Чтение онлайн

Важно отметить, что данная классификация уже предусматривала наличие радиопеленгаторов на линейных кораблях и крейсерах, хотя на тот момент в отечественном флоте настоящего корабельного (судового) радиопеленгатора не существовало. На Балтийском флоте, помимо опытов с подводными лодками, изучались и возможности в радиопеленговании миноносцев за счет выполнения по л циркуляции кораблем. Но это было признано неприемлемым как по временным характеристикам, так, и тем более, в эскадренном строю. Ренгартен полагал, что «при современном высоком совершенстве усилителей приема, даже весьма легкая и компактная, специальной формы антенна может быть создана и помещена в судовых условиях, сохраняя достаточную чувствительность. Если это будет осуществлено, то легко себе представить какое важное средство будет в руках корабля в море, обнаружившего ряд направлений – радиопеленгов на радиотелеграфирующего противника и определяющего таким образом его место». Вооружать радиопеленгатором предлагалось также миноносцы, а особыми радиопеленгаторами – подводные лодки. Предполагалось оборудование разведывательными радиостанциями «большие» летательные аппараты гидроавиации [310] .

Необходимо также подчеркнуть, что Ренгартен напрямую увязывал ведение радиоразведки с вопросами обеспечения безопасности связи своих сил и радиоэлектронного подавления связи противника. И хотя очерк, посвященный этой проблеме, он озаглавил «Борьба за обладание пространством» [311] , Иван Иванович пришел к выводу, что «мы должны готовиться к организации борьбы не за обладание пространством, на преимущественное владение которым ни одна из сторон, вообще говоря, не посягает, но к борьбе за неуловимость противником своих радио» [312] .

Особое место в истории радиоразведки в период Гражданской войны и военной интервенции занимает деятельность радистов Волжско-Каспийской военной флотилии. Эпизодический перехват радиограмм противника велся еще радистами Волжской флотилии, которая начала создаваться с весны 1918 года из разрозненных отрядов вооруженных буксирных пароходов и барж. Команды судов флотилии в основном состояли из моряков Балтийского флота и волжских речников. В начале октября 1918 года Реввоенсовет Республики направил в Астрахань особоуполномоченного и командующего флотилией С.Е. Сакса. 13 октября приказом РВСР было объявлено о создании Астрахано-Каспийской и Волжской военных флотилий, а в июле 1919 года путем их слияния была сформирована Волжско-Каспийская военная флотилия.

Во второй половине октября 1918 года связисты флотилии перехватили несколько радиограмм противника об обстановке в районе Гальяны на Каме. Это дало возможность командованию успешно организовать поход на Гальяны в целях освобождения пленных красноармейцев. Большую роль сыграла радиоразведка после выхода флотилии в Каспийское море. Как на восточном, так и на западном побережье Каспия практически отсутствовала проводная связь, и радиосвязь имела первостепенное значение. Поэтому между белогвардейцами и силами Волжско-Каспийской флотилии развернулась упорная борьба за захват и уничтожение радиостанций.

Известной страницей в истории радиоразведки является захват радиостанции в Форт Александровском и использование ее в радиоигре. Значимость этой станции в системе управления Белой армии стала понятна в августе – сентябре 1919 года из результатов деятельности 4-го радиотелеграфного дивизиона Туркестанского фронта. Причем непосредственное наблюдение за радиосвязью противника осуществляла автомобильная радиостанция при штабе 4-й армии [313] . В октябре командование Туркестанского фронта, анализируя результаты деятельности радиоразведки за сентябрь, отметило возросшую активность радиостанций белых в районе Каспийского моря, в том числе осуществлявших радиосвязь со штабом А.И. Деникина [314] , [315] . Было принято решение попытаться использовать радиостанцию в Форт Александровском в радиоигре.

30 декабря 1919 года отряд кораблей флотилии подошел к полуострову Мангышлак и высадил десант, захвативший Форт Александровский. Долгое время белогвардейцы не знали об этом и продолжали передавать через станцию радиограммы, поступавшие из штаба Деникина в Баку, для передачи адмиралу Колчаку в Гурьев. Например, радист с эсминца «Карл Либкхнехт» Н. Чемруков, работавший на радиостанции форта, перехватил 5 мая 1920 года радиограмму о переходе из Петровска в Гурьев судна «Лейла» с военной миссией во главе с генерал-майором А.Н. Гришиным-Алмазовым [316] . Радиотелеграфист К. Ровков перехватил переговоры между «Лейлой» и английским вспомогательным крейсером «Президент Крюгер». Вскоре, после того как крейсер расстался с судном, оно было захвачено эсминцем «Карл Либкхнехт». В числе захваченных ценных документов был план совместного похода войск Деникина и Колчака на Москву.

Кроме того, через радиостанцию форта проводилась активная дезинформация. Все перехваченные радиограммы противника, после внесения в них необходимых изменений в штабе 11-й армии, передавались их адресатам.

Радиоперехватом на флотилии успешно занимались не только береговые, но и корабельные радиостанции. Так, 2 апреля 1920 года радисты эсминца «Карл Либкнехт» перехватили радиограмму, предписывавшую генерал-майору В.С. Толстову [317] погрузить гарнизон и серебро на корабль в Форт Александровском, и ждать дальнейших приказаний. На основе добытых ранее сведений был сделан вывод о подготовке белогвардейцами перехода в персидский (иранский) порт Энзели (Пехлеви) [318] . 4 апреля в 16 ч 45 мин у Тюб-Караганского залива эсминец «Карл Либкнехт» обнаружил и обстрелял белогвардейский вспомогательный крейсер «Милютин» и канлодку «Опыт». Крейсер ушел в море, а высаженный десант моряков 5 апреля пленил два казачьих полка, артиллерийскую батарею, отдельную сотню, роту, пулеметную команду Уральской отдельной армии (всего 2 генерала, 77 офицеров и 1088 рядовых казаков) и захватил трофеи, в том числе 1450 кг серебра [319] .

Однако Толстову вместе с отрядом офицеров и казаков численностью в 214 человек удалось уйти и 4 июня пересечь границу Ирана [320] .

Помимо флотских подразделений радиоразведку на морских и речных театрах военных действий вели части фронтовой радиоразведки. В январе 1919 года на фронтах началось формирование пеленгаторных и приемоинформационных радиостанций – органов фронтовой радиоразведки, на которые возлагались также задачи по контролю за радиопередачами Красной армии. В 1919 году на Западном, Юго-Западном, Туркестанском, а к концу года и на Кавказском фронтах радиоразведку вели 24 приемные и шесть радиопеленгаторных станций [321] .

В мае-июне 1919 года радиоразведкой Западного фронта отмечалась исключительно активная работа польских радиостанций, в частности Варшавы, на связи со штабами Белой армии в районах Николаева, Одессы, а также с Парижем, Лондоном и некоторыми другими западноевропейскими столицами. Это указывало на подготовку Польши к участию в военных действиях на стороне войск Антанты.

В сентябре 1919 года для разгрома войск Деникина был создан Юго-Восточный фронт. Радиоразведку в его интересах стали вести приемноинформационные и связные радиостанции фронтового и армейского подчинения. Помимо радиоразведки противника в районе боевых действий Уральской и деникинской армий они вели радионаблюдение за судовыми радиостанциями белогвардейцев на Каспийском море. В результате, в ноябре 1919 года радиоразведкой Красной армии были вскрыты прибытие начальников британской и французской военных миссий генералов Бриго и Ш. Манжена в ставку главнокомандующего ВСЮР Деникина, а также поставка военного имущества и продовольствия для Уральской армии на судах Каспийской флотилии белых («Австралия», «Африка», «Астрахань», «Азия», «Европа», «Слава» и «Крюгер»).

В декабре 1919 года была проведена очередная реорганизация, в результате которой руководство радиоразведкой на фронтах и в армиях стало осуществляться отделениями радиосвязи и радиоразведки при радиоотделах начальников связи. Эти отделения обрабатывали радиоразведывательные материалы, составляли ежедневные сводки и схемы радиосвязи противника. Наиболее важные сведения передавались по телеграфу в радиоотдел управления связи Красной армии. В конце года было разработано «Наставление для производства радиотелеграфной слежки в Красной Армии», направленное в штабы Западного, Кавказского, Юго-Восточного, Туркестанского, Восточного фронтов и 6-й армии [322] .

Продолжая поиски лучшей организации управления РККФ, РВСР приказом от 14 февраля 1920 года объединил должности коморси и упморкома. В подчинении коморси оказались два штаба: Штаб коморси Республики и МГШ [323] . В результате деятельность последнего стала сокращаться, а его функции постепенно переходить формируемому с июля 1920 года на базе Штаба коморси нового высшего органа управления морскими силами РСФСР – Штабу всех Морских Сил Республики.

В 1920 году количество сил и средств радиоразведки Красной армии возросло до 80 приемных и восьми пеленгаторных радиостанций. Однако приемные станции использовались как связные и вели радиоразведку лишь попутно с выполнением основных задач. В начале года противник начал отводить войска в Крым – сведения об их состоянии и направлениях отхода добывала радиоразведка. В ходе военных действий против польских интервентов весной-летом 1920 года на Юго-Западном фронте при штабе фронта и штабах 12, 13 и 14-й армий были развернуты четыре приемоинформационные радиостанции. В первых числах июля радиоразведка Кавказского фронта отметила увеличение числа полевых радиостанций белых и оживление работы судовых радиостанций на Азовском море. Это было связано с высадкой 6 июля 1920 года десанта противника в районе Мариуполя и переходом врангельцев в наступление [324] .