Чтение онлайн

— У меня тоже плохие новости, — сказал сэр Энтони. — Пока тебя, Чарльз, не было, я разговаривал с капитаном. Он говорит, что у нас на борту мало оружия: пара абордажных сабель, мушкет, из которого не стреляли целую вечность, и наши собственные пистолеты.

— Ох, этот Себастьян! Он что, не знал, что нам может понадобиться хорошее оружие? — сердито сказал Чарльз.

— Нам и яхта не нужна, нам нужен вооруженный корабль, — резко возразил лорд Куртней. — Что вы скажете на то, чтобы вернуться в Англию и обратиться за помощью к флоту?

— Чтобы спасти одного англичанина? — ухмыльнулся Чарльз. — Даже если это и Себастьян. Сомневаюсь, чтобы лорды Адмиралтейства согласились на такой шаг. Тем более Булонь всегда была осиным гнездом.

Они решат, что Себастьян повредился в рассудке, раз решился сунуться в это место!

Люсинда, стоявшая у стола, придвинула к себе стул.

— У меня есть идея, — сказала она. — Слушайте…

На следующее утро примерно в девять тридцать по прибрежной дороге в Булонь катил экипаж, запряженный жалким подобием лошади. Экипажем правил кучер, одетый в проеденную молью накидку, его видавший виды капюшон был вытерт, так же как и старая шляпа, которую он надвинул на самый нос.

Только никак не вязавшиеся с его видом изящество и умение, с какими он правил лошадью, могли заставить прохожего обернуться ему вслед.

У пассажира был совсем другой вид. На заднем сиденье виднелась фигура в зеленом дорожном платье и шляпке, украшенной шикарными яркими перьями. Рядом стояли огромная шляпная коробка и дорогой кожаный чемодан.

Только женщина могла понять, что у этой пышно разодетой прелестницы полностью отсутствуют хорошие манеры, на что указывали ярко накрашенные щеки и рот.

Из-под шляпки виднелись мелко завитые кудряшки, и хотя вид был довольно эксцентричным, он тем не менее был тщательно продуман и производил приятное впечатление.

Часовой, стоявший у ворот замка, пришел в восхищение.

— Я мадам Жанетт из Парижа, — сказала девушка на хорошем французском. — Я привезла для мадемуазель де Бозоль самые последние модели из Парижа, без которых она чахнет в этом богом забытом уголке.

Часовой, капрал, как и все новобранцы Наполеона, молодой парень, хихикнул.

— Здесь совсем не так плохо, — сказал он. — Я могу показать вам, что здесь тоже живут люди, если вы это имели в виду.

— Я могла бы принять ваше приглашение, — взгляд мадам Жанетт заставил чаще забиться его сердце. — Но сначала дело. Вперед! То, что лежит в этом чемодане, стоит больших денег! — Она указала на свой багаж.

— Могу поспорить, что бы мадемуазель ни купила, она не будет так шикарна, как вы, — подмигнув, произнес часовой. — Проезжайте!

Мадам Жанетт поблагодарила его улыбкой, и экипаж покатил к подъезду замка.

Здесь он опять был остановлен двумя часовыми.

— Никто не может входить без разрешения, — сердито сказал один из них. Его речь выдавала в нем уроженца Прованса.

— Вы бы лучше поспешили к мадемуазель, — едко заметила владелица модного товара. — У меня есть ее точные указания заехать сюда, прежде чем она отправится в Париж. Меня ждут другие дамы, и я не хотела бы оказаться на вашем месте, когда мадемуазель узнает, что мой товар достался другим!

Казалось, часовой осознал вескость аргумента.

Он вошел внутрь, посоветовался со слугой, и через несколько минут принесли записку, которая разрешала посетительнице подняться к мадемуазель де Бозоль.

— Захватите этот чемодан с собой, — приказала она слуге. Повесив шляпную коробку на руку, с бешено бьющимся сердцем, Люсинда, а это была именно она, поднялась по лестнице на второй этаж в спальню.

Ей бросилась в глаза огромная кровать, покрытая муслином. Она увидела, что за туалетным столиком сидит женщина в прозрачном пеньюаре.

Ивонна де Бозоль была привлекательна. У нее было типичное выразительное лицо француженки, а рот был создан для того, чтобы смеяться. Огромные синие глаза с темными ресницами и крохотный носик делали ее похожей на шаловливого мальчишку.

— Мой бог! Что же привело парижскую модистку в эту глушь? — спросили она.

— Я слышала, что вы нуждаетесь во мне, мадемуазель, — ответила мадам Жанетт, сделав реверанс, и прошла в комнату, чтобы пропустить обливавшегося потом слугу с чемоданом. Он с грохотом опустил чемодан на ковер.

— В следующий раз я попрошу Жака помочь мне, — сердито сказал он, — чемодан слишком тяжел для одного.

Мадемуазель де Бозоль проигнорировала его.

— Право же, неужели вы приехали из Парижа? — Она была страшно возбуждена.

Люсинда кивнула.

— Мадемуазель, я привезла самые последние модели платьев и последний крик моды — шляпки, — сказала она. — Их даже императрица еще не видела.

— Матерь божья! Вы ниспосланы мне господом в ответ на мои молитвы! — воскликнула Ивонна де Бозоль. — Я сижу тут в бездействии, от скуки я скоро попаду в сумасшедший дом, и вдруг, как святая Дева Мария, появляетесь вы, чтобы помочь мне! Короче, мне нужен по крайней мере десяток новых платьев!

— С собой я привезла только три, мадемуазель, — ответила Люсинда, — и пару шляпок. Но там, где я остановилась, у меня есть еще, и я с удовольствием привезу вам все.

— Дайте мне посмотреть, дайте мне немедленно посмотреть! — приказала Ивонна де Бозоль.

Люсинда открыла коробку и вынула шляпку, которую сшила ей мадам Бертен на прошлой неделе.

Она не успела поносить ее и почувствовала внезапную досаду, когда увидела, как шляпка идет Ивонне де Бозоль и как она выгодно обрамляет симпатичное личико.

— Очаровательно! — закричала актриса. — Никогда, никогда еще не видела я такой красоты! Подождите, что скажет император!

— Император! — только и успела произнести Люсинда.

Дверь распахнулась, и с величественным видом в комнату вошел маленький коротконогий мужчина.

Ошибка была исключена, нельзя было не узнать властность и подозрительность этих темных глаз, которые, казалось, все мгновенно подмечали.

Актриса, в развевающемся пеньюаре и шляпке с пером на темных волосах, обернулась, а Люсинда стояла как каменная с раскрытым от удивления ртом.