Невидимая битва
Шрифт:
В Бретани (Франция) народное представление о корриганах, например, делит их на две группы: карликовые существа, наделенные магической силой и даром прорицания, и белокожие воздушные корриганы. Маленькие темнокожи и волосаты, с когтями на пальцах. У них старческие лица и глубоко посаженные маленькие глазки, блестящие, как горящие угольки. Голоса низкие, словно надломленные старостью.
В "Трудах по магии" Корнелия Агриппы есть упоминание о "демонах пятницы" – красивых существах среднего роста, появлению которых предшествует яркая звезда. (На чем летают эти разные существа, мы пока умолчим и поговорим про это, когда заберемся в дебри уфологии. И, кстати, название с "пятницей", как мы это увидим в уфологии, – не прихоть воображения средневековья, а тоже имеет определенный важный смысл.)
Некоторые феи носят с собой необыкновенный "светящийся камень". У многих "маленьких человечков" есть "огонек" на поясе, на груди или даже на особом шлеме. Тот из людей, кто сумеет похитить такой огонек, говорят предания, проживет долгую и счастливую жизнь.
Известный математик и физик XVI века Джероламо Кардано (1501-1576) был еще и оккультистом. В книге "De Subtilitate" он приводит рассказ из архива своего отца Фация Кардано, с которым произошла очень необычная встреча:
"13 августа 1491 года. Как только я закончил свой ежедневный ритуал [обратим внимание на эту деталь – герой истории совершает традиционный религиозный ритуал, и после этого происходит такое необычное явление], а это было примерно в восьмом часу вечера, передо мной предстали семеро мужчин в шелковых одеждах, похожих на греческие тоги, обутые в блестящие башмаки. Одежда, выглядывавшая из-под красного сверкавшего пластрона, казалась вытканной из пурпура и отличалась необыкновенной красотой. Но так были одеты только двое, занимавшие, вероятно, более высокое положение, чем другие. Самого высокого из них, краснолицего, сопровождали двое спутников, а второго, с более бледным лицом и ниже ростом, – трое… Им, наверное, было около сорока, но выглядели они не более чем на тридцать. На вопрос, кто они такие, последовал ответ, что они воздушные существа, но, подобно людям, рождаются и умирают. Их жизнь длиннее нашей и может достигать трехсот лет…"
Всего они пробеседовали с Фацием Кардано больше трех часов. Когда речь зашла о космологии и Фаций спросил их о первопричине бытия, их мнения разошлись. Самый высокий заявил, что не признает вечное творение мира Богом, другой же, наоборот, объяснял, что Бог творит мир от одного момента до другого и стоит ему остановиться хоть на мгновение, как мир погибнет…
Одним словом, у них все, как у людей, – даже разногласия во взглядах на мир.
Как люди, они воюют друг с другом, иногда участвуют в человеческих битвах. Особо любят покровительствовать людям, проявляющим героические воинские качества. Опекают и даже предупреждают об опасности. Это участие в сражениях людей мы встречали еще в описании последних дней Атлантиды, когда Посвященные своей кровью нейтрализовали говорящих механических животных черных колдунов. Говорящие животные не смогли разбудить своих хозяев, и некому было отдавать приказы подземным воинам-гномам.
Среди народов Западной и Центральной Европы бытовало общее предание о том, что когда-то рядом с человеком жили племена карликов, пигмеев, которые, несмотря на свой маленький рост были крепкими, жилистыми существами, даже более ловкими, чем люди. Этих отменных воинов-лучников называли по-разному – "на-амгуисган", "тамгаист", "амгуиш", "ависк", "амгисг", и многие короли брали их себе в телохранители.
Традиционно они занимались охотой и рыболовством. В XI веке Адам Бременский, один из летописцев, так описывал их потомков:
"У них были большие головы, плоские лица, приплюснутые носы и большие рты. Их жилища располагались в скальных пещерах, которые они покидали в ночное время, чтобы совершать насилия, отличавшиеся кровожадностью".
С этими племенами карликов высокорослые кельты жили в постоянной вражде и всех их истребили, но после этого, говорит предание, новых хозяев земли охватило чувство вины и одновременно страха перед духами уничтоженных пигмеев. Уцелевшие же маленькие воины с тех пор стали вести скрытный образ жизни.
Согласно летописцам Нидерландов, в средние века на севере этой страны в пещерах обитали загадочные существа, которых почему-то называли "белыми дамами". Они досаждали своими кознями пастухам, нападали на ночных путников и часто похищали грудных детей. ‹ a Мальцев С. А., 2003 ›
Эльфы тоже часто похищали детей, приходя для этих целей около полуночи. Иногда они подменивали их своими детьми. В Шотландии считали, что лучшим способом вернуть своего ребенка было отнести подмененного младенца туда, где эльфы бывают чаще всего. Обычно это места, где расположены мегалиты. Вместе с ребенком нужно оставить какое-либо съедобное приношение – хлеб, масло, молоко, яйца или мясо. Часа на два родители удаляются, и если дары исчезли, то ребенок будет возвращен.
17 мая 1884 года в лондонской газете "Дейли телеграф" сообщалось, что в Клонмеле за жестокое обращение с трехлетним ребенком были задержаны две женщины. Они полагали, будто это подменыш эльфов, и мучили его, надеясь, что от этого эльфы вернут им их ребенка. В средние века эти представления о проделках эльфов приводили к убийству детей с врожденными дефектами.
Народные поверия объясняли такие действия эльфов тем, что они хотят этим самым улучшить свою расу, и еще использовать женщин-матерей для ухода за своими детьми. ‹ a Мальцев С. А., 2003 ›
Роковая любовь феи Но часто бывало, что у фей и эльфов возникало чувство любви к тому или иному человеку. Эванс-Венц записал со слов одной женщины такую историю:
"Моя бабушка Катрин Макиннис частенько рассказывала о знакомом ей мужчине по имени Лафлин, которого полюбила фея. Она приходила к Лафлину каждую ночь, и он, обессиленный этими визитами, стал ее бояться. Дело приняло такой плохой оборот, что он решил бежать от феи в Америку. Когда все было готово, и он уже собирался уезжать, женщины, ходившие с заходом солнца на луг доить коров, отчетливо слышали, как фея пела такую песню:
Что делать девице с каштановыми локонами,
Когда Лаки поплывет по волнам?"
Лаки уехал в Америку и поселился в Новой Шотландии, но в первом же письме домой сообщал своим друзьям, что та же самая фея часто навещает его и в Америке.
В прошлом такие отношения между духами и человеком составляли целый раздел теологии. В романе Анатоля Франса "Восстание ангелов" приводится список некоторых трудов древности и средневековья, где есть рассуждения на эту тему. Аркадий, один из "ангелов", похитил подругу молодого француза Мориса и пытается убедить его в том, что это обычное явление:
"Нет ничего убедительнее точных ссылок. Дабы увериться в том, что я тебя не обманываю, прочти, Морис, что написано о любовных объятиях между ангелами и женщинами в следующих трудах: Юстин, "Апологии", I и II; Иосиф Флавий, "Иудейские древности", книга I, глава III; Афинагор, "О воскресении"; Лактанций, книга II, глава XV; Тертуллиан, "О покрывале дев"; Марк Эфесский, "Пселла"; Евсевий, "Евангельские назидания", книгаV, глава IV; Св. Амвросий в книге "О Ное и ковчеге", глава V; Св. Августин, "О граде Божием", книга XV, глава XXIII; отец Мельдонат, иезуит, "Трактат о демонах", с. 248"…
В Шотландии таких "интимных духов" называли Ланнан-Ши. Священник Кирк пишет:
"В нашей Шотландии есть много прекрасных воздушных существ, которые часто назначают свидания сладострастным юношам и предстают перед ними в виде суккуб или в виде юных любовниц…"
Инквизиторы-селекционеры Суккубами в средневековье называли интимных духов женского пола, а инкубами – мужского. В архивах инквизиции огромная часть документов о колдовстве была посвящена именно связям людей с инкубами и суккубами. Некоторые исследователи рассматривали эти связи как одно из проявлений скотоложства, поскольку считали интимных духов разрядом низших существ. Так, теолог Фома Аквинский (1226-1274) понимал под скотоложством "любой тип плотской связи с представителем другого вида". Общим определением сочетания человека с интимным духом в церковной практике стало "демонические связи". Осужденных за такие связи приговаривали к смерти. Жак Валле приводит случай с человеком по имени Бенуа де Берн, который в семидесятилетнем возрасте признался на исповеди, что сорок лет находился в связи с суккубом по имени Мермелин. Откровенность на исповеди перед священнослужителем стоила ему жизни. Он был осужден и сожжен заживо.