Невинная для бабника
Шрифт:
– Убил бы! – поджимая губы, бросил Дэйм, потягивая руку к не перестающему звонить телефону. Приподняв бровь, он сбросил звонок, откидывая телефон прочь. – Фигня! Ничего важного, – ответил Дэйм на мой вопросительный взгляд.
Экран телефона то и дело подсвечивался голубым светом, давая понять, что абонент на том конце провода не готов быть отвергнутым в эту минуту.
– Может быть, ответишь? – прикусив губу, я спустила ноги с кровати, неловко подбирая платье, что шёлковой лужицей лежало на полу.
Лицо Дэйма вытянулось от удивления. Вероятно, он не ожидал, что жаркая прелюдия закончится так внезапно и быстро. Под внимательным взглядом я быстро надела платье, не забыв про нижнее белье, и скромно сложила руки на коленях, искоса бросая взгляды на Дэйма, что, обречено вздохнув, принялся натягивать светлые джинсы. Он поморщился, с трудом застегивая ширинку. Дэйм ещё раз бросил уничтожающий взгляд на смартфон, явно виня его во всех своих бедах.
– Может быть, ответишь? – повторила вопрос, украдкой пряча улыбку от Дэйма.
Кажется, я начинаю понимать, что такое женская власть над мужчиной. Это когда тебя жаждут до безумия, а получить не могут…
– Да это Хана, – небрежно бросил в ответ Дэйм. – Она должна была сегодня приехать с ранчо своего деда.
Видя мое удивленное выражение лица, Дэйм пояснил:
– Подруга детства. Соседи уже более пятнадцати лет, – криво усмехнулся мой парень. – Тебе она, определенно, понравится, – Дэйм обошёл кровать и бухнулся рядом со мной, удобно устроив ладонь на моей коленке.
Я нахмурилась, пытаясь отогнать беспокойство. Это же не нормально – ревновать к друзьям? И почему я раньше никогда не задумывалась о том, что у Дэйма могут быть подруги? Пытаясь затолкать так похожую на противную изжогу ревность куда подальше, я облизнула нижнюю губу и постаралась как можно спокойнее спросить:
– Какая она – эта Хана?
Дэйм на минуту замер, а затем, задумчиво почесав затылок, произнёс:
– Не знаю. Простая, без всякого этого пафоса, – щёлкнув пальцами, он широко улыбнулся. – Как будто свой в доску пацан.
Попадая под обаяние Дэйма, губы сами растянулись в ответной улыбке.
– Свой парень в доску? – повторила, чувствуя, как в груди растекается тепло. Зря только переживала. – Я с радостью познакомлюсь с Ханой.
– Но, должен признать, иногда, конечно, она не к месту… – произнёс Дэйм, сжимая мое колено. Присобрав пальцами ткань платья, он их тут же разжал.
Я, конечно, поняла, к чему он ведёт, но это судьба, наверно. Слишком мы увлеклись. В вечерней интимной атмосфере все казалось правильным и логичным, но я прекрасно понимала, что завтра мне будет очень неловко смотреть в эти синие глаза.
Словно чувствуя мой настрой, Дэйм обнял за плечи, увлекая на подушки.
– Малышка, давай досмотрим фильм.
Не сопротивляясь, я удобно устроилась на его плече, прижавшись щекой к обнаженной коже. Шаловливые пальчики тут же устремились изучать широкую грудную клетку, пока тяжёлая ладонь не остановила не в меру разыгравшееся любопытство.
– Родная, я, конечно, терпеливый, но всему есть предел, – мягко, но при этом настойчиво, проронил Дэйм, включая фильм погромче.
Глава 20
– Итак, как вы познакомились? – голос Ханы заставил оторвать взгляд от Эйми, что плескалась в бассейне, шлёпая ладонью по воде, чтобы отогнать подплывшего к ней Дастина.
Дэйм, который лежал рядом со мной в шезлонге, усмехнулся, вытягивая ноги.
Я сидела, укутавшись в белое полотенце, и медленно расчесывала пальцами спутавшиеся от ветра ярко-рыжие пряди волос, думая, как ответить на вопрос подруги Дэйма.
– Это Эйми первый раз в жизни сделала хоть что-то хорошее! – довольно изрёк Дэйм, подмигивая мне.
– Я все слышу! – крик Эйми превратился в громкий визг, когда Дастин подхватил девушку под мышки и принялся тащить на середину бассейна.
– Ну, так как? Просто я думала, что Дэйм одинокий волк, – криво улыбнулась Хана. Взгляд ее выражал растерянность. – Дэйм всегда говорил, что если не найдёт себе девушку, то женится на мне, – и звонко рассмеялась.
– Но, слава богу, – подхватывая ее смех, Дэйм сделал глоток «Пепси». – Судьба ко мне была милостива, и я встретил Мэди!
– Придурок!– беззлобно бросила Хана, чуть сильнее натягивая козырек кепки на лицо.
Что-то неуловимое в ее тоне заставило меня поднять глаза на девушку. Высокая, спортивного телосложения, с достаточно короткой стрижкой, Ханна и вправду выглядела пацанкой, а уж манера изложения речи тем более была не женственной. Косая чёрная челка закрывала правый глаз, в ухе блестела на солнце серьга в виде серебряного крестика. Черные джинсы и длинное худи выглядели странно в такую жару, не говоря уже о тяжелых ботинках армейской расцветки, что завершали весь образ. Без капли макияжа, но, тем не менее, достаточно симпатичная, хотя черты лица были достаточно крупные. Серые глаза можно было назвать красивыми, если бы не холод, который в них сквозил, когда она глядела в мою сторону. Меня словно полоснуло острым клинком, когда ее взгляд, минуту назад тщательно изучающий меня, вернулся к Дэйму. Чувствуя себя не уютно, я пододвинулась ближе к нему, который, в свою очередь, притянул меня ближе к себе.
– Я реально влюбился с первого взгляда! – воодушевлено ответил мой парень. – Как можно не полюбить этого ангелочка?! – синие глаза с обожанием обратились на меня.
Под этим взглядом я всегда начинала таять, как кусочек сливочного масла.
– Ну, да, – как-то кисло ответила Хана, нахмурив брови. Она бросила взгляд на пальцы Дэйма, что ласкали мое обнаженное плечо. – Так ты что теперь, типа пай-мальчик? – спросила подруга Дэйма, причём, таким тоном, будто произнесла какое-то ругательство.
Дэйм затрясся от смеха. Вероятно, в отличие от меня, ему шутка Ханы пришлась по вкусу.
– Ты на что намекаешь? Я всегда был хорошим мальчиком! – с долей возмущения сказал парень. Обаятельно улыбнувшись, Дэйм наклонился и быстро чмокнул меня в щеку. – Рад, что вы нашли общий язык! Я в этом и не сомневался, – довольно потирая руки, Дэйм поднялся с шезлонга и потянулся, от чего на тренированном теле обозначились мускулы, привлекая внимание.
Еле оторвав взгляд от этого идеального представителя мужской красоты, я с тревогой успела поймать направленный на парня взгляд Ханы. Совсем не дружеский взгляд, а жаждущий и наглый, какой-то ощупывающий.