Чтение онлайн

– Тот, кто почувствовал сильный голод и попросил у Комода сэндвич с ветчиной, чтобы посмотреть, что из этого выйдет.

– Я думал, любой предмет, изъятый из Комода, должен быть возвращён на место не позднее чем через 14,14 часа?

– Верно, сэр. Так оно и есть, но Комод подчиняется странным законам, которые мы не полностью понимаем. Мистер Флорибунда полагал, что правило четырнадцати часов не распространяется на сэндвичи. Вдобавок, он никому не сказал о своём эксперименте, поэтому студенты встревожились лишь четырнадцатью с хвостиком часами позже, когда услышали страшные крики.

– Поправьте меня, если я ошибаюсь, - сказал Чудакулли, продолжая с прежней скоростью шагать по каменным плитам пола, - но разве сэндвич к тому моменту не был уже давно переварен?

– Да, сэр. Но он всё равно вернулся в Комод, сам по себе, так сказать. Очень любопытное открытие. Мы не знали, что такое может случиться.

Чудакулли так резко остановился, что Думмер налетел на него.

– И что же сталось с Флорибундой?

– Жуткое зрелище, лучше вам не знать подробностей, сэр. Впрочем, есть и хорошие новости, экспериментатор вскоре сможет передвигаться без помощи инвалидного кресла. Фактически, он уже ходит самостоятельно, с палочкой, правда. Наказание, разумеется, остаётся на ваше усмотрение, сэр. Все подробности есть в отчёте, который давно уже лежит у вас на столе, равно как и большое количество прочих документов.

Чудакулли снова зашагал.

– Он просто хотел попробовать и посмотреть, что получится, верно? – весело спросил Архиканцлер.

– Так он и сказал, сэр, - подтвердил Думмер.

– И это было сделано вопреки моему прямому приказу?

– Да, абсолютно точно, сэр, - сказал Думмер, который хорошо знал своего Архиканцлера и уже начал подозревать, к чему идёт дело. – Таким образом, сэр, я настаиваю, чтобы его…

Он снова налетел на Чудакулли, потому что Архиканцлер остановился перед большой дверью, на которой висело написанное огромными красными буквами объявление: "Без Прямого Приказа Архиканцлера Из Комнаты Ничего Не Выносить. Подписано Думмером Тупсом от имени Наверна Чудакулли".

– Вы подписали это вместо меня? – спросил Чудакулли.

– Да, сэр. Вы были заняты в тот момент, а мы все согласились, что подобная предосторожность необходима.

– Оно, конечно, верно, однако вам не следует разбрасываться вот этими вот "от имени" подобным образом. Не забывайте, что сказала насчёт НУ та юная леди.

Думмер достал большой ключ и открыл дверь.

– Позвольте также напомнить вам, Архиканцлер, что мы наложили мораторий на использование Комода Любопытства, пока не очистим здание от магических протечек, которые он порождает. С кальмаром, например, до сих пор не справились.

Архиканцлер резко повернулся к Думмеру.

– Действительно "мы" наложили? А может, вы просто согласились сами с собой "от имени" меня?

– Ну, гм… кажется, я улавливаю ход ваших мыслей.

– Я собираюсь действовать в интересах чистой науки, - заявил Чудакулли. – Исследовать вопрос, как нам спасти нашу сырную тарелку. Многие сказали бы, что более благородной цели просто не существует в природе. Что касается юного Флорибунды…

– Да, сэр? – мрачно сказал Думмер.

– Повысьте в должности. Какой бы уровень у него ни был, присвойте ему следующий.

– Думаю, это подаст неверный сигнал… - начал Думмер.

– Напротив, мистер Тупс. Совершенно верный сигнал для всех студентов.

– Но он не подчинился прямому приказу, позвольте напомнить.

– Верно. Он проявил независимость мышления и определённую смелость. Попутно раздобыв ценные сведения о Комоде.

– Но он мог разрушить весь университет, сэр.

– Несомненно. В этом случае мы примерно наказали бы его, или те части его тела, какие удалось бы разыскать. Однако он ничего не разрушил. Везучим оказался, а нам нужны везучие волшебники. Дайте ему повышение, это мой прямой приказ, без всяких там "от имени". Кстати, он громко орал?

– Первый вопль был таким ужасным, Архиканцлер, что продолжал звучать ещё долго после того, как Флорибунда лишился дыхания. Казалось, этот звук обрёл собственную жизнь. Снова магические протечки виноваты, я уверен. Пришлось запереть этот крик в одном из подвалов.

– А Флорибунда успел сказать, на что был похож тот злосчастный сэндвич?

– На входе или на выходе, сэр? – спросил Думмер.

– Только про вход расскажите, пожалуйста. У меня слишком живое воображение.

– Он сказал, это был самый вкусный из сэндвичей, какие ему доводилось пробовать. Именно такой представляешь себе, когда слышишь слова "сэндвич с ветчиной", но фактически никогда не получаешь.

– С коричневым соусом? – уточнил Чудакулли.

– Разумеется. Похоже, это был идеальный сэндвич, лучший из возможных. Фактически, конец эволюции сэндвичей.

– Да уж, Флорибунду он чуть не прикончил. Впрочем, данный факт был известен и раньше, правда? Комод всегда предоставляет наилучший образчик запрошенного предмета.

– Честно говоря, о Комоде известно очень мало достоверного, - вздохнул Думмер. – Мы знаем, что он вмещает лишь предметы, способные вписаться в куб со стороной 14,14 дюйма, что он прекращает работать, если изъятый из него неорганический предмет не возвращают на место в течение 14,14 часа, а также то, что в нём не содержится ничего розового. Однако почему дела обстоят именно так, мы не знаем.

– Но ветчина совершенно определённо является органическим предметом, мистер Тупс, - резонно указал Чудакулли.

Думмер снова вздохнул.

– Да сэр, и как она там оказалась, мы тоже не знаем.

Архиканцлер, наконец, сжалился над Тупсом.

– Может, ветчина была сильно зажаренной, до хруста, - великодушно предположил Чудакулли. – Такая, знаете, которая крошится и тает во рту. Моя любимая.

Дверь, наконец, распахнулась, и они увидели его. Такой маленький, посреди очень большой комнаты…

Комод Любопытства.

– Вы думаете, мы действуем разумно? – спросил Думмер.

– Разумеется, нет, - ответил Чудакулли. – А теперь найдите для меня футбольный мяч.

На одной из стен комнаты висела белая маска, вроде тех, которые надевают на карнавал. Думмер повернулся к ней.

– Гекс. Пожалуйста, найди мне мяч, подходящий для игры в футбол.

– Маска? Что-то новенькое, - удивился Чудакулли. – Я думал, голос Гекса доносится сюда через блит-пространство.

– Да, сэр. Просто раздаётся из ниоткуда, сэр. Но знаете, когда есть предмет, к которому можно обратиться, это как-то легче воспринимается.

– Какой формы мяч вам требуется? – спросил Гекс мягким, словно рафинированное масло, голосом. – Овальный или сферический?

– Сферический, - ответил Думмер.

Комод задрожал.

Эта штука всегда нервировала Чудакулли. Комод выглядел каким-то слишком… самодовольным. Он словно говорил: "Вы не понимаете, что творите. Используете меня, как волшебный ящик с игрушками, и при этом думать не думаете, сколько опасных штук может поместиться в кубе со стороной 14 дюймов". На самом деле, Чудакулли не раз думал об этом, особенно ночью, часа в три. Именно поэтому он никогда не заходил в комнату Комода без парочки смертельных заклятий в кармане. Просто на всякий случай. А тут ещё этот Орехх… В общем, надейся на лучшее, готовься к худшему – это всегда было девизом НУ.