Чтение онлайн

По воле случая наши со Стручком места оказались рядом. У меня, студента, изучавшего китайскую литературу, не было ничего общего с ним, аспирантом-биологом, если не считать того, что мы оба не нашли работу после получения диплома. Наши личные дела остались в университете, и нам самим пришлось задержаться там еще на год, а может, и дольше.

Лично я намеренно завалил экзамен по классическому китайскому, чтобы получить возможность остаться в университете. Я с отвращением думал о том, что мне придется искать работу, снимать квартиру, приходить на службу к девяти утра, мечтать о том, как в пять вечера я оттуда уйду, вникать в офисные интриги и так далее. В универе было гораздо приятнее: тут я мог бесплатно скачивать музыку и фильмы и наедаться до отвала в местной столовой всего за десять юаней. Каждый день я просыпался после полудня и шел играть в баскетбол. Кроме того, тут было полно красивых девушек – хотя, конечно, я мог только смотреть на них, но не трогать.

Если честно, то у меня даже не было выбора – все решала ситуация на рынке вакансий и отсутствие у меня ценных навыков, которые нужны работодателям. Но признаваться в этом родителям я не собирался.

У Стручка была другая проблема: из-за торговой войны с Западным альянсом ему не выдали визу, а на родине студент-биолог никаких перспектив не имел – особенно такой, который больше любит читать, чем куда-то пробиваться.

Мне совсем не хотелось вступать в Группу по борьбе с грызунами. Слушая выступления пропагандистов, я вполголоса пробурчал:

– Почему они не поручат это армии?

Стручок повернулся ко мне и начал меня поучать:

– Неужели ты не знаешь, что сейчас очень напряженная ситуация на границе? Задача армии – защищать страну от иностранных агрессоров, а не воевать с крысами.

Он псих, что ли? Какой нормальный человек так говорит? Я решил его немного потроллить.

– Ну, пусть отправят местных крестьян.

– Разве ты не знаешь, что наши запасы зерна на исходе? Крестьяне должны обеспечивать страну продовольствием, а не воевать с крысами.

– Так, может, применить крысиный яд? Это дешевый и быстрый способ.

– Но ведь нам противостоят не обычные крысы, а неокрысы. Обычные яды на них не действуют.

– Тогда сделайте генетическое оружие, которое истребит за несколько поколений всех крыс.

– Разве ты не знаешь, что генетическое оружие невероятно дорогое? Оно должно служить фактором сдерживания враждебных иностранных государств, а не уничтожать крыс.

Я вздохнул. Этот парень, словно телефонное голосовое меню, обладал ограниченным запасом фраз, которые он постоянно использовал. Троллить его было совсем не интересно.

– Значит, воевать с крысами должны выпускники университетов? – спросил я с улыбкой.

Стручок задохнулся и даже побагровел. Пару минут он не мог выдавить из себя ни слова, а затем снова начал сыпать банальными фразами – например, «судьба страны зависит от каждого гражданина». Но в конце концов он назвал и вескую причину: «Бойцы Группы по борьбе с грызунами получают питание и жилье, а после увольнения в запас им гарантированы рабочие места».

Наш взвод вернулся в город за припасами.

Чтобы бороться с дезертирством, командование распределяет студентов в отряды, которые действуют как можно дальше от их родных мест. Мы все говорим на разных диалектах, и поэтому каждый ломает мозг и язык, чтобы общаться с товарищами на стандартном современном китайском.

Я захожу на почту, чтобы отправить книгу и очки Стручка его родителям. Я пытаюсь написать им пару теплых слов, но ничего не могу придумать, так что в конце концов вывожу на листе бумаги лишь одну фразу: «Сочувствую вашей потере».

А вот открытка, которую я пишу Сяося, буквально до краев наполнена крошечными, плотно упакованными иероглифами. У Сяося такие длинные ноги. Это, наверное, уже двадцать третье письмо, которое я отправляю ей.

Я нахожу магазин, где можно зарядить телефон, и отправляю СМС родителям. Когда мы «в поле», там связи чаще всего нет.

Хозяин магазина с улыбкой берет у меня юань. Жители городка, скорее всего, никогда не видели такого количества выпускников одновременно (хотя прямо сейчас мы все измазаны грязью, и вид у нас не очень). Какие-то старики и старухи показывают нам большие пальцы, но, вероятно, думают только о деньгах, которые получит от нас городская экономика. Я вспоминаю Стручка, и мне хочется показать им «фак».

Договорившись о похоронах Стручка, инструктор по физподготовке ведет нас в дешевый ресторан.

– Мы выполнили норму всего на семьдесят шесть процентов, – говорит он.

Ему никто не отвечает: все стараются как можно быстрее умять свою порцию риса.

– Работайте лучше. Постараемся заслужить награду «Золотая кошка»!

Ему все равно никто не отвечает. Мы знаем, что за эту награду инструктор получит премию.

Стукнув кулаком по столу, инструктор по физподготовке встает.

– Так и будете всю жизнь бездельничать, лодыри?

Я хватаю свою миску с рисом, опасаясь, что сейчас он перевернет стол.

Но он этого не делает. Чуть погодя он снова садится на свое место.

– Может, наш детектор сломался? – шепчет кто-то.

Тут все начинают говорить одновременно. Большинство согласно с тем, что детектор, скорее всего, сломан. Кто-то пересказывает слух о том, что какой-то отряд настроил свой детектор на поиск редкоземельных металлов и газовых месторождений и ушел в горнодобывающий бизнес, одним ударом решив для себя проблему безработицы.

– Это бред, – говорит инструктор. – Детектор реагирует на метку, которая находится в крови крысы. Как он может найти газовое месторождение? – Чуть помолчав, он добавляет: – Пойдем вниз по течению. Там мы точно их найдем.

Как только я увидел инструктора по физподготовке, то сразу понял, что хочу ему врезать.

Когда в первый день сборов мы прибыли в лагерь, он походил взад-вперед перед строем, а затем мрачно спросил:

– Зачем вы здесь?

После паузы Стручок неуверенно поднял руку.

– Да?

– Чтобы защищать родину, – ответил Стручок.

Все рассмеялись. Только я знал, что он не шутит.

Выражение лица инструктора не изменилось.

– Думаешь, это смешно? За эту шутку я награждаю тебя десятью отжиманиями.

Мы засмеялись еще громче.

– Все остальные – сто отжиманий!

Охнув, мы приступили к выполнению задачи. Инструктор медленно расхаживал среди нас; если какой-то боец отжимался неправильно, инструктор исправлял его стойку с помощью дубинки.