Невидимый муж
Шрифт:
Я ведь могла тебя потерять.
Медленно поднимает руку и сжимает мою ладонь, лежащую у него на груди.
Снег падает с неба, холодными хлопьями мне на ресницы, на дрожащие губы. Шепчу тихо, глотая слёзы:
– Что же ты делаешь? Я… ведь обещала, что пойду с тобой. Куда угодно. Неужели ты думал… что я забуду обещание?..
Бьёрн мочал минуту, а потом ответил.
– Я не хочу становиться между тобой и твоим прошлым. Ты… не моя собственность, Фиолин. Ты вольна выбирать свою дорогу.
– И я её выбрала, - проговорила я глухо, уткнувшись лицом ему в спину.
Он схватил моё запястье, дёрнул резко, развернул меня к себе и обнял так, что хрустнули все косточки.
– Тогда идём. Больше ни секунды не желаю здесь оставаться. Клык! – Бьрн свистнул, и где-то далеко раздалось эхо вибрирующего утробного рёва нашего кота.
– Но… надо же вернуться и забрать мои вещи? – слабо запротестовала я, когда муж потащил меня за руку через сугробы.
– Не надо. Всё куплю тебе. Прямо по пути будет крупный торговый город. Если сейчас поспешим, то к ночи как раз доберёмся. В таверну обратно даже не думай. Я тебя к этим двоим больше близко не подпущу.
– он сжал мои пальцы так, что я поморщилась. Но мне было настолько хорошо, что я даже не подумала протестовать.
Бьёрн скинул с лица неподвижную маску, с которой сидел весь разговор, и теперь я млела от наслаждения, впитывая его эмоции. Он… ужасно злился.
– Чёрт побери… Фиолин! И если я ещё когда-нибудь в жизни надумаю благородничать, будь добра отговорить меня от этой дерьмовой затеи! Я там чуть не сдох в сугробе за эти пару минут.
Бедный! Неужели так сильно жёг браслет?
Наверное, мне следовало посочувствовать.
Но я почему-то счастливо улыбалась, как дура – только прибавила шаг, догоняя мужа.
Через снегопад уже виднелся мчащийся нам навстречу прыжками огромный кот.
Глава 16
Глава 16
Снежный барс затормозил всеми четырьмя лапами, очень странно прервав последний прыжок, и плюхнулся задом прямиком в сугроб.
Шерсть на его загривке встала дыбом. Верхняя губа дёрнулась, обнажив клыки, а в горле заклокотал тихий рык. Вспыхнувшие серебром круглые кошачьи глаза с огромным чёрным зрачком, почти затопившим всю радужку, остановились… на мне.
Кот весь подобрался и стал медленно подкрадываться, не сводя с меня пристального взгляда.
Ах, так вот как себя чувствуют мыши прежде, чем их сожрут!
Бьёрн сжал мою руку, пресекая попытку к бегству.
– Клык, фу! Стой на месте, Фиолин. Не понимаю, чего на него нашло?
От окрика хозяина кот чуть припал к земле, прижимая уши, но продолжил напряжённо перетекать в пространстве по направлению ко мне. Я юркнула мужу за спину и прижалась там, осторожно высовываясь из своего убежища. В котором, я уверена, мне вообще ничего на свете не страшно.
– Клы-ык! – повторил Бьёрн угрожающим тоном. Кот скосил на хозяина виноватые глаза и последнее разделяющее нас расстояние прополз уже на брюхе, оставляя в снегу глубокую борозду. А потом… осторожно потянулся к нам огромной лохматой мордой и принялся нюхать воздух. Я мужественно постаралась остаться на месте и не взвизгнуть, когда кот аккуратно обогнул хозяина, нашёл меня в моём убежище и ткнулся носом мне в рукав.
Тут же далеко отпрыгнул, зашипев. Шерсть на спине стояла дыбом, а хвост взвился трубой.
Зрелище было и смешное, и страшное одновременно. Я раньше только видела, чтоб деревенские коты так вели себя.
Бьёрн успокаивающе погладил мою ладонь большим пальцем. Я цеплялась за мужа, дрожа, как осиновый лист.
– Не бойся, малыш! Я, кажется, понял, в чём тут дело. Эй, Клык, успокойся уже! Как я тебя понимаю, дружище. Мне этот придурок тоже категорически не понравился. К счастью, наши пути здесь расходятся. Надеюсь, больше и не пересекутся.
Развернув к себе и обняв меня за плечи, Бьёрн шепнул тихо:
– На твоей коже остался запах. Когда эта дубина тебя лапала. Надо срочно что-нибудь придумать, чтобы его стереть.
– Я могла бы обтереться снегом, - неуверенно предложила я. Но потом увидела, как сверкнули глаза мужа, и осеклась.
Он медленно поднял мою руку к губам, не отрывая от меня взгляда.
– Мою жену могу трогать только я.
Осторожное прикосновение к запястью губами – и на моей коже расцветает цветок его поцелуя.
Большой палец медленно проводит по ладони, раскрывая её. А вслед за ним – губы движутся по линии моей судьбы. Неспешно целуя. Стирая всё, что было до.
Я замираю, будто заколдованная – мир исчезает, мы скрыты от него пеленой плавно кружащего снега, и больше ничего не существует в нём, кроме нас двоих. И движения горячих губ по коже.
Длинный выдох. Он отрывается от моей руки, и тёмно-синий взгляд ловит меня в ловушку. Дрогнувшие чёрные ресницы.
– Давай-ка быстрее отсюда выбираться. Пока я не увлёкся… и не начал оставлять свой запах по всему твоему телу. Чтобы ни у кого больше не было сомнений, что моя женщина – наконец моя.
Растерянно отвечаю на взгляд.
Совершенно не замечаю, как снова подходит Клык и начинает тереться об меня, оглушительно мурча. В пылу чувств толкает меня здоровенной башкой в спину так, что я невольно делаю шаг вперёд и прижимаюсь к мужу всей грудью.
Мой.
Ты тоже – мой.
До тех пор, пока длится договор. До тех пор, пока длится моя зимняя сказка.
Поднимаю руку и делаю то, чего мне так давно хотелось – собираю с его волос снежинки кончиками пальцев.
Бьёрн косит глазами на моё движение настороженно… с восторгом понимаю, что так с собой обращаться он никому не разрешал, ему не нравится, когда посторонние трогают голову… что он терпит это только от меня. И, смелея, запускаю пальцы глубже в тёмную шевелюру. Какие же у него потрясающие волосы! Чувствую почти детский восторг, снова и снова пропуская дикие, лохматые пряди меж пальцев.
– Значит, мы наконец-то осмелели... – бормочет муж довольно. И схватив меня обеими руками за талию, резко выдёргивает из сугроба и поднимает высоко.
Сердце ёкает в груди и замирает. Не успеваю даже испугаться. Как мои губы вдруг оказываются вровень с его.
Мамочки… неужели? Вот сейчас? Правда? Мой первый поцелуй?
А потом со стоном отчаяния Бьёрн склоняет голову и утыкается мне губами в шею.
– Чёрт побери… в этом месте преступно много народу! Чего тебе?! – рявкает он куда-то в сторону.