал маршрут в навигаторе и ухмылялся. Я закатила глаза.

— Тогда идём, — сказала я.

— Любишь ходить налево? — хохотнул он.

— Люблю. И направо ходить люблю. И прямо тоже. Ты вот реально считаешь, что смешные шутки травишь? — разозлилась я, сделала шаг и поскользнулась. Да так, что думала, секунда и шмякнусь головой об асфальт. Но Вова среагировал мгновенно. Подхватил и поставил обратно на ноги. — Спасибо, — прочистив горло, выдавила я. Испугаться успела знатно.

— Пожалуйста. И прости. Шутка действительно тупая. Больше не буду, — примирительно улыбнулся.

— И меньше тоже, — вздохнула я. — Проходила уже. Но в основном в школе. Придурочные одноклассники как только ни шутили. А взрослые люди обычно спокойнее реагируют на мою фамилию.

— Красиво кинула, — засмеялся он.

— Что кинула? — растерялась я.

— Камень в мой огород. И как красивая, острая на язык девушка оказалась на свидании с лысеющим жлобом за сорок? Про чаёк я случайно подслушал.

— На фото он выглядел лучше. Да и общались мы до этого в сети хорошо, — вздохнула я. — Ну, а ты чего сбежал? Девушку тебе симпатичную подогнали. Или надо, чтобы прям фотомодель: рост от метра восьмидесяти, талия шестьдесят, но грудь не меньше троечки?

Вова засмеялся. И от этого бархатистого смеха, широкой улыбки, искорок в глазах такая буря эмоций внутри поднималась, низ живота теплом наливался. И кажется, ноги меня держать отказывались — я опять поскользнулась, а Вова опять поймал.

— К фотомоделям фетишистской слабости не имею. Но я за свободные отношения. Не верю я во всю эту хреноту с браком и любовью до гробовой доски. Об этом говорю сразу. Но женщины такие женщины. И эта как раз из таких.

— Из каких? — мне действительно интересно стало, на какие категории он женщин поделил.

— Дрессировщица или перевоспитательница, — криво усмехнулся.

— Это как?

— Очень просто. Мужчину считают за тупое животное, которым правят исключительно инстинкты и привычки. Сначала женщина соглашается с ним во всем, прикармливает, одаривает лаской, чтобы приручить, а потом начинает продавливать. Кто потерпеливей — медленно и аккуратно, а есть те, кто в один момент берут нахрапом и шантажом. И главное, часто прикрываются тем, что делают это во благо. Типа я сам не знаю, что от счастья отказываюсь. Что женитьба, дети — это лучшее, что может со мной случиться в жизни.

— А что, разве нет? — я изо всех сил старалась сохранить серьёзную мину, но Вова так посмотрел, что я расхохоталась. — Ты правда считаешь, что все женщины спят и видят, как найти мужика, которому надо готовить, убирать и стирать? А ещё желательно работать, хорошо выглядеть и постоянно улыбаться.

— Правильно, женщины всего лишь внушают мужчинам, что хотят всё это делать, быть матерью и хранительницей очага. Мужики ведутся и женятся. А потом хрен выпутаешься.

— Да ну, не все ж такие ушлые, — рассмеялась я. — Некоторые просто влюбляются и хотят быть с тем, кого любят.