Невидимый муж
Шрифт:
Черный камень скал, такой же пронзительно-чёрный, каким бывает беззвёздное небо. Такой же, как в моём амулете. Мы вышли за пределы земель асов теперь. Эти горы сильно отличались. И не только по цвету – я не могла объяснить, чем.
Здесь… мне дышалось легче.
А потом к чёрному стали добавляться прожилки какого-то странного полупрозрачного камня. Насыщенного фиолетового оттенка. С мерцающими искрами в глубине.
– Такого же цвета, как твои глаза, - задумчиво проговорил Бьёрн.
Моё сердце забилось ещё быстрее.
Тут и там на чёрных каменных склонах прямо из скал вырастали крохотные островки цветов. Непонятно как тут очутившихся.
Горные фиалки.
Йолли.
На языке йотунов такой цветок называется «Йолли».
Начала кружиться голова.
***
Тихий плеск ледяных струй.
Священный источник горных великанов открылся за поворотом. Вода била прямо из скал и уходила в каменный круг под ними. А чёрный камень отвесного склона был весь пронизан корнями гигантского дерева, которое тянуло засохшие корявые ветви к потемневшему небу.
Источник. Отобранный асами у йотунов. Тот, ради которого велась кровопролитная война.
Из тени у корней дерева медленно выступила ещё одна скрюченная тень. Всклокоченная старуха, в чёрных с проседью волосах которой были вплетены вороньи перья. Она была одета в грязное рубище. И почему-то босиком.
Глянула на меня, острым взглядом пронзив до самого сердца.
И принялась торопливо ковылять к нам, опираясь на клюку из грубо выломанной ветви священного дерева йотунов.
Кажется, то был ясень. Я… помнила его зелёным.
– Давно вас жду, - раздался недовольный скрипучий голос.
– Почему так долго? Я почувствовала её присутствие, как только она ступила на землю Гримгоста. Иди сюда скорее, девочка! Хочу посмотреть на тебя поближе.
Я посмотрела на Бьёрна в поисках поддержки, тот, помедлив, кивнул.
Я спрыгнула со спины Клыка. Мой амулет остался у мужа.
Наверное, мне нечего бояться?
Вёльва заткнула мою бабку нетерпеливым взмахом руки, когда та попыталась что-то сказать. Схватила меня крепко за руку, делая больно. И повела к источнику. Велела напиться из него.
Я колебалась недолго, глядя в своё колеблющееся отражение. Вёльва в зеркальной глади почему-то не отражалась. А потом опустила в источник ладонь. И, роняя хрустальные брызги, поднесла к губам.
Закрыла глаза…
Как же кружится голова.
Я знаю вкус этой воды. Ледяная вода, от которой сводит зубы. Лесная свежесть и аромат нежных лепестков горной фиалки.
Я уже пила из этого источника когда-то…
Из источника Мимира.
Всё быстрее и быстрее кружится небо над головой.
«Вот, Йолли, это тебе. Попей. Сразу выздоровеешь»
«А можно я маме тоже дам?»
«Маме твоей нельзя. Прости, малышка. В этой воде слишком много нашей магии. Это её убьёт»
Он называл меня Йолли.
Это мама дала мне имя «Фиолин». Ей больше нравилось, как этот цветок называется на языке нашего народа.
Я вытерла ресницы и открыла глаза.
Вёльва смотрела исподлобья недобрым сверлящим взглядом чёрных глаз. Странно, что асы терпят у себя так не похожую на них колдунью. Но видимо, она и правда многое может.
Прорицательница потянулась ко мне и положила руку на голову. Я вздрогнула и подавила желание отступить.
– Ну что? Есть в ней магия? – нетерпеливо спросила королева. Она из своего паланкина не торопилась выходить. Предпочитала быть в безопасном отдалении. Хотя бедные слуги уже устали тянуть её в гору, и на их покрасневших лицах было мучение.
– Да эта девочка так переполнена магией, что у меня пальцы стали дрожать, как только я почувствовала её приближение, - проскрипела колдунья.
И обхватила мою голову обеими ладонями, будто капканом.
– Она сама не даёт своей магии выйти наружу. Блокирует. У этой девочки потрясающий самоконтроль. Из неё получится величайшая колдунья, какую знал народ асов! – в голосе старухи зазвенели ноты нетерпения. – Отдай мне её в ученицы, Асура!
– Посмотрим, - проронила королева.
– Моя жена сегодня покидает Гримгост, - вмешался Бьёрн невозмутимым голосом.
– У нас свадебное путешествие, а мы ещё не все места посмотрели, какие хотели.
Как бы невзначай он подошёл ближе и встал за моей спиной.
Вёльва заскрипела зубами и бросила на него злой взгляд, но не ответила.
– Давай, девочка, хватит сдерживаться! Не закрывайся от меня, не закрывайся! Чтоб меня йотун потоптал, никогда не встречала человека, который бы меня не пускал себе в голову так долго… ай! Больно, прекрати! Ещё и дерётся.
– Я не специально, простите! – ошарашенно прошептала я. Как это интересно я могла её ударить, если ни рукой, ни ногой не шевелила?
– Плохие воспоминания. Чувствую их. Ты была маленьким ребёнком, когда случилось что-то очень плохое. Смерть… кого-то очень дорогого тебе. Ты не хотела о ней вспоминать. И решила забыть. Сама себе стёрла память. Но перестаралась. Вместе с ней забыла и о магии. Если прекратишь заниматься глупостями и пустишь меня себе в голову, я помогу вспомнить.
Я постаралась расслабиться.
Закрыла глаза снова.
Я больше не маленькая девочка.
Я очень хочу вспомнить.
Вспомнить тебя, Мимир.
… Обрывки воспоминаний закружились вокруг, как падающий снег.
***
Вот я маленькая, сижу на плече каменного великана. Перед нами равнина, бесконечная снежная равнина. Мне грустно. Мы оставили позади единственный дом, который я знала. И могилу мамы. Мимир сказал, нам надо уходить. Он не позволит никому обидеть свою Йолли.
Тучи сгущаются над нашими головами. Хрустальный перезвон слышится из них.
– Проклятие… асы отправили охотников! Что им не сидится в своём Гримгосте… Держись крепче, малышка! Оторвёмся.