Чтение онлайн

Деневен молчал. Собеседник подождал немного и спросил:

— Надеюсь, вы понимаете, господин Деневен, ваше молчание нас не устраивает.

— От меня вы ничего не услышите! — процедил сквозь зубы Деневен.

— Напрасно! Вам поручили инсценировку «Бегство Грехэма». Что ж, ваш юмор оценен, вам ответили небольшой комедией. Не превращайте ее в трагедию.

— Вы грозите убить меня?

— Какая чепуха! — воскликнул «раджа». Окружающие засмеялись. — Да нет же, мы просто пригласим господ журналистов, благо они так недалеко. Мы расскажем им, как господин Деневен похитил Чарльза Грехэма. Потом съездим с журналистами по названному адресу и освободим Грехэма. Ну, а если журналисты пожелают посмешить публику тем, как знаменитый детектив попал в индийскую западню, — это уже их дело…

— Мы договорились! Я дал задаток! — не выдержав, воскликнул Деневен. Он был искренне возмущен.

— Вы несправедливы, господин Деневен! — спокойно возразил «председатель анонимной компании». — Разве я своих обязательств не выполнил? Я сделал для вас чудо рекламы! Газеты вознесут вас на небо. Ей-богу, никакой арбитраж не мог бы упрекнуть меня. Нет, господин Деневен, я никогда не изменяю своему принципу: будь честен даже в бесчестных делах…

— По-вашему, требование представить Грехэма — честно?

— А почему же нет? Насчет Грехэма мы с вами не уславливались. Нельзя сказать, что вы похитили его более честно…

— Вы его не увидите! — злобно бросил Деневен.

— Как вам угодно… — спокойно сказал «председатель». — Господин «секретарь», пригласите, пожалуйста, журналистов.

Вот когда изнывающие за дверью журналисты были так близки к сверхсенсации! И Деневен хорошо это понимал.

— Подождите! — сердито крикнул он. «Секретарь» остановился. — Черт возьми, вы что, на поезд торопитесь? Дайте же подумать…

— Ах да, пожалуйста, — любезно улыбнулся Пертупулеску. — Надеюсь, не слишком долго?

И господин Деневен стал думать. Все это было такой неприятной неожиданностью. Он не мог понять, как кто-то посмел столь подло и дерзко посмеяться над ним, самым знаменитым детективом… Кто? Не молодой ли Чьюз? Да нет, невероятно!

Не только один Деневен (в соответствии со своей профессией недурной психолог) не допускал мысли, что Эрнест Чьюз может принять участие в таком обмане. Так же думал и другой человек — в нем-то и было все дело…

Райч простоял на стоянке машин у «проклятого» перекрестка не напрасно: он выследил «летучего голландца». Как же он был поражен, когда машина подкатила к бюро Вундертона! В тот же день Райч узнал, что вышедший из машины незнакомец был не кто иной, как знаменитый детектив Деневен.

Эрнест Чьюз был озабочен новым известием. Вступать в единоборство с квалифицированным специалистом было не под силу. Правда, пока детектив держался довольно беззаботно: позволил себя выследить. Но Райч прав: это от избытка презрения к беспомощности своих одураченных противников.

Райч соглашался с тем, что положение чертовски трудное: невозможно ничего придумать. Не брать же особняк приступом!

— Послушай, Джильберт! — воскликнул вдруг Эрнест. — Я попрошу помочь Билла Слайтса. Ты знаешь этого славного чудака, моего школьного приятеля… Он не откажет… Тогда он прекрасно помог советом послать телеграмму Медианскому суду. Уверен, будь он с нами, мы не попались бы так глупо с этим механиком Трейблом.

— Ты думаешь, Эрни, что Слайтс может тягаться с Деневеном?

— Кто? Билл? — воскликнул Эрнест. — Блестящий ум! Если бы он тогда не ушел с должности следователя, он сделал бы головокружительную карьеру. Ты знаешь эту историю?

— Нет, ты не рассказывал…

— Едем, дадим телеграмму… По дороге расскажу…

История, в сущности, была несложная. Райч внимательно слушал, сидя рядом с Эрнестом, управлявшим машиной. Лет пятнадцать назад Билл Слайтс, тогда еще молодой человек, с отличием кончивший юридический факультет, был назначен следователем в Астех. Он сразу же проявил свои блестящие способности, раскрыв несколько запутанных дел. Потом ему пришлось столкнуться с одним из заправил города. Местный воротила-промышленник брал крупные строительные подряды для города. Построенный им городской рынок вскоре сгорел. Собственно, на этом дело и должно было кончиться. Но не в меру любопытный следователь докопался, что постройка велась мошеннически, из отходов, из брака, — вероятно, рынок вскоре рухнул бы сам, если бы не своевременный пожар. Кстати, рынок и застраховать не успели — и понятно почему: ни одна страховая компания не выдала бы полис на этот горючий хлам. Словом, дело было ясно. Но, кроме главного героя, были замешаны многие: инженеры и техники из приемной комиссии, члены городского управления, ну и иные, — все, впрочем, достойные люди. Творец этого бизнеса оказал честь молодому следователю: лично явился к нему на квартиру. Предложенная взятка была не какой-нибудь жалкой подачкой, а солидной суммой, достаточной, чтобы сделать молодого следователя самостоятельным человеком. Юнец оказался неблагодарным: выставил «благодетеля» за дверь. Борьба закипела. Бизнесмен выписал сыщика от Вундертона. Через два дня тот отыскал виновника: замученный угрызениями совести, некий мелкий жулик чистосердечно признался в поджоге с целью ограбить рынок. Следователь доказал алиби преступника: в момент пожара он был в соседнем городе, за тридцать миль от места преступления.

— Ну и что же? — спросил Райч. Его заинтересовала эта история.

— Козыри опять были у следователя. Но козыри имеют значение в честной игре. Молодого следователя пригласило начальство и предложило перевод в другой город, даже с повышением. Он предпочел уйти… Пробовал жаловаться выше, но…

— А фиктивный поджигатель?

— Как же, судили… Приговорили к тюрьме…

— Неужели человек продал свою свободу? — удивился Райч.

— Вот когда я спросил об этом Билла, — усмехнулся Эрнест, — он назвал меня донкихотом. У него любимая поговорка: пожалуйста, без донкихотства…

Эрнест засмеялся. Помолчав немного, он продолжал:

— Поджигатель и месяца в тюрьме не просидел: во время прогулки сбежал из-под стражи. А Билл с тех пор занимается частной адвокатской практикой. Берется только за те дела, где, как он говорит, «вонючий след ведет к какому-нибудь славному проповеднику нашей великой свободы». Вот только не знаю точно, куда ему телеграфировать. Долго на одном месте не живет: успевает досадить начальству и перекочевывает подальше. В последнее время жил в Томбире. Между прочим, он знает Грехэма, познакомился у меня той осенью… Тоже произвел его в донкихоты…

Телеграмму послали в Томбир. Предусмотрительно попросили остановиться в гостинице: Эрнест боялся, не следят ли за ним. Билла никто из этих господ не должен был видеть.

Через два дня Билл известил о приезде. Эрнест вместе с Райчем поехал в гостиницу. Билл — все такой же веселый, шумный, с гулким, раскатистым смехом со своей лысой, полированной головой, обрамленной пушком. Он выглядел бы старше своих лет, если бы не внутренний огонь, прорывавшийся то темпераментными возгласами, то быстрыми искорками в маленьких глазах.

— Донкихоты всегда попадают в беду! — воскликнул Слайтс, едва узнав, в чем дело.

— Грехэм не виноват, — возразил Эрнест. — Вина моя…

— Да и ты из той же породы… — усмехнулся Слайтс. — Много вас, рыцарей печального образа. Знаю… Был таким…

Впрочем, Слайтс сразу же принялся за дело. Он расспрашивал Эрнеста о таких мельчайших подробностях, что тот про себя удивился: зачем это? Ему и не пришло бы в голову обратить на это внимание. «Что значит специалист!» — подумал он, с уважением поглядывая на своего школьного приятеля. Так же подробно расспросил Слайтс и приехавшего с Эрнестом Райча. Наконец Слайтс прекратил вопросы и, задумавшись, смолк. Эрнест обратил к нему вопрошающий взор. Слайтс усмехнулся: