Чтение онлайн

Путешественники не обратили ровно никакого внимания на голос Пегой Девушки, продолжая кланяться и топать.

— Перестаньте злить меня! — Пегая Девушка окончательно рассвирепела.

И вдруг она запела.

Песня ее напоминала одновременно пароходный гудок, раскаты грома и завывание вьюги зимним вечером. А еще в ней слышались шипение волн, тиканье часов и жужжание комаров.

— Черный свет! — закричал в испуге Дырокол. — Она включила Черный свет!

Надвигалась черная стена, из которой то и дело вылетали черные вихри, и вещи, на которые черные вихри падали, исчезали.

— Она включила фонарик с черным светом и идет сюда! — ужасно испугался Дырокол.

— А что это такое — черный свет? — спросил я.

— Это свет наоборот!

Песня Пегой Девушки становилась все громче и громче, топанье Путешественников по вещам все неуверенней, и я уж было приуныл, как вдруг земля под нами вздрогнула, пламя свечи вспыхнуло ослепительной вспышкой, а Голубые шипы рухнули на землю.

Я зажмурился и куда-то провалился.

Пропало все — звуки, темнота, предметы. Открыв глаза, я закричал:

— Но ведь этого не может быть!

И тем не менее все так и было.

Мы оказались в МИРЕ БЕЗ ВЕЩЕЙ.

— Но этого же не может быть! — сказал я и хотел было сесть, но тут же понял, что присесть мне, собственно, не на что. Да и самого меня не было.

— Где я! — закричал я и ужасно испугался. — Что случилось со мною!

Дырокол держал за руки Баночку с Клеем и, глядя на меня, хохотал так, что Отрывной Календарь начал волноваться за него.

— Давайте возьмем себя в руки и успокоимся! — сказал Отрывной Календарь, отчего Дырокол захохотал еще пуще.

— Добро пожаловать в самое странное место — в Мир без вещей.

— А разве такие бывают? — спросил я.

— Как видишь…

И действительно, мы висели в лиловом тумане, так что дальше нескольких шагов уже ничего не было видно, а вокруг нас двигались неясные тени, которые подавали нам знаки, и то сгущались, то совсем исчезали.

— Это они с нами здороваются! — прошептал Отрывной Календарь.

— Кто?

— Жители Мира без вещей.

— А как они говорят?

— Они не говорят. Они не умеют говорить. Подумай сам, о чем говорить, если мы в Мире без вещей!

Баночка с Клеем огляделся и подозрительно сказал:

— Что-то мне здесь не нравится!

Но его никто не слушал.

Дырокол вытер слезы и, кивнув на тени, что сгустились вокруг него, заметил:

— Это они просят, чтобы я смешную историю рассказал.

— Опять про ложку? — уныло спросил Отрывной Календарь.

— Опять, — согласился Дырокол. — Это очень смешная история. Она так и называется:

Как-то раз подошел я к столу и взял ложку в правую руку…

Тут Дырокол не выдержал, прыснул и покатился со смеху. Рассмеялся и Отрывной Календарь, не выдержал даже Баночка с Клеем — он хмуро улыбнулся и объяснил мне:

— Такие истории ужасно забавно рассказывать жителям Мира без вещей, ведь они не знают, что такое ложка, — он подумал. — Да и что такое стол, тоже не знают. — Он подумал еще и добавил. — Они вообще не понимают, что такое стол и ложка, или правая рука, — тут он рассвирепел и закричал на Дырокола и Отрывного Календаря:

— Я вам говорю, здесь что-то изменилось!

— Что могло измениться в мире, где ничего нет? — резонно спросил Дырокол и сказал мне:

— Нет, люблю я иногда поболтать с этим народцем, и вот хоть ничегошеньки не понимают, но сколько любознательности! Отдыхаешь душой, как-то легче становится!

Вдруг раздался звук, от которого тени вокруг нас сгустились и стали двигаться медленнее, и не так весело, как прежде. Откуда-то издалека ветер донес далекий и тоскливый отрывок песни Пегой Девушки. Мы замерли, глядя друг на друга в ужасе.

Затем донеслись ужасные раскаты отдаленного грохота, будто кто перекатывал огромные валуны, и все стихло.

— Как тихо! — сказал Дырокол и вздрогнул.

— И какие-то они лиловые стали! — заметил Отрывной Календарь, показывая на тени.

— Я вам и говорю — место отдохновения Путешественников по вещам превратилось в приятное место для опасности, — заметил Баночка с Клеем. — А как здесь было замечательно вечерним утром, когда мы пели грустные песни о далеком прошлом, танцевали приятные и полезные для здоровья танцы перед сном…

— Вечерним утром? — переспросил я и глубоко задумался.

— Ну да, ведь здесь нет ни утра, ни вечера, поэтому мы придумали вечернее утро, или утренний вечер, или ночной день, — добавил Дырокол.

— Или дневная ночь, — задумчиво сказал Баночка с Клеем.

— Чушь какая! — произнес голос, от которого у меня просто мурашки по коже побежали, а Путешественники по вещам тихонько запищали.

Из тумана вышла Пегая Девушка и взяла на ладонь упавшего в обморок Баночку с Клеем.

— Путешествие закончилось, — сказала она звонким голосом. — Настало время все расставить на свои места, — и на ее чудесном лице мелькнула улыбка.

— Я объявляю вас взятыми в плен. Глупые пролазы, вы и не подумали, что открывшись человеку и взяв его с собой, вы сделали поступки ваши ясными для меня как на ладони, — и она показала свою узкую и легкую ладонь. — Дела ваши стали для меня ясны, как утреннее утро или вечерний вечер, как чистая вода или прозрачное стекло!

— Мы не так глупы, как ты думаешь, — выступив вперед, крикнул Отрывной Календарь. — И мы знаем, что делаем! Мы поступаем так, как велят сердца Путешественников по вещам!

— Конец спорам. История Путешественников по вещам завершена, — торжественно объявила Пегая Девушка.

Она вытянула перед собой руку с Баночкой с Клеем и стала пристально смотреть на него.

Баночка с Клеем вздрогнул и застонал. Дырокол заплакал, а Отрывной Календарь отвернулся и стал быстро шарить у себя по кармашкам.