Невинная для бабника
Шрифт:
– Что же? – хрипло выдохнул я, чувствуя, как горло сдавливается невидимый ком.
– То, какими ТЫ смотрел на неё глазами… – мягко улыбнувшись, она похлопала меня по руке. – Я очень рада, Дэймон, что у моей девочки есть такой человек, как ты.
– Вы хотели, как лучше. Как ни странно, но я… я будто что-то чувствовал, предполагал, миссис Вильсон. Я понимал, что вы желаете всего самого хорошего и лучшего для своей дочери, – высказав все как на духу, я почувствовал такое облегчение, будто камень свалился с души.
Мать Мэдисон поднялась с деревянного крыльца. Отряхнув цветную юбку, она обратилась ко мне:
– Теперь ты знаешь, почему Мэдисон так похожа на Тревора.
Наш разговор прервал звонок сотового. Спохватившись, я быстро поднёс аппарат к уху, перед этим нажав на зелёную кнопку, чтобы принять вызов.
– Да-да, слушаю! Подъезжает? – я сощурился, всматриваясь в дорогу, пока не увидел ярко-желтую машину с чёрными шашечками на крыше. – Все, вижу. Спасибо!
Я удивлённо отметил, что все время ожидания составило около пятнадцати минут, а ведь казалось, что мы разговаривали не менее часа.
– Она у отца в церкви. Я уверена, что Мэди направилась именно туда, – женщина достала из кармана платья телефон Мэди и протянула мне.
– Бросила впопыхах, бедняжка.
Только сейчас я понял, что мне даже не приходила мысль набрать Мэдисон. Ну, не дурак ли после этого?! Я протянул руку, принимая маленький, розовый телефон, после чего почти спотыкаясь на ровном месте, бросился к подъезжающей машине. Запрыгнув на переднее сидение рядом с водительским местом, властно скомандовал:
– Церковь святого Патрика!
Глава 37
Водитель посмотрел на меня, как на умалишенного, заставляя занервничать.
– Зачем? Опасно же… Не зря всю территорию оцепили.
Тревожный звоночек прозвенел в моей голове. Я тогда еще даже не предполагал, что услышу в ответ.
– А что случилось?
Водитель, проворчав себе что-то под нос, недружелюбно буркнул:
– Какие-то подонки подожгли церковь, а перед этим ещё и закрыли двери, чтобы выйти возможности не было.
Мужчина говорил что-то ещё, а я в это время медленно умирал, распадаясь на атомы. Душа буквально простонала имя любимой.
– Туда, – все, что я смог произнести онемевшими губами, что в одно мгновение пересохли и посинели, словно у покойника, – мне надо туда.
Мужчина бросил на меня подозрительный взгляд, но послушно завёл мотор, нелюбезно бросив что-то типа «фанатики».
– Жми по газам или, клянусь, я выкину тебя из машины и сам сяду за руль! – заорал я, бросая на водителя уничтожающий взгляд.
Мужчина сразу присмирел, должно быть, увидев на моем лице нечто такое, с чем он решил не связываться.
– Ладно, ладно! Так бы и сказал, я же не дурак. Понял.
Машина, дёрнувшись, плавно заскользила по дороге. Вцепившись пальцами в подлокотник, я старался отогнать страшные мысли, ругая свое слишком живое воображение. Однако это мало помогало. Мне постоянно чудилась Мэдисон, которую скрывала плотная завеса дыма. Моя красавица задыхалась, не в силах сделать полноценный вдох…
– Гони быстрее! – заорал я во все горло, превращаясь в самого настоящего психа, что сбежал из ближайшего дурдома.
Мужчина без лишних слов ударил по газам, судорожно сжимая чёрный руль.
– Что ещё известно о том, что случилось? – спросил я, не отрывая взгляда от лобового стекла.
Сейчас я бы все отдал, чтобы стать супергероем из тех дурацких журналов, что я мальчишкой замусоливал до дыр. Но сейчас мне оставалось скрипеть зубами и сжимать кулаки от бессилия. Я не смогу без Мэди… просто не смогу… Прочь! Прочь все плохое! С моей девочкой ничего не случилось. Нет! Это будет слишком несправедливо и жестоко.
– Так это… два каких-то гея поссорились. Один из них в отместку хотел спалить своего дружка. Эти голубки еще те, с приветом, – разглагольствовал мужчина. – Говорят, сынок какого-то пастора, а тот второй… этот… как их? – таксист запнулся и пару раз щёлкнул пальцами, вспоминая слово. – Скинхед, что ли… Черт! Их разве разберёшь?
Никогда не был гомофобом, но прямо сейчас, в эту минуту я поклялся себе, что найду поджигателей и оторву их голубые бубенцы.
Проехав в обход главной дороги, через узкие улочки, водитель остановился возле ограждения. Жёлтая лента перекрывала проход, но для меня она не стала серьезным препятствием. Я пройду к Мэди, чего бы мне это не стоило!
Вокруг ограждения толпились люди. Кто-то плакал, громко завывая, кто-то молился вслух… Взгляды присутствующих были прикованы к объятой пламенем церкви, от которой уже почти ничего не осталось.
– Разойдитесь! – настойчиво обратился я к людям.
Отведя ленту вниз, перешагнул через нее. Ко мне тут же подошёл полицейский лет пятидесяти.
– Молодой человек, сюда нельзя! – громко чеканя каждое слово, нахмурившись, обратился он ко мне.
Я настойчиво попытался пройти мимо него, но он не давал мне такой возможности, удерживая крепкой хваткой за плечо.
– Сказано же – нет! Куда прешь?! – в его голосе появились нотки раздражения, давая мне толчок для действий.
– Пустите! Там моя девушка! – прокричал я с отчаянием в голосе. – Я ей нужен! Ну, что вы, как нелюди?!
Я рванулся вперед, но полицейский не позволил пройти ни на шаг вперёд. Он даже попытался заломить мне руки за спину.
– Нельзя, парень! Нельзя… – сочувственно повторил страж порядка.
Для меня это было сродни сигналу. Пнув не ожидавшего от меня такой грубости мужчину, я бросился вперёд – туда, где полыхало здание. Пожарные работали не покладая рук. Зрелище было воистину ужасающее. Некогда великолепная церковь была почти полностью скрыта в чаде и огне.
– Мэдисон?! – закричал я, складывая руки в виде рупора. – Мэдисон!!!
Пожарный толкнул меня локтем, освобождая себе путь.
В моих ушах прозвучал голос любимой. Мне казалось, она кричит и просит о помощи. Я понимал, что это галлюцинации, вызванные паникой от одной мысли о том, что она в здании. Почти ничего не соображая, я бросился к разбитому окну на первом этаже. Старинная причудливо раскрашенная фреска, так пострадала от огня, что почти полностью утратила рисунок. Подавшись назад, с силой ударил ногой по раме, освобождая проход в здание. Я слышал предупреждающе крики за спиной, но мне было абсолютно все равно. Единственное, что меня интересовало – Мэдисон. Поперхнувшись чёрным дымом, быстро стащил с себя футболку, повязывая ее на голову так, чтобы защитить лицо.