Невинная для хулигана
Шрифт:
– Ты догадливая, – подтверждаю, усмехнувшись.
– Но называют тебя при этом Мрак, – зачем-то добавляет она.
– Так и есть, – подтверждаю, а девчонка садится на свою кровать, напротив моей.
– Почему? – не сразу спрашивает.
– Видимо, вселяю во всех безысходность и страх, – ухмыляюсь, замечая, как Милана хмурится и снова напрягается. – Не знаю, кто первый поменял буквы моего имени местами. Но решил, это кстати. Здесь либо ты, либо тебя.
Она вздыхает, кивая.Ощутимо мнётся, а потом всё-таки говорит то, чего я от неё ждал:
– Я не думаю, что нам стоит жить вместе. Моя соседка наверняка скоро приедет, а тут помимо моей, одна кровать, и…
– Не проблема, можем спать вместе, – не выдержав, решаю смутить и без того всё более растерянную девчонку. – Не потесним её.
Милана забавно зависает, видимо, пытаясь определить, всерьёз ли я. Бросает на меня осторожный взгляд. Краснеет слегка…
Хех, она и вправду любопытный экземпляр. Усилием воли сохраняю максимально серьёзное выражение лица. Интересно, осмелится ли спорить?
Ну не согласится же, хах.
От этой мысли воображение неожиданно ярко рисует нас лежащих на этом её ярком белье в обнимку. Причём картинка эта настолько живая получается, что я как будто улавливаю тепло и нежность её тела, да и запах тоже… В моём воображении он немного напоминает чернику. Причём сладенькую…
– Я не думаю, что моему папе понравятся такие твои методы по защите меня, – наконец, осмеливается возразить Милана.
Строго так, отчуждённо. Ещё и завуалировано приземляет меня, напоминая, что её отец фактически мой работодатель. Как бы даже угрожает этим своеобразно, пытается приструнить.
Милая попытка.
– Вопрос в том, понравятся ли они тебе, – вкрадчиво заявляю, чуть подавшись в её сторону.
Между нами по-прежнему весомое расстояние, но девчонка чуть отодвигается. Не сводя с меня взгляда при этом. Ну точно пугаю.
– Нет, – при этом милаха говорит очень даже твёрдо, смелость откуда-то откопала. – Ни мне, ни моей соседке.
А голос всё-таки чуть дрожит, когда так прорезается. Характер есть, решительность тоже, но вот со страхом придётся что-то делать.
Хм… Рассуждаю так, будто собираюсь не просто защищать Милану, а учить её стоять за себя.
– Твоей соседке наверняка будет по кайфу с Максом, – на этот раз обрисовываю реальную картину. – Он отличный парень. Я прожил с ним четыре года, ручаюсь за него.
Вроде как Милане сейчас полегчать должно от понимания, что я невсерьёз про нашу с ней совместную постель говорил. А ведь, кстати, мог бы настоять, чтобы и соседка оставалась, и я пристроился. Тоже было бы занятно.
Тем более что легче Милане, судя по всему, не становится. Аж не моргает, как-то странно вглядываясь в меня. А потом вдруг дерзко заявляет:
– Так живи с ним и дальше.
Воу… Мне уже грубят?
Забавно. Не такая уж скромняха. И не так уж боится…
Как ни странно, оба этих осознания меня скорее смягчают. Почти миролюбиво поясняю:
– Спокойнее рядом с тобой. Чтобы тебя никто не тронул.
– Я думаю, что после сегодняшнего и так не тронут, – окончательно смелеет она. – А если что, оставь свой номер, я тебя наберу, когда мне понадобится помощь.
Хм… Наивно думать, что у неё будет возможность набрать меня, если ей реально понадобится моя помощь. Не со всеми такое прокатит. Поэтому и лучше сразу всем обозначить, что у нас с девчонкой настолько серьёзно, что с ней живём. Помимо того, что это приятно и увлекательно по-своему.
Слухи быстро поползут.
– И как вообще тут могут поселить парня с девушкой? – негодует от моего молчания Милана.
Понимает, значит, что я непреклонен.
– Формально нас вместе никто не поселит. По бумагам ты живёшь с какой-то другой девчонкой, а я – с Максом. Но если обнаружится реальная картина, никто не будет предъявлять претензий. Ведь автор такой рокировки – я.
Ловлю себя на неожиданной мысли, что как-то даже приятно обозначать Милане, насколько я тут авторитетен. Хотя вроде как не привык понтоваться.
Впрочем, она не особо заостряет на этом внимание. Скорее как должное воспринимает.
– Тогда ты бы мог сделать другую рокировку, – только и предлагает почти мягко. – Переселиться на мой этаж к какому-нибудь парню, самому ближайшему ко мне. А его соседа отправить к Максу. Так ты был бы максимально близко и в случае чего быстро реагировать на мой сигнал. И при этом мы с соседкой бы комфортнее себя чувствовали.
Некомфортно со мной, значит. Не, это, конечно, не удивляет – другого и не ждал. Но всё же Милана начинает наглеть, уже второй раз так явно высказывая мне недовольство.
Так-то здесь всё по-моему.
– Так неинтересно, – отбиваю почти жёстко. – Хочу с тобой. Давненько я таких не видел.
Любопытно, осмелится ли уточнить, каких именно?
Хммм, нет. Милана только губы недовольно поджимает, а потом и вовсе от меня отворачивается – к чемодану своему. Принимается его разобрать, ну а я, развалившись на кровати и подперев голову руками, жду свой. Параллельно наблюдая за девчонкой, конечно же.
Сосредоточена на дела, но ведь н уловить напряжённую атмосферу между нами просто невозможно. И так именно из-за Миланы. Мне-то всё абсолютно нормально, это ей явно не по себе, и я это улавливаю.
Любой бы уловил…
Я видел её абсолютно голой. И когда стояла в ванне, дрожащая, стыдливо прикрывая себя ладошками. И на видео того ублюдка тоже. Там она уже ничего не скрывала… Наоборот, раскрытая была. Нежилась под водой, позволяя той красиво стекать по телу.
«Зачётные сиськи»…
Далеко не только они. Девочка созрела. И откуда такие формы на худеньком теле? От природы? Или качала попу?
Не потрогав, не узнаешь. И, блять, аж пальцы покалывает от внезапно острого желания так и сделать. Просто подняться, сгрести в охапку усиленно изображающую деятельность девчонку и развязно лапать до тех пор, пока не разомлеет от этого и перестанет пищать протесты.
А потом…
– Красивый слоник, – бросаю, лишь бы хоть как-то перебить разбушевавшиеся инстинкты.
И Милане лучше поддержать разговор. Охренеть насколько не стоит ей сейчас молчать.
– Мне его в детстве подарили, – как чувствует она. – По сути, рос вместе со мной.
«Рос», хах. Охуеть как вырос, да?
Хотя даже милая формулировка. В какой-то степени приземляет, напоминая, насколько мы с Миланой разные. Её мир из вот таких вот плюшевых всё ещё чистеньких слоников состоит. Мой… Кровь, мрак и бесконечная война.